Сказочные открытия 2
Автор: Анна АлиотКогда я рассказывала о русской сказке, очень похожей на "Али-Бабу", то уже поднимала вопрос о поразительной похожести двух других сказок: "Белоснежки" из сборника братьев Гримм и Пушкинской "Сказке о мёртвой царевне". Здесь важно отметить следующее: как братья Гримм записали и художественно оформили народный сюжет, так и Пушкинская сказка - авторское переосмысление русской народной сказки "Волшебное зеркальце", не исключено влияние и немецкой сказки.
У Александра Сергеевича всё красиво: и царевна, и жених у неё, и богатыри-помощники... В народной сказке другие герои:
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был купец-вдовец; у него были сын, да дочь, да родной брат…
Купец - очень удобная сказочная фигура для роли отца. Отличный повод куда-нибудь уехать и оставить детей, а лучше - одну дочь.
В одно время собирается этот купец в чужие земли ехать, разные товары закупать, берет с собой сына, а дома оставляет дочку; призывает он своего брата и говорит ему: «Препоручаю тебе, любезный братец, весь мой дом и хозяйство и усердно прошу: присматривай построже за моей дочкою, учи ее грамоте, а баловать не позволяй!»
Дядя оказался учитель, прямо скажем, не очень:
«Или, — говорит, — грех со мной сотвори, или тебе на свете не жить; и сам пропаду и тебя убью!..»
Девица не робкого десятка и какое-то время стойко держала оборону:
Пошла как-то девица в баню, дядя за нею — только в дверь, она хвать полный таз кипятку и окатила его с головы до ног.
Такое "с лёгким паром" дядю доконало. Как только поправился, племянницу оклеветал:
Думал-думал, взял да и написал к своему брату письмо: твоя-де дочь худыми делами занимается, по чужим дворам таскается, дома не ночует и меня не слушает.
С роднёй у героини вообще не задалось. Отец говорит сыну:
«Вот твоя сестра весь дом опозорила! Не хочу ж ее миловать: поезжай сию минуту назад, изруби негодницу на мелкие части и на этом ноже привези ее сердце. Пусть добрые люди не смеются с нашего рода-племени!»
Момент прям бррр. У Пушкина чернавка просто ведёт царевну в лес привязать к сосне, у братьев Гримм - егерь должен зарезать бедняжку и принести её сердце - тоже пробирает, но когда эта роль ложится на плечи ещё и родного брата - драма взлетает до небес. Мотаем на ус.
С братом героине повезло больше. Он её, конечно, щадит, и приносит отцу сердце дворовой собаки. Любящий папа в это время:
«А ну ее! Собаке собачья и смерть!» — отвечал отец.
Без комментариев.
Дальше всё по классике: девица бежит в лес, находит там большой дом, а в доме - двух сильномогучих богатырей, которые оставляют её у себя за хозяйку и называют сестрицей.
В народной сказке есть интересный момент с акцентом на сам дом - он непременно большой и стоит в лесу, в нём живут одни мужчины.
Входит она в палаты — в палатах нет ни души человеческой; хотела было назад поворотить — вдруг прискакали на двор два сильномогучие богатыря, вошли во дворец, увидали девицу и говорят: «Здравствуй, красавица!» — «Здравствуйте, честные витязи!»
Тут уместно добавить пояснение от Владимира Яковлевича Проппа, что это за дом, почему он стоит в лесу, и почему там живут одни мужчины (да, я уже упоминала, но вдруг кто-то пропустил).
Мужские дома - это особого рода институт, свойственный родовому строю. Он прекращает свое существование с возникновением рабовладельческого государства. Его возникновение связано с охотой как основной формой производства материальной жизни, и с тотемизмом как идеологическим отражением ее. Там, где начинает развиваться земледелие, этот институт еще существует, но начинает вырождаться и иногда принимает уродливые формы. Функции мужских домов разнообразны и неустойчивы. Во всяком случае можно утверждать, что в известных случаях часть мужского населения, а именно юноши, начиная с момента половой зрелости и до вступления в брак, уже не живут в семьях своих родителей, а переходят жить в большие, специально построенные дома, каковые принято называть "домами мужчин", "мужскими домами" или "домами холостых". Здесь они живут особого рода коммунами.
Обычно все посвященные мужчины объединены в союз, имеющий определенное название, определенные маски и т. д.
Функции союза также очень широки и разнообразны. Часто в его руках находится фактическая власть над всем племенем. Мужские дома являются центром сборищ союза. Здесь совершаются пляски, церемонии, иногда хранятся маски и другие святыни племени. Иногда на одной площадке имеются два дома-один маленький (в нем производится обрезание) и один большой. Женатые в нем обычно не живут.
Ну в общем понятно, чем ребята там занимались - проходили инициацию, учились всякой мужской премудрости, охотились, совершали положенные ритуалы и прочее. Но что там делает девица?
Мужской дом запрещен женщинам в целом, но этот запрет не имеет обратной силы: женщина не запрещена в мужском доме. Это значит: в мужских домах всегда находились женщины (одна или несколько), служившие братьям женами.
В нашей сказке на отношении к ней делается особый акцент:
— «Вот, брат, — сказал один богатырь другому, — мы с тобой тужили, что у нас хозяйничать некому; а бог нам сестрицу послал». Оставили богатыри купеческую дочь у себя жить, назвали родною сестрицею, отдали ей ключи и сделали надо всем домом хозяйкою; потом вынули острые сабли, уперли друг дружке в грудь и положили такой уговор: «Если кто из нас посмеет на сестру посягнуть, то не щадя изрубить его этою самою саблею».
Такое яркое обособление "сестрицы", скорее всего, более позднее переосмысление положение женщины в мужском доме, когда многомужество стало не в почёте.
"В исторических корнях волшебной сказки" большая интересная глава об этом явлении, я только надёргала из неё кусочки, чтобы не быть голословной.
Дальше сюжет встаёт на знакомые нам рельсы: отец (тот самый, да) женится второй раз, и у его новой жены есть волшебное зеркальце. Ну вы поняли... Тут-то зеркальце ей падчерицу в лесу и сдало. Вот так сюрприз. К девице была отправлена злая старушонка, которая с третьего раза-таки извела её волшебным волоском. Богатыри расстроились, положили девицу в хрустальный гроб и самоустранились. Буквально.
После того залились богатыри горючими слезами; обуяла их великая тоска. «На что, — говорят, — нам на белом свете жить? Пойдем, решим себя!» Обнялись, попрощались друг с дружкою, вышли на высокий балкон, взялись за руки и бросились вниз; ударились об острые камни и кончили свою жизнь.
Ну а что? Сюжету они больше не нужны. Тема щекотливая, замечу, что автор этого поста такой поступок осуждает.
Почему, кстати, выход из мужского дома дома замуж через гроб, Пропп тоже объясняет:
В сказке девушка, живущая у богатырей в лесу, иногда внезапно умирает; затем, пробыв некоторое время мертвой, вновь оживает, после чего вступает в брак с царевичем. Временная смерть, как мы видели, есть один из характерных и постоянных признаков обряда посвящения. Мы можем предположить, что девушка, раньше, чем быть выпущенной из дома, подвергалась обряду посвящения. Мы можем догадываться и о причинах этого: такое посвящение гарантировало сохранение тайны дома. Здесь сказка только слегка изменила внутреннюю, но не внешнюю последовательность событий. В сказке она неожиданно умирает и столь же неожиданно оживает и вступает в брак. Здесь не исторична только неожиданность. Именно момент ухода из дома ради брака и вызывал необходимость посвящения, т. е. умирания и воскресения.
Ну и дальше: много лет спустя принц царевич находит гроб в лесу, влюбляется, тайком увозит гроб с девицей к себе, любуется на неё в своей комнате и всё же решает её похоронить как положено, а перед этим расчёсывает ей волосы. Заговорённый волосок выпадывает, девица просыпается. Любовь, счастье, хэппи энд... да как бы не так!
Тут начинается моя любимая часть. За обретённое счастье ей нужно ещё побороться.
Прошло сколько-то времени — вздумалось ей поехать в свою сторону, отца с братцем навестить; царевич не прочь, стал у отца проситься. «Хорошо, — говорит царь, — поезжайте, дети мои любезные! Ты, царевич, отправляйся сухим путем в объезд, осмотри этим случаем все наши земли и порядки узнай, а жена твоя пусть на корабле плывет прямым путем».
Вот не было печали! А на корабле - начальный генерал недоброе удумал.
«Полюби меня, — говорит он царевне, — коли не полюбишь — в море выброшу!»
У царевны неожиданно находится помощник:
Подслушал генеральские речи один матросик, пришел к царевне вечером и стал говорить: «Не плачь, царевна! Одевайся ты в мое платье, а я твое надену; ты ступай на палубу, а я в каюте остануся. Пусть генерал меня в море выбросит — я того не боюсь;
Генерал отчего-то матросу вместо царевны не обрадовался и в море его правда выкинул. Сказка вознаграждает матроса за доброту и уточняет, что тот добрался вплавь до берега и у него всё хорошо (а с богатырями так нельзя было?).
Утром причалили, царевна по-тихому сбежала, купила себе поварской одежды и устроилась поварихой к собственному отцу. Там её, конечно, никто не узнал. Приехавшему царевичу сообщили, что жена случайно упала в море, тот погрустил и поехал навестить её отца. Там его принимают, закатывают большой пир (отца ничего не смущает), и вот развязка:
Пили, ели, прохлаждалися; один из гостей и говорит: «Послушайте, господа честные! Что все пить да пить — с того добру не быть; давайте-ка лучше сказывать сказки». — «Ладно, ладно! — закричали со всех сторон. — Кто же начнет?» Тот не умеет, другой не горазд, а третьему вино память отшибло. Как быть? Отозвался тут купеческий приказчик: «Есть у нас на кухне новый поваренок, много по чужим землям странствовал, много всяких див видывал и такой мастер сказки сказывать — что на поди!» Купец позвал того поваренка. «Потешь, — говорит, — моих гостей!» Отвечает ему поваренок-царевна: «Что рассказать-то вам: сказку аль бывальщину?» — «Сказывай бывальщину!» — «Пожалуй, можно и бывальщину, только с таким уговором: кто меня перебьет, того чумичкой в лоб».
Чувствуете, куда дело идёт?
«Так и этак, — говорит, — была у купца дочь; поехал купец за море и поручил своему родному брату смотреть за девицей; дядя позарился на ее красоту и не дает ей ни минуты спокою…» А дядя слышит, что речь про него идет, и говорит: «Это, господа, неправда!» — «А, по-твоему неправда? Вот же тебе чумичка в лоб!» После того дошло дело до мачехи, как она волшебное зеркальце допрашивала, и до злой старухи, как она к богатырям в белокаменный дворец приходила, — и старуха и мачеха в один голос закричали: «Вот вздор какой! Этого быть не может». Царевна ударила их по лбу чумичкою и стала рассказывать, как она лежала в хрустальном гробе, как нашел ее царевич, оживил и женился на ней и как она поехала отца навестить.
Генерал смекнул, что дело-то не ладно, и просится у царевича: «Позвольте мне домой уйти; что-то голова разболелась!» — «Ничего, посиди немножко!» Стала царевна про генерала рассказывать; ну, и он не вытерпел. «Все это, — говорит, — неправда!» Царевна его чумичкою в лоб да сбросила с себя поварское платье и открылась царевичу: «Я-де не поваренок, я — твоя законная жена!»
Прелестно, да?
Ну и хэппи энд по-сказочному:
злую старуху вместе с дядею на воротах расстреляли, мачеху-волшебницу к жеребцу за хвост привязали, жеребец полетел в чистое поле и разнес ее кости по кустам, по яругам; генерала царевич сослал на каторгу, а на его место пожаловал матроса, что царевну от беды спас. С того времени жили царевич, его жена и купец вместе — долго и счастливо.
Говорила же, у матроса всё хорошо!
Что мне особенно откликается в этой сказке, так это девица. Вот уж точно неунывающая героиня.
-----
Ну и о себе пару слов замолвлю. Я так много говорю об этих мужских домах, потому что уже пару месяцев о них думаю. Нет, гарема во "Врановом пере" не будет, и вот этого исторического "жена в мужском доме" тоже, но сюжет с домом в лесу и его обитателями-перевёртышами в повествование впишется. Хоть бочком, а эту сказку тоже зацепим)
Неожиданно написала новую главу, так что двенадцатая глава выйдет или на выходных, или в начале недели. Сама не поняла, как так вышло: я вроде бы писала вводную часть, писала-писала, а потом вдруг - ой, надо её сделать отдельно. Вполне себе глава. После переживаний с лешим как раз хорошо поговорить, пока герои идут к следующему квесту дальше.
Такое странное ощущение от текста: сперва я больше опиралась на сказочные сюжеты, выискивала детали, шерстила книги по фольклору... а потом это всё так плотно сплелось в свой отдельный мир, со своими законами, что эти сказочные мотивы как будто уже не воспринимаются как что-то извне, что читатель должен узнать как пасхалку. Они живут сами! По крайней мере, в моей голове 
Я уже и не особо вспоминаю, что Сивка пришёл из сказки про Сивку-бурку, ясно же, что он конь Финиста, и должен появиться в этой роли. Да и сам Финист не тот царевич, что летал к девице в окно, а один из бессмертных чародеев Светозарья... И история Люты перестала быть просто отголоском страшилок о том, как колдун на свадьбе превратил всех гостей в волков, а своя родная сказка про упрямство и человечность. Вот как это так работает? Мне очень нравится!