Смерть Сталина

Фильм неплох. Подбор актёров, построение кадра, игра, диалоги, story — не менее чем на крепкую четвёрку по пятибалльной шкале. Никакого пинг-понга бессмысленными репликами и бесконечно затянутых сцен, где кто-то несколько минут идёт по коридору или кушает суп. Kljulwa наличествует, но только там, где нужна для создания комического эффекта.

Этот фильм с момента появления вызвал бешеную ненависть российского начальства, а также «деятелей культуры» и грантоедящих «патриотов».

Что же так разгневало всех этих почтенных господ?

А то, что фильм о Трагическом Уходе Великого и Ужасного — комедия.

Если бы кинематографическая Антанта (фильм — британо-франко-бельгийский) ударилась в надрывное обличение со слезами на глазах, российское скрепоносное начальство для порядку поворчало бы, но не более того. Если бы на экране МГБисты с чеканными лицами били сапогами в пах и пристреливали в затылок интеллигентов в разбитых пенсне — всё было бы ОК. Если бы в фильме «волкодавы Берии» выжигали огнемётами латышские деревни и повстанческие схроны в Карпатах, иной патриот и разорился бы на билет в кинотеатр: «позырить, как наши бендер валят».

Чо, ссыте, пидорасы западные? Бойтесь нас! Мы — Мордор, сукаблянах! Можем повторить!

Ваточка очень хочет казаться страшным Мордором. А тут вместо твердокаменных вождей Империи Зла показали сборище ограниченных субъектов, хитроватых и трусоватых. Они делят власть над коматозным телом Хозяина, на штанах которого ещё не просохла моча, и корчатся в пароксизме раболепия, когда перед самой кончиной Хозяин ненадолго приходит в сознание. Вершители судеб Страны Советов, точь-в-точь как и их последние подданные, пронизаны отупляющим страхом, убивающим волю, разум и достоинство. Сын доносит на отца, муж громогласно отрекается от жены, палачи и доносчики в мгновение ока превращаются в трясущихся жертв чужого произвола…

Между тем, несколько персонажей на общем фоне выглядят вполне прилично: пианистка Марина Юдина, из которой авторы сделали невольную убийцу «вождя и учителя», или дочь Сталина Светлана. Она неглупа, да и похрабрее всей сталинской камарильи: после убийства Берии она спрашивает — ему вы тоже, как и мне, обещали неприкосновенность? А к маршалу Георгию Жукову создатели фильма относятся с откровенной симпатией. Но на их фоне прочие советские бонзы производят совсем жалкое впечатление.

Не трагедия, а фарс. Не Мордор, а очумелые от страха людишки, которых можно было бы пожалеть, не будь у них столько крови на руках.

Из сборника кинорецензий "Без попкорна"