Из неопубликованного, или тизеры литмобов

— Благодарю вас за совет, воин Бо, — чуть склонил голову министр, — В таком случае, как знающего ситуацию, прошу вас позаботиться обо мне.

Эти слова показались похожими на скрытую насмешку, но Бо Сянь предпочел не заострять на этом внимания, а просто перейти к делу:

— Нам известно, что четыре недели назад вы посещали императорский гарем. Не отрицайте, сведения достоверны.

— Я и не собирался отрицать, — ровным голосом ответил Шангуань Гуаньяо, — Я согласовал свой визит как с имперской стражей, так и с дворцовыми евнухами. Я чист перед Его Величеством и правилами дворца, воин Бо. Или вы полагаете иначе?

Несмотря на уверенный вид, Бо Сяню показалось, что он занервничал.

— Моя работа не в том, чтобы что-то предполагать, Ваше Превосходительство, — ответил воин, — Моя работа — исполнить волю Его Величества.

— Такова и моя работа, — согласился министр.

— В таком случае, ответьте на вопрос.

Бо Сянь бросил на собеседника самый подозрительно-проницательный взгляд, на какой был способен, стараясь дать понять, что тот под колпаком, и увиливать бесполезно.

— С какой целью вы посещали гарем Его Величества.

Шангуань Гуаньяо задумчиво огладил тонкую бородку, раздумывая над ответом.

— Я так понимаю, настаивая на соблюдении правила «гарем вне политики», я лишь усугублю вашу враждебность, воин Бо, — вздохнул он.

— Господин Шангуань, — серьезно ответил Бо Сянь, — Вы усугубите мою враждебность любым ответом, кроме одного. Кроме того, который будет полностью правдивым и исчерпывающим. Я не желаю вам зла, и я не завязан в политических интригах Трех Министерств и Шести Ведомств. Все, что меня волнует, это исполнение воли Его Величества. Прошу вас, содействуйте мне.

Несколько секунд министр доходов изучающе смотрел на него.

А затем величаво кивнул:

— Хорошо. Я расскажу вам. Я встречался с императорской наложницей Гуйфэй, потому что при дворе ходят слухи, что она пользуется благосклонностью Его Величества. Его Величество призывает её служить ему чаще, чем остальных наложниц; при всей своей холодности он неравнодушен к ней, и она обладает влиянием на него.

Бо Сянь приподнял бровь, воздерживаясь от непочтительного комментария. По тому впечатлению, что создал у него Император, сложно было представить, что тот в принципе мог быть к кому-то неравнодушен.

И министр Шангуань неожиданно рассмеялся:

— Я знаю, что вы думаете. Вы полагаете, что для Его Величества нет разницы между одной наложницей и другой. Однако будем честны: то, что семья Мин, единственная из мятежных семей, сохранила не только свои жизни, но и свои титулы, говорит о многом. Это заслуга Мин Юй, воин Бо, и желания Его Величества обладать этой женщиной.

— Допустим, — ответил Бо Сянь, уходя от неудобной темы «обладания женщиной», — Но какое отношение все это имеет к вам, господин Шангуань?

Министр доходов отвечал медленно, будто боялся любым неосторожным словом ступить в капкан.

— Я надеялся, что императорская наложница Гуйфэй употребит свое влияние на Его Величество мне на пользу. При дворе ходят слухи, что Его Величество планирует завоевательный поход на Западный Край. В казне нет денег на новую войну, воин Бо; чтобы обеспечить снабжение войск, потребуется поднять налоги, что спровоцирует голод и беспорядки в провинциях. Ответственность за последствия ляжет на мою голову — и скорее всего, приведет к её потере. Я обратился к императорской наложнице Гуйфэй в надежде, что она сможет смягчить нрав Его Величества и настроить его на мирный лад.

— И что она сказала? — поинтересовался Бо Сянь.

С племенами Западного Края он имел дело неоднократно и не понаслышке знал их жестокость и свирепость. С его точки зрения, война с ними не была вопросом «мирного настроя» — это был вопрос анализа угроз.

— Императорская наложница Гуйфэй обещала помочь, — ответствовал министр, — Она предупредила, что не сможет убедить Его Величество отменить военный поход на Западный Край. Но она сможет добиться отсрочки похода на несколько лет и таким образом дать мне время подготовиться. Однако она сказала, что делает это не просто так. Что я должен буду ей услугу, когда придет время.

— Что это за услуга, она не сказала.

Это был не вопрос, это было утверждение.

Министр доходов покачал головой:

— Не сказала. Но это нормальная ситуация, воин Бо. При дворе услуги — важнейший ресурс. Зачастую он определяет, на кого вы можете положиться, а на кого нет. И уж семья Мин понимает важность этого вопроса лучше, чем кто бы то ни было.

В приемной повисло молчание. Бо Сянь ожидал продолжения, — но кажется, министр доходов сказал все, что хотел.

И воин сдался первым:

— Это все дела, что вы вели с ней, господин Шангуань?

— Это все, — заверил его министр, — Помимо попытки отсрочить поход на Западный Край, нас с императорской наложницей Гуйфэй ничего не связывает и никогда не связывало. Возможно, если вас интересует более тесное знакомство, вам стоит пообщаться с юным Янь Сюэмином, сыном министра ритуалов. Как раз в этом году он занял первое место на государственном экзамене и получил назначение в Ведомство Аграрных Поселений.

— Почему вы вспомнили его? — уточнил Бо Сянь.

— Потому что до мятежа семьи Хао Янь Сюэмин и Мин Юй были помолвлены.