Тут мог бы быть ехидный отзыв на "Сирену", но пришлось писать хвалебный (стыдно)

Здравствуйте, дорогие мальчики и девочки, леди и джентельмены, серы и серихи, серуняки... и сирены!   

Любите ли вы сказки так же, как люблю их я? Нет, серьёзно, я их обожаю Вот и Вита Алая, судя по всему, любит. Потому и написать изволила про море, про берег, про мальчика и про то, что не всё, что красиво поёт, поёт для вашего блага.

Знакомая завязка? Ещё бы. Ганс Христиан Андерсен приветственно машет рукой из своей Дании и говорит: "Опаньки, коллега!"

Только у Андерсена всё было понятно с первой страницы: вот добро, вот зло, вот мораль, ідіть нахрін идите домой. Тут же всё несколько хитрее.

Сказочка, которая пахнет морем и детством, как-то так незаметно вытекает во взрослую прозу. Причём момент этого превращения ловишь не сразу.

Читаешь. Расслабляешься. Думаешь: "Ти диви, яка хороша казочка про море, про мальчика, про..."

Раз — и ты уже не в сказке. Добро пожаловать.

Шо мне больше всего понравилось: язык взрослеет вместе с главным героем. Простой, почти сказочный в начале, без вычурности и попыток произвести впечатление. А потом тихонечко, аккуратно, почти незаметно — повзрослел. И ты это заметил только в середине.

Это, кстати, редкость. И умение.

Многие авторы либо пишут сказку и остаются в ней до конца со всеми этими "жили-были", либо сразу лезут в серьёзную прозу с философией на каждой странице и читатель засыпает на третьей.

Тут переход сделан аккуратно. Почти незаметно. И именно поэтому попадает туда, куда надо. (В контексте того, за шо пойдет речь, звучит ну очень двусмысленно, кек  ) 

Шо мне меньше всего понравилось: Есть в тексте один эпизод, где уже на первых двух абзацах любой читатель старше двенадцати лет уже всё понял. Ну вот вообще всё. И шо там происходит, и шо главному герою вовсе не цветов у корзинку насобирать хотелося. Но почему-то автор решила, что читатель недостаточно взрослый и сочла нужным развернуть эту мыслю у полный рост, что, как по мне, немного подпортило и очарование всей истории и, как ни парадоксально, увесь эротизьм убило. 

Отдельная история — имена персонажей. Значится, имеем: Василис (Греция?), Костас (точно Греция), Сирилун (а вот это уже откуда-то из другого мира), Митрофан (здравствуй, Московия) и Матрёна (она самая). Всё это в одном рассказе. На одном острове. 

Карту достать не получилось. Компас крутится, в голове мутится. Костас с Василисом указывают на Эгейское море, Митрофан с Матрёной — на n-cкую губернию какую-то, а Сирилун вообще порвала мультивселенную и откуда-то из авторского мира прибыла. Но что характерно, растения на острове русалки вроде как средиземноморские. 

Это не смертельно, но несколько раз приходилося подавлять собственный вопрос: "погоди, а это где?"

Возможно, это авторский приём — намеренно вневременное, вненациональное пространство. Возможно, просто так получилось. В любом случае, читатель с картой в голове будет периодически коситься на этот момент с лёгким недоумением.

Но ладно, я придираюсь

Рекомендую ли? 

Да.

И это, пожалуй, одно из немногих произведений, где я искренне хотел бы доколупаться в силу своей дотошности нарыглывости и в целом гаденького характера  и таки не смог.

Читабельно, глазу приятно. Можете читать, вот ссылка https://author.today/work/5067 

Только не ночью у моря. Или именно ночью у моря — как вам нравится, вы взрослые люди, сами разберётесь.

Всех обнял, приподнял, бобра пожевал добра пожелал.
Остапэ