Странности писателей.

  Накидаю несколько фактов, которые сам недавно откопал.

  Диккенс очень боялся, что его примут за бедняка. Он так старался выглядеть респектабельно, что таскал с собой зонтик даже в солнечную погоду. Потому что у джентльмена должен быть зонтик. И спал всегда головой на север. Верил, что это улучшает кровообращение и помогает писать гениально.

  Гоголь обожал миниатюрные издания. Ему нравилось, что книгу можно спрятать в карман. А ещё он писал стоя. Утверждал, что только так мысли текут правильно. И спать любил в кресле, а не в кровати. Боялся, что в кровати его примут за мертвеца и закопают живьём.

  Тургенев был очень высоким. Под два метра. При этом стеснялся своего роста, сутулился и писал лёжа на огромном диване, который специально заказал из Франции. На этом диване помещалось человек пять. Он там и работал, и принимал гостей.

  Булгаков обожал кошек. Они жили у него всегда, и он разговаривал с ними часами. Говорят, именно поэтому в его романах кошки такие живые. А ещё он коллекционировал театральные билеты. Коробки с билетами занимали полкомнаты.

  Ахматова каждый день писала по одному четверостишию. Не больше, не меньше. Даже если не хотелось. Считала, что дисциплина важнее вдохновения. И никогда не перечитывала свои стихи после публикации. Говорила: "Они уже не мои, они — чужие".

  Довлатов работал только в состоянии лёгкого опьянения. Утверждал, что трезвым пишет слишком сухо и правильно, а пьяным — слишком развязно. А вот "под мухой" — самое то. Правда, дозу каждый раз приходилось подбирать заново.

  Лев Толстой терпеть не мог, когда дети плачут. Если слышал плач — бросал всё, бежал успокаивать. При этом своих детей воспитывал в строгости, но как только кто-то начинал реветь — Толстой сдавался и разрешал всё, что угодно.

  Чехов обожал собак. Держал сразу двух такс и называл их Бром и Хина — в честь лекарств. Выходил с ними гулять каждый день в одно и то же время, и соседи сверяли по ним часы.

  Есенин очень боялся врачей. Если заболевал — терпел до последнего, лечился народными средствами. Говорил, что от докторов больше вреда, чем от болезней. При этом сам любил лечить других — знал кучу рецептов, трав, настоек. И они, говорят, помогали.

  Маяковский всегда носил в кармане кусок мыла. И мыл руки при первой возможности. Страшно боялся заразиться, потому что в юности переболел тифом. А ещё он не выносил, когда кто-то грызёт ногти. Мог прервать чтение стихов и сделать замечание из зала.

Такие дела. Гении — они тоже люди.