Водопад и Шоколадная фабрика

Пятнадцать лет назад, возвращаясь с очередной поездки в джунгли, я был остановлен на въезде в город тайской полицией и стал беднее на тысячу бат. Ну, бывает — подумал я. Но случившееся не стало единичным случаем — тайская полиция начала планомерно грабить туристов, осмеливающихся выехать из города. Сделать это было не то чтобы особо сложно — транспортная сеть Паттайи замкнута. Достаточно поставить на автомагистралях посты, чтобы остановить покатушки за город.

Десять лет назад я смирился и перестал ездить на мотоцикле за город. Внутри города кататься было возможно — я хорошо знал все места, где пасётся полиция, и объезжал их по мелким улочкам — сойкам. А за пределы города выезжал только на велосипеде. И вот в этом году, съездив к Золотому Будде, заметил, что на въездах в город больше не дежурят полицейские.

И сразу же погнал в храм Кхао Табек — посмотреть на хрустальный мост. Давно мечтал. С самого первого просмотра «Волшебного кольца», если что. Что тут сказать? Мост как мост. Стоять страшно, аж коленки подгибаются. А некоторые люди по нему в музейных тапках катаются — их специально на входе выдают.

К сожалению, посещение храма не заняло много времени. Поэтому после моста мы поехали смотреть самый большой водопад в окрестностях Паттайи — «Водопад Намток Чан Та Тхен», или водопад Лунного Старика.

Я там не был с момента прекращения покатушек — целых пятнадцать лет. Водопад за это время не особенно-то изменился. Чего нельзя сказать об окружающей его инфраструктуре. На въезде появился шлагбаум с парой мордастых охранников и говорливой тайкой. Она сходу потребовала по 200 бат с носа — за право допуска на гору.

— За что деньги берём? — спросил я.

— За обслуживание водопада, — сказала тайка. — Чтобы вода в ём была.

— Сфигали, — сказал я. — Водопад — это природный феномен. Брать деньги за такое безнравственно.

— А ты походи по округе, может, другой такой водопад найдёшь.

— И похожу. Двести бат — это оверпрайс, — возмутился я.

Тайка пожала плечами. Уступать она не собиралась. Поэтому в переговоры вступил Андрей.

— Мы беженцы, у нас в стране война, — сказал он.

— Беженцы могут быть приравнены к студентам и детям, так что с вас по 100 бат, — согласилась тайка.

Заплатив, мы поднялись в гору. Среди громождения каменных глыб струился тоненький ручеёк ледяной воды. Прыгая по камням, мы поднялись выше. То тут, то там сидели собравшиеся на пикник компании тайцев. Они приветствовали нас радостными криками — европейцы редкие гости в этих глухих местах. Каждая компания предлагала выпить с ними самогона, но я отказывался — мне ещё моторенваген из ебеней до Паттаевки вести. Через скоростное шоссе и две ебучие развязки с тайскими надписями…

Впрочем, я отвлёкся. Добравшись до водопада, я замер в восторге. Величественная струя была метра полтора высотой. Но этого достаточно, чтобы наполнить выемку в скалах ледяной водой. Плюхнувшись в неё, я ощутил истинное блаженство. Охладившийся мозг заработал в полную силу, и я подумал: а почему вода ледяная? Как это вообще возможно на вершине горы?

Одевшись, я полез по камням дальше. Дорога была не особенно простая, но я обнаружил там исток водопада.

Да, да. Водопад оказался рукотворным — вода поступала из расположенной у подножия горы артезианской скважины. Без этого водопад наполняется водой только в сезон дождей. Вот вам и природный феномен.

Зы. В очередной раз отдохнув в джунглях, не перестаю удивляться разнице между Таиландом и русским севером. В джунглях нет гнуса — можно спокойно отдыхать на природе без накомарников. Можно без труда найти еду — плоды хлебного дерева. При этом в народе бытует представление о джунглях как об ужасном, гиблом месте.

Зы2. Вдоль ручья растут кофейные кусты, около которых обитает колония мусангов. Сами зверьки ведут ночной образ жизни, так что я их не видел. Зато во множестве встретил следы их присутствия. Местные жители собирают их, сушат и продают туристам как «шоколадный копи-лювак». 

Я прикупил пачку и собираюсь угостить кофе самых надоедливых своих критиков. Для вас ничего не жалко, дорогие мои!