Заметки на полях «Туманности Андромеды»

Автор: Аста Зангаста

Одним из первых прочитанных мной фантастических романов была «Туманность Андромеды» — довольно мрачное произведение Ивана Ефремова. Одолел я книгу в два приёма — сначала, совсем еще ребенком, на ура прочел арку с Железной Звездой, но увяз в земных главах. Которые, сумел одолеть и понять уже в средних классах

Сейчас, сорок лет и несколько тысяч книг спустя, я смотрю на этот роман несколько другими глазами. К примеру, история Зирды. 

Крыло огненного света смахнуло зловещую тьму. «Тантра» вышла на освещённую сторону планеты. Внизу продолжала расстилаться бархатистая чернота. Быстро увеличенные снимки показали, что это сплошной ковёр цветов, похожих на бархатно-чёрные маки Земли. Заросли чёрных маков протянулись на тысячи километров, заменив собою всё — леса, кустарники, тростники, травы. Как рёбра громадных скелетов, виднелись среди чёрного ковра улицы городов, красными ранами ржавели железные конструкции. Нигде ни живого существа, ни деревца — только одни-единственные чёрные маки!            

Объяснение, которое дали этому явлению в романе герои:

— Прошло уже порядочно лет, — сурово ответил биолог. Его горбоносое лицо черкеса, мужественное, несмотря на молодость, сделалось грозным. — Такой радиоактивный распад тем и опасен, что накапливается незаметно. Столетия общее количество излучения могло увеличиваться кор за кором, как мы называем биодозы облучения, а потом сразу качественный скачок! Разваливающаяся наследственность, прекращение воспроизведения потомства плюс лучевые эпидемии. Это случается не в первый раз — Кольцу известны подобные катастрофы…

…сейчас меня не устраивает. Сейчас, после Чернобыля более менее ясно, что случилось бы с природой в случае повышения фона. По существу, мы видим колонизацию планеты — взявшиеся ниоткуда радиационно-стойкие растения подавили местную флору и фауну. 

А сцена на спутнике:

Огромное плоское стеклянное здание горело в отблесках кровавого солнца. Прямо под крышей находилось нечто вроде большого зала собраний. Там застыло в неподвижности множество существ, непохожих на землян, но, несомненно, людей. Астроном экспедиции Пур Хисс, новичок в космосе, заменивший перед самым отъездом испытанного работника, волнуясь, продолжал углублять фокус инструмента. Ряды смутно видимых под стеклом людей оставались совершенно неподвижными. Пур Хисс повысил увеличение. Стало видно возвышение, обрамлённое пультами приборов, с длинным столом, на котором, скрестив ноги, перед аудиторией сидел человек с безумным, устремлённым вдаль взором пугающих глаз. «Они мертвы, заморожены!» — воскликнул Эрг Ноор.

— Хрен бы ты их увидел тогда, Эрг, — так и хочется сказать мне, — в воздухе много воды. В случае заморозки, она бы не исчезла, а осела бы на стенах и стеклах. Вместе с замерзшим воздухом, кстати. И вообще --- здание освещается лучами солнца на безвоздушной планете. Там жара несусветная, а не мороз. Видимая картина говорит о применении оружия, работающего по неизвестному принципу. Не удивлюсь, если люди находятся в какой-то разновидности стазиса. 

Дальше: Экипаж Тантры посмотрев на это, НЕ СТАЛ исследовать спутник, чтоб забрать документы и данные. Ограничились только визуальным наблюдением в телескоп. Как впрочем и на планету — посмотрели издалека, сбросили научную станцию и домой. Что наводит на мысли. 

Дальше по мелочам — Тантра вовсю использует пузырь Алькубьерре, за месяцы разгоняясь до скоростью 5/6 абсолютной единицы — скорости света. В обычном пространстве это было бы невозможно, каким бы чудесным свойством не обладало местное горючее — анамезон. Космонавты бы тупо не выдержали перегрузок и не смогли бы затормозить у Железной звезды. 

Зато уже на планете нас ждет короткая, но безумно интересная история гибели экипажа «Паруса». Немного психологии — космонавты не сразу поняли, что за звездолет находится на планете. При том, что текущая экспедиция — всего-то тридцать седьмая. То есть вариантов должно быть совсем мало. 

Из магнитофона полетели торопливые, сдавленные слова: «Спаслись двое… Лаик не допрыгнула… подъёмник… дверь не смогли закрыть, только вторую! Механик Сах Ктон пополз к двигателям… ударим планетарными… они, кроме ярости и ужаса, — ничто! Да, ничто…»

Лента некоторое время вращалась беззвучно, затем тот же голос заговорил снова:

«Кажется, Ктон не успел. Я одна, но я придумала. Прежде чем начну, — голос окреп и зазвучал с убедительной силой: — Братья, если вы найдёте «Парус», предупреждаю, не покидайте корабль никогда».

Пугает кроме шуток. Я бы мог, конечно, развить теорию, что черная растительность на темной планете — это следующий этап колонизации Зирды, но не буду. Не прямо сейчас. 

В целом космос Ефремова — на редкость мрачное и темное место. Судите сами — по Великому Кольцу передается информация о сотнях рас, которые, стартовав на сотни и сотни тысяч лет раньше, почему-то закуклились. Перестали развиваться, изучать мир. Сидят в своих мирках на попе ровно — не летают, не строят звездолеты прямого луча. В центре галактики вообще какой-то пиздец: тамошние расы передают странные и непонятные передачи: 

Плотный синий туман стелился ровными слоями, которые были проткнуты вертикальными чёрными цилиндрами, довольно быстро вращающимися. Едва уловимо контуры цилиндров время от времени сжимались, становились похожими на низкие конусы, соединённые основаниями. Тогда слои синего тумана разрывались на резкие огненные серпы, бешено вращающиеся вокруг оси конусов, чернота исчезала куда-то ввысь, вырастали колоссальные ослепительно белее колонны, из-за которых косыми кулисами высовывались гранёные острия зелёного цвета.

Более того — физика мира, похоже, меняется от системы к системе: 

Эрг Ноор открыл сейф путевого журнала «Тантры» и вынул коробку с металлом от спирального звездолёта с чёрной планеты. Тяжёлый кусок яркой небесной голубизны плотно улёгся на ладони. Эрг Ноор знал, что на родной планете и её соседях в Солнечной системе и ближайших звёздах такого металла нет.

Наша физика допускает существование ограниченного перечня металлов. Таблица Менделеева не велит, бессердечная она сука. А этот сверхстабильный металл мог получиться образоваться в результате других физических процессов. И вот: 

Эта шестёрка переоборудовала обычный планетолёт и совершила безмерно отважный подвиг. Они нырнули на дно преисподней, под густую неоново-метановую атмосферу Плутона. Летели в бурях аммиачного снега, ежесекундно опасаясь разбиться во тьме о колоссальные иглы прочного, как сталь, водяного льда. Они сумели найти область, где выступали обнажённые горы. Загадка Плутона наконец решена — эта планета не принадлежит к нашей Солнечной системе. Она захвачена ею во время пути Солнца через галактику. Вот почему плотность Плутона гораздо больше всех других далёких планет. Странные минералы из совсем чужого мира открыты исследователями. Но ещё важнее, что на одном хребте обнаружены следы почти нацело разрушенных построек, свидетельствующих о какой-то невообразимо древней цивилизации. Добытые исследователями данные, конечно, должны быть проверены. Разумная обработка строительных материалов ещё требует доказательств…

Видите? Чем дальше в лес, тем чуждей минералы. Если планета образовалась не в условиях Солсистем, то у неё иной минеральный состав. Ну, и конечно, остатки чужой цивилизации. Мир Ефремов полнится разумной жизнью — вот только большая часть цивилизаций у него дохленькие…

+5
639

0 комментариев, по

2 461 597 5
Наверх Вниз