О народе дэвир

Подумалось тут, что раз уж я начала выкладку «Легенд народа дэвир», то имеет смысл рассказать, что же это за народ такой, и в чём там подвох. Для понимания самих «Легенд» это никоим образом не обязательно: каждый текст Дэввийского цикла – самодостаточное произведение со своим сюжетом, идеей и смыслом. Но, возможно, кому-то из читателей интересен будет контекст.

Итак, дэвир. Самое важное, что нужно знать: их создали боги этого мира. Причём создавали они для себя идеальных и правильных слуг. 

Верных жрецов. 

Стражей храмов. 

Носителей веры. 

Воинов света.

Нравственность у таких вот служителей тоже, понятное дело, должна была быть идеальной. Моральный облик священного воина в представлении творцов был понятен: верность богам и верность однажды избранному партнёру. В горе и радости, в болезни и здравии, чтоб счастье и любовь на всю жизнь и умереть в один день. Не так уж и много они от своих созданий хотели, правда?

Чтоб добиться требуемого результата, творцы использовали механизм, хорошо знакомый читателям романтической фентэзи. Избранный партнёр. Когда приходит время, в организме дэвир что-то щёлкает, и он или она понимает: всё, свершилось. Перед ними – та или тот самый, остальные уже не имеют значения. Лишь для одного существа на всем свете – честность, преданность, страсть, любовь сквозь века и до самой смерти. Благословение богов, опять-таки, и потомство самое лучшее. Всё как положено.

Посмотрели творцы на дело рук своих, и решили: это хорошо. Потом много случилось всякого разного. Боги покинули мир. Вроде, даже немножечко умерли. Дэвир из жрецов и храмовых слуг стали отдельным народом, строили свои государства, истребляли соседей, защищали соседей, в общем, вели довольно насыщенную и активную жизнь.

И как же всё это время работало их идеальное, сконструированное самими творцами общество?

А никак.

На практике выяснилось, что впечатанный в физиологию механизм запечатления избранного – штука, слабо совместимая с выживанием вида.

Во-первых: вот это вот «умерли в один день», оно вообще никуда не годится. Для начала, тут же возникает вопрос: а детей кто воспитывать будет? Когда гибель одного партнёра автоматически влечёт гибель другого, дети остаются сиротами. И часто тоже не выживают. Ну и такой вот ещё аспект: как рисковать своей жизнью, если смерть будет означать гибель самого важного, единственно значимого для тебя существа? Мужчины, зная о подобной угрозе, не торопились вступать в бой и идти на верную смерть. Женщины вовсе не горели желанием рисковать собой в родах. Результат для общества в целом был предсказуем.

Во-вторых: резкий гормональный всплеск, сшибающий напрочь любые доводы разума и подчиняющий себе все желания, на практике как-то не очень сочетается с логикой и здравым смыслом. Среди прошедших запечатление дэвир слишком часто случаются так называемые «преступления страсти». Уродливые, непредсказуемые, причём жертвами чаще всего оказываются посторонние.

В-третьих: ну, боги-то, конечно, постановили, что «избранный» партнёр для каждого является идеальным. Но дэвир живут в реальном мире, и на практике почему-то всё время находятся некие соображения… В общем, в механизм «избрания» полезли кривыми руками и начали править. Самый мягкий из возможных вариантов: когда семьи старались изолировать юных дэвир от неправильных партнёров, и, напротив, навязывали им общение с правильными. Тут главное было успеть пораньше, может быть, даже спровоцировать гормональный всплеск травами и церемониями, потом запереть пару где-нибудь вдвоём на несколько дней, ну а дальше физиология своё дело сделает. В результате нестабильность подростков накладывалась на разбалансированный кривыми манипуляциями механизм и… В общем, истории в духе Ромэо и Джульетты для дэвир, на каком-то этапе, стали делом обыденным.

Есть ещё и в-четвертых, и в-пятых, а ещё совсем жуткое, приправленное чёрными ритуалами в-шестых. И в какой-то момент социум дошёл до точки излома. Когда дэв или дэви ловили себя на том, что вглядываются в чужие лица в поисках чего-то… кого-то… Часто реакцией было развернуться и сбежать – за моря, в горы, в дальние страны – куда угодно, лишь бы не было опасности встретить однажды взгляд другого дэвир и в него провалиться. И это – предыстория отшельницы из «Цветов ветра». 

В конечном итоге, общество пришло к идее разделения полов. По максимально жёсткому варианту. Женщины переселились в закрытые, защищённые цитадели, куда мужчины допускались пару раз в год, для зачатия потомства. При этом и дэв, и дэви выпивали отвар, временно лишающий зрения, чтобы даже возможности посмотреть вдруг другу в глаза у них не было. Необходимый минимум общения между полами шёл через тех, кто слишком стар, или, напротив, слишком молод, и чисто физиологически не способен выдать гормональный всплеск достаточной интенсивности. 

Интересный момент. Дэвир, отказавшись от поиска идеальных партнёров, чтили заветы богов и блюли аскезу: честь, доблесть, моральный кодекс воина света - всё, как подобает. При этом народ дэвир никогда не был особенно многочисленным. А вот полукровки и существа, имеющие долю дэвской крови, в мире обитают почему-то в огромном количестве! В степи любой более-менее знатный род совершенно точно имеет кровь дэвир (причем может, скорее всего, сказать из какой конкретно линии, и даже сохраняет с ней связь). Как же оно могло так произойти? Очень таинственно!

Ну и, напоследок, скажу о сбоях связи и запечатлении партнёров не из дэвир. Случаи такие очень, очень редки. Чаще всего это означает, что в избранном тоже есть кровь дэвов, путь и самая незначительная, малая доля. На всякий случай этикет дэвир предписывает не встречаться взглядом с существами противоположного пола, какой бы они ни были расы. Но – случается. Удар молнии, воля богов, слепое безумие. Связь в этом случае устанавливается только с одной стороны, партнёр от навязанных уз свободен. И на его (а чаще – её) плечи ложится обязанность сохранять за двоих трезвость мыслей. Законы же дэвир в таких случаях предписывают запечатлевшего либо сразу казнить, либо полностью принять его выбор. Всё, самое страшное уже произошло. Изменить ничего невозможно.

Это – как раз ситуация, описанная во «Властью божьей царица наша». Она довольно жуткая, на самом-то деле, и ни разу не романтичная. Причём именно дэвир весь ужас случившегося понимают. Возвышенные бредни там исключительно в головах у наблюдавших за всем с безопасного расстояния людей.

С уважением,

Настя-тор