Возраст.

Иногда перечитываю понравившиеся стихи. Одно из них - "Капризный старик". Последнее время не выходит из головы.

Входя будить меня с утра,

Кого ты видишь, медсестра?

Старик капризный, по привычке

Ещё «живущий» кое-как.

Полуслепой, полудурак.

«Живущий» впору взять в кавычки.

Не слышит – надрываться надо,

Изводит попусту харчи.

Бубнит всё время – нет с ним сладу.

Ну, сколько можно, замолчи!

Тарелку на пол опрокинул.

Где туфли? Где носок второй?

Последний, мать твою, герой.

Слезай с кровати! Чтоб ты сгинул…

Сестра! Взгляни в мои глаза!
Сумей увидеть то, что за…

За этой  немощью и болью,
За жизнью прожитой, большой.
За пиджаком, «побитым» молью,
За кожей дряблой, «за душой».

За гранью нынешнего дня
Попробуй разглядеть МЕНЯ…

…я мальчик! Непоседа, милый.

Весёлый, озорной слегка.

Мне страшно. Мне лет пять от силы.

А карусель так высока!

Но вон отец и мама рядом.

Я в них впиваюсь цепким взглядом.

И хоть мой страх неистребим,

Я точно знаю, что любим…

…вот мне шестнадцать, я горю!

Душою в облаках парю!

Мечтаю, радуюсь, грущу.

Я молод, я любовь ищу

… и вот он, мой счастливый миг!

Мне двадцать восемь. Я жених!

Иду с любовью к алтарю,

И вновь горю, горю, горю…

… мне тридцать пять, растёт семья
У нас уже есть сыновья.
Свой дом, хозяйство. И жена
Мне дочь вот-вот родить должна…

… а жизнь летит, летит вперёд!
Мне сорок пять – «круговорот»!
И дети «не по дням» растут.
Игрушки, школа, институт…

Всё!Упорхнули из гнезда!
И разлетелись кто куда.
Замедлен бег небесных тел.
Наш дом уютный опустел…

… но мы с любимою вдвоём!

Ложимся вместе и встаём.

Она грустить мне не даёт.

И жизнь опять летит вперёд...

… теперь уже мне шестьдесят.
Вновь дети в доме голосят!
Внучат весёлый хоровод.
О, как мы счастливы! Но вот…

… померк внезапно Солнца свет.

Моей любимой больше нет!

У счастья тоже есть предел…

Я за неделю поседел.

Осунулся, душой поник.

И ощутил, что я старик…

… теперь живу я «без затей».

Живу для внуков и детей.

Мой мир со мной, но с каждым днём

Всё меньше, меньше света в нём...

Крест  старости взвалив на плечи,

Бреду устало в никуда.

Покрылось сердце коркой льда

И время боль мою не лечит.

О, Господи, как жизнь длинна,

Когда не радует она…

… но с этим следует смириться.

Ничто не вечно под Луной.

А ты, склонившись надо мной,

Открой глаза свои, сестрица.

Я не старик капризный, нет!

Любимый муж, отец и дед…

… и мальчик маленький, доселе

В сияньи солнечного дня

Летящий вдаль на карусели…

Попробуй разглядеть  МЕНЯ…

И может, разглядев меня, 

Сумеешь ты найти себя.

Очень проникновенное стихотворение. 

Я я задумался. А я кто? И неожиданно пришло ощущение странное. Как будто моё детство, отрочество, юность и молодость будто были не у меня, а у кого-то очень близко знакомого и за его жизнью я следил со стороны. С "тем мальчиком" я себя не отождествляю. Странно это. Впрочем, у каждого человека есть, так называемый, "психологический возраст". Я точно знаю что мне всегда будет 34. Вот то что было до этого возраста, как будто было и не со мной. А с тех самых 34 лет , я - это я. К слову, жене всегда 18.) И моя бабушка покойная часто повторяла, что жизнь прошла, и она была как бы не моя. А моя, говорила, началась где-то с 48. О как. Без всяких тестов человек себя идентифицировал. И что интересно. На памятнике она просила разместить фотографию свою именно 48летнего возраста. Не молодую и красивую, а ту, кем она сама себя видела и ощущала. 

А из всего этого следует важный вывод. Если вдруг вернуться в детство, то кем я буду?) Упекут ведь в психушку ) Если я, вдруг, начну спорить, например, с учительницей в школе, используя трактовку Библии и приводя в доказательство своей правоты выдержки из сочинений Спинозы или Гегеля. А если ещё и Маркса?) Капец, короче. Или выдам, что Наташа Ростова - восторженная дура, что и является идеалом самого Толстого. И косить под молодого не выйдет. Это против моей естественной натуры. 

Я, иногда, мечтаю оказаться на улицах Байконура в начале 80х. Поговорить по душам с дедом. Побродить в одиночестве по раскалённым, ставшими родными, скверам и переулкам, выйти на заросшие джидой берега Сыр-Дарьи.... И совершенно не интересуют те, кто были моими друзьями в то время. И не только они. Никто. Поэтому я там - чужой. Полное одиночество. 

Так что ни за какие коврижки я не хочу вернуть года. Только вперёд. И вся прелесть жизни как раз и заключается в том что она конечна.