О раннем творчестве братьев Стругацких, и о соцсетях...
Автор: Physic«Дурака лелеют, дурака заботливо взращивают, дурака удобряют...
Дурак стал нормой, еще немного - и дурак станет идеалом»
Сегодня прочёл высказывания Михаила Веллера о писателях Стругацких. Хотелось бы в чём-то поспорить и посмотреть на их творчество с иной колокольни.
О творчестве братьев Стругацких написано очень много. Трудно написать что-то очень оригинальное среди такого обилия мнений. Но личное отношение можно высказать. И оно отличается от многих прочих.
Наверно первой встречей с их творчеством было прочтение «Благоустроенной планеты» в только что купленном и пахнущем типографией сборнике «Мир приключений» за 1961 год. Вышедшая несколько ранее «Страна багровых туч» попалась несколько позднее. Долгое время не знал, что полюбившийся мне «Мир иной» был практически написан Аркадием Стругацким по наброскам Григория Гребнёва, и фамилия на книге была указана только его.
Но наиболее запомнившейся книгой того периода стала повесть «Попытка к бегству». Очень несхожая со всей остальной советской фантастикой. Не было в ней ни капельки от космооперы, столь модной в то время. Никаких космических погонь и битв.
Но она явилась предтечей для «Трудно быть богом», и была посвящена той же тематике. Братья Стругацкие на протяжении всего творческого пути оставались верны социальной фантастике. Во всех их произведениях она являлась стержнем их творчества.
Собственно, эту мысль озвучил бортмеханик «Тахмасиба» Иван Жилин в вышедшей в то же время повести «Стажёры»: «Главное остаётся на Земле. Как всегда, впрочем.» И космический волк возвращается с небес на землю, где сотни подростков нуждаются в таких проводниках во взрослую жизнь: «Они ужасно не хотели походить на остальной мир и в то же время старательно подражали друг другу и двум-трем популярным киногероям.»
И логическим завершением жилинской серии явилась пророческая повесть «Хищные вещи века». Сам Иван в ранее написанных произведениях шёл к этому пониманию. Но не через тернии к звёздам, а к человеку. К его проблемам и подстерегающим тупикам.
Сейчас эту повесть стараются всячески замалчивать и обходить стороной. И как же может быть иначе в мире победившего потребителя?! А ведь предупреждение было написано 60 лет назад, но сколь пророческим оно оказалось?
Не все черты настоящего в ней отражены, и трудно было во времена «Алдана» (несуществующей ЭВМ из «Понедельника») предвидеть всемирную паутину. Весь блеск и нищету, так и хочется написать, куртизанок. Но именно таковые являются инфлюэнсерами в современных соцсетях с миллионами подписчиков.
Про их нищету писать не стану в повести об этом написано значительно талантливей. Среди персонажей книги очень подходят рыбари. Тот же стадный инстинкт, те же альфа- особи.
И что самое печальное, при всём неимоверном обилии постов читать современники совершенно разучились: «Почему вы не желаете утруждать свой мозг? Почему вы так не хотите думать? Как вы не можете понять, что мир огромен, сложен и увлекателен? Почему вам все просто и скучно?»
Ещё при самом зарождении соцсетей (когда ещё позволялось их критиковать) в фильме «Отличница легкого поведения» прозвучали слова учителя литературы: «У детей стало принято обо всем писать на Фейсбуке. Не знаю, что ваше поколение находит в выставлении на показ всех ваших мыслей, но уверяю тебя, не многие из них бриллианты. «Роман отлично провел день, потом купил диетколу на автозаправке...» Сносит крышу.»
Да уж мысли в соцсетях далеко не бриллианты, и если искать те в навозе, то придётся перелопатить целую кучу. Очень грязная работёнка, наверно у ассенизаторов значительно чище. Они вынуждены работать с испражнениями тел, а не душ. (если дозволительно применить сей термин)
Братья Стругацкие стремились предостеречь и уберечь нас от доли сей. Но лишь подавляющее меньшинство их услышало, а сегодня их голоса забиваются целым водопадом фекальных вод из соцсетей, и замечательные книги в них просто бесследно тонут.
А завершить стоит фразой из самой же повести: «Все-таки трудно привыкнуть к тому, что нищета может быть богатой…»
P. S. Я знаю, что спустя 30 лет после написания Борис изменил своё мнение о повести, и назвал мир не самых плохим из вариантов. Спорить трудно. Многие такие варианты были описаны в их более позднем творчестве. Но и сегодня повесть заслуживает пристального внимания как воплотившаяся в жизнь антиутопия.