Кровь иракских детей, криминал и шоу-бизнес
Автор: Владимир Титов...Телефон издал заманчивую трель. Антон метнулся к нему молнией и схватил трубку, как собака хватает кость.
— Алина, милая, как ты?
— Какая я тебе Алина, ёбарь-террорист?
— А, Манька… Здорово. Чё с ранья трезвонишь?
— Где со сранья? Московское время — первый час!
— Действительно. Чем порадуешь?
— Антошка… встретиться надо. Давай в «Макдаке» на Дубровке…
…Через полтора часа кузен с кузиной сидели в летнем кафе «Макдональдс» возле метро «Дубровка».
Манька повисла на Антоне и совсем не по-родственному расцеловала. Нацеловавшись, они взяли по мороженому сели за столик. Манька объявила, что её ножки устали в босоножках, разулась и возложила ноги кузену на колени.
— Видел бы меня мой женишок, — сказала она.
— Устроил бы сцену ревности?
— Вряд ли. А вот то, что мы сидим в империалистическом «макдональдсе» и пьём кровь иракских детей… — она щёлкнула по стакану с колой. — Разорялся бы полтора часа, политинформацию провёл бы…
— Мань, у всех свои недостатки. Твой коммунист зато тебя любит…
— Ага. Толку от его любви… Тоха, я всё понимаю, но…
—?
— Вчера ходили на рынок, я там трусишки присмотрела, клёвые такие, говорю ему — купи, любимый будущий муж, а он такой — «а мама дала мне денег только на продукты!» Ебать! Парню скоро третий десяток, а ему мама денежку на мороженку даёт!
— А он сам…
— А у него своих нет! Он не работает! Прикинь? Вообще! Когда я допетрила, у меня глаза на лоб полезли, я ему говорю — вот это нормально, да? А он смотрит на меня, как овен на новые ворота. Мол, что не так?
— Ну, Мань, будь терпимее. В стране переломный момент, реформы…
— Ой, вот ты ещё не еби мозг политикой! Будущий муж семью не может обеспечить, и, главное, не хочет! Это нормально?
— Он учится вообще-то… — заметил Антон.
— Хуючится! Он сейчас знаешь где? Он на какой-то свой митинг упиздил! Меня, кстати, тоже звал.
— Чё за митинг-то?
— Да поебать! На митинги у него время есть, а на работу — «он учится»! Тоха, вот ты ещё его не защищай, ладно?
— Ты хочешь, чтобы я с ним поговорил? Типа как мужчина с мужчиной?
— Ты тоже распиздяй известный. Но у тебя хоть в карманах шуршит. Да и вообще, ты в последнее время волшебно преобразился. Что, девушку завёл наконец, дрочила?
— Не знаю, — честно сказал Антон.
— Не знаешь, девушку или юношу?
— Девушку, конечно. Просто у нас пока полная неопределённость.
Манька неопределённо мыкнула.
— Это да. Мы, девушки, те ещё сучки. Нет бы за так давать и ещё деньги зарабатывать, всё чё-то требуем…
— Слушай, любимая кузина, ты позвала меня, чтобы излить душу, или хочешь, чтобы я оказал тебе спонсорскую помощь?
— Из тебя спонсор… — любимая кузина сморщила носик. — Тошка, у меня дело. Серьёзное. Я, честно скажу, дрожу, как овечий хвост.
— Ого! Ты уже с бандитами зацепилась?
— Да нет… то есть, не совсем… Мне тут работу предложили, но мне стрёмно…
Кратко, с исключением жаргона, мата и междометий. На днях Манька созвонилась с подружайкой в Череповце, а та дала ей контакт некой Нэнси, на самом деле Наташки, тоже общей подружайки, которая уехала в Москву полтора года назад и нашла себя в здешнем шоу-бизнесе. Именно так и было сказано. Манька позвонила Наташке-Нэнси, та выразила сдержанную радость и пригласила на работу.
— И что тебе не нравится? — спросил Антон.
— Она, понимаешь, меня не в хор зовёт, калинку-малинку петь. И не в театр.
— Но не в бордель же!
— Не в бордель. Но близко.
_______________
(сегодня, завтра и послезавтра - со скидкой 50%)