Выложена 4 глава "Охотник на фламинго". Детектив. Бостон, 1930-е
Автор: Елена П.Не став пренебрегать напутствием моего нового знакомого, я оправился в Саут-Энд, ближе к театральному району, где «Старый плющ» занимал полуподвальный этаж викторианской постройки из красного кирпича. Возможно, когда-то здесь действительно рос плющ, в щелях между кладкой еще оставались похожие на серую проволоку обрубки плетей. Мне не были известны ботанические подробности жизни этого растения, но я представил, как весной из-под фундамента прорастают свежие бледно-зеленые побеги и прокладывают себе извилистый путь по терракотовой стене.
Поразмыслив, я снял кобуру и убрал револьвер в перчаточный отдел, закрыл машину и побрел сквозь влажную пелену на свет фонаря над дверью, как мотылек на пламя свечи. Меня окутал аромат духов, сладковатого дыма турецкого табака и едва уловимый можжевеловый привкус джина. Стены были выдержаны в темно-оливковом тоне и украшены афишами водевилей довоенного времени, на окнах - плюшевые занавески винного оттенка. Над барной стойкой низко свисали три подвесные лампы в зеленых стеклянных абажурах, старинное помутневшее зеркало у входа украшала резная ореховая рама с орнаментом из вьющихся стеблей. Граммофон крутил пластинку Бенни Гудмана «Лунный свет».
Я обратил внимание, что женщин здесь было несколько больше, чем в «Стекле» и далеко не все они пришли в сопровождении партнеров. За столиком у окна две дамы с вдохновенными лицами и затуманенным взором что-то горячо обсуждали полушепотом, сверяясь с исписанными вкривь и вкось листами желтоватой бумаги. Их окутывала завеса сигаретного дыма и поэтической возвышенности. С потертого кожаного диванчика женщина в годах, в меховом манто и увешанная украшениями, словно рождественская елка, пожирала глазами молодого мужчину, болтавшего с официанткой. Одного взгляда мне хватило, чтобы понять, что это и есть тот самый Голливуд, который провожал Этель.
Устроившись за стойкой, я заказал имбирный эль. Бармен в кремовой рубашке, бордовых подтяжках и галстуке-бабочке изящным жестом поставил передо мной стакан, рукава его были закаты, и я заметил мелькнувшую тусклую татуировку – сердце и какую-то надпись, скорее всего, женское имя.
Неспешно потягивая свой напиток, я присмотрелся к публике. Было похоже, что «Плющ» в основном посещала богема средней руки и те, кто себя к ней причислял. Пофантазировав, я предположил, что здесь собрались музыканты и артисты, и бывшие музыканты и артисты. И те, кому нравилось вращаться в подобном обществе, обсуждать стихи, музыку, театральные постановки и любоваться симпатичными молодыми людьми, желающими присоединится к артистическому братству.
https://author.today/work/557678
