Греческая История

         Поехали мы отдыхать всей семьёй. Муж, я и дочка. Солнце, море, all inclusive — ну что ещё нужно для счастья, кроме разве что личного шатра с кондиционером? Дочь на тот момент была, как бы это сказать, «недоподросток». Вроде ещё ребёнок, но уже с таким лицом, будто мы её в этот отель сослали на каторгу, а не привезли на халявные плюшки. Глаза разбегаются, но в основном от количества бесплатной газировки.

           И вот сидим мы в холле, ждём гида, чтобы, значит, приобщиться к греческим древностям, а не только к местному пиву. И тут наш детёныш, который уже, видите ли, слишком взрослый, чтобы держать маму за руку, гордо топает в туалет. Один.

            Я вам сейчас расскажу про туалеты в холлах отелей. Добавлю только, что людей там нет. Ну а что делать в холле отдыхающим, если там не наливают? Это самое грустное место на земле. Это чистилище all inclusive. Это там, где вы с чемоданами прощаетесь с сытой жизнью до следующего года, и вам виден только кусочек голубого неба, который дразнит, и запах кокосового масла, который теперь будет преследовать вас вместо совести. Чтобы потом, в самолёте, вспоминая мгновенья блаженства, ты бегал по дьюти-фри с выпученными глазами и нюхал всё подряд в поисках того самого крема, потому что без него жизнь, кажется, кончена.

           Так вот. Туалет в том отеле — это даже не туалет, а, прости Господи, взлётная полоса в Дубай. Длинный коридор, двери по бокам, зеркала во всю стену, ручки хромированные, манят, как запретный плод. Что уж случилось с нашим чайлдом и зачем ей понадобилось выруливать на центр этой полосы — история умалчивает. Но факт: зашла она в это царство гигиены и стерильности, и…

          Мы сидим. Ждём. У нас экскурсия, между прочим, оплачена! А ребёнка нет. Ладошки потеют, мысли разбегаются быстрее, чем тараканы на кухне плохого ресторана. Что может случиться в туалете? Это же самое безопасное место, если ты, конечно, не решил там устроить заплыв. Но время идёт.

           Муж, как отважный малый, идёт на разведку. Учитывая, что туалет женский, аргумент у него железный: «У нас там недоподросток, мы его забираем!» Спасатель, блин.

            Минут через двадцать они выходят. Я за это время уже поседела, прокляла Грецию, все её острова и лично Зевса за такие испытания. Муж выходит и ржёт, как конь на водопое. Ребёнок рыдает. Картина маслом.

             Как выяснилось, дочь закрылась в кабинке. И всё. И не смогла открыть. То ли хитрый заморский замок с секретом, то ли подростковая стеснительность парализовала ей пальцы, то ли просто знак свыше, что нечего шляться одной. Но факт остаётся фактом: дверь не открывается. Народу нет. Тишина, нарушаемая лишь ритмичным журчанием кондиционера. Кругом блеск зеркал, хромированные блики слепят глаза, полный эффект дорогой операционной. Паника в условиях стерильности.

             Со слов мужа: заходит он на этот аэродром. Везёт блестит, сияет, пахнет так загадочно, что он уже сомневается — то ли в туалет попал, то ли в будуар к местным куртизанкам. И главное — ребёнка не видно. Орать в таком месте как-то язык не поворачивается. Священное место, всё такое.

            Идёт он, прислушивается, как заправский сапёр. К каждой двери подходит, нагибается, высматривает сандалии. Вдруг слышит из-за одной двери жалобный шёпот:

— Хэлп ми… пипл… хэлп…

Понимает — моя. Нашёл.

          И сидят они потом передо мной: муж смущённо-довольный, дочь красная, как тот самый закат над Эгейским морем, который мы должны были сейчас с экскурсии смотреть. А я не знаю, то ли плакать, то ли смеяться. Экскурсию мы, разумеется, пропустили. Так и сидели в холле, слушая сагу о покорении керамического трона.

Мораль: хотите увидеть Грецию — сидите в номере и не дышите. А лучше сразу нюхайте кокос.