Православные верующие, Церковь и Великая Отечественная война.

В последнее время мне все чаще попадается литература жанра "фэнтези", которую ее фанаты требуют считать научной или, минимум, научпопом. Это сказки о том, что гитлеровская Германия потерпела поражение исключительно от верующих, пока солдаты Советской армии отсиживались по тылам.

Как они примерно звучат? "Отечественная война? Да победили в ней только потому, что верующие на танки жертвовали, потому что храмы открыли, потому что Москву с иконой облетели, потому что все солдаты поголовно о вере вспомнили, и вообще – потому что Сталин был верующим!   Подвиг солдат? Какие солдаты?! Они на подтанцовках были, в дальних окопах отсыпались, а Гитлера победило небесное воинство во главе с царем-мучеником Николаем II! И вообще, если хотите знать, чья победа, то вспомните, что маршала Жукова звали Георгий, как святого Георгия Победоносца, а день Победы пришелся на праздник Пасхи, что является знамением Божьим!"

Вот вы знаете, я нигде не нашел вразумительных сведений о том, сколько дали верующие (именно, как верующие, а не рабочие атеистического государства) нашей армии оружия и техники. Кроме многократного рукоблудия на танковую колонну «Дмитрий Донской» и самолеты эскадрильи «Александр Невский».
НО есть иная информация. О том, сколько ВЕСЬ советский (в подавляющем большинстве своем – атеистический) народ, на личные собранные средства дал фронту. А именно –  «16 миллиардов рублей наличными, 13 килограммов платины, 131 килограмм золота, 9519 килограммов серебра, драгоценностей на 1,8 миллиарда рублей. На пожертвования советских людей было построено 2,5 тысячи боевых самолетов, несколько тысяч танков, восемь подлодок» (118).
Верующие тоже внесли свой вклад – этого я не отрицаю. Вот только считаю его ныне переоцененным в политических целях. Можно ведь примерно подсчитать, каково процентное соотношение вклада верующих по отношению к вкладу всего атеистического Советского Союза. Например, любимая ныне танковая колонна «Дмитрий Донской» располагала только двадцатью танками (119). Даже если принять во внимание расплывчатость формулировки «несколько тысяч» по отношению ко всем танкам, созданным на пожертвования всего народа, получается, что в лучшем случае вклад верующих составил менее 1%!!! А вот с самолетами эскадрилий «Александр Невский» и «За родину» вышла неприятная история. Сейчас различные авторы СМИ и пользователи соцсетей норовят выставить эти воинские части, как укомплектованные техникой исключительно на средства верующих (120).  Но...
Мягко говоря, это не соответствует имеющимся сведениям. Известно, что благочинный города Горького протоиерей Александр Александрович Архангельский призывал создать такую эскадрилью и вносил денежные средства на постройку ее самолетов (121). НО! Я процитирую: «Восемь эскадрилий боевых самолетов построили на свои средства к ноябрю 1942 г. трудящиеся Пензенской области. Инициаторами здесь явились колхозники сельхозартели «Трактор» Терновского района, которые еще в середине сентября 1942 г. обратились ко всем колхозникам области с призывом начать сбор средств на строительство в подарок фронту к XXV годовщине Великой Октябрьской социалистической революции пяти эскадрилий боевых самолетов-истребителей. Авиаэскадрильям предлагалось присвоить имена: «Владимир Ленин», «Иосиф Сталин», «Александр Суворов», «Михаил Кутузов», «Александр Невский». Терновские колхозники первыми в области внесли на строительство боевых самолетов 40 тыс. рублей наличными деньгами<...> Менее чем за три недели трудящиеся Пензенской области внесли 14 млн.рублей вместо 9 млн., требовавшихся для постройки пяти авиаэскадрилий». (122) Потому, можно лишь утверждать, что какое-то количество верующих внесло какую-то часть денежных средств (если дело не ограничилось словами в газете и цифры не завышены). Благочинный Архангельский говорил о внесенных общиной 2,5 млн рублей (123), но неизвестно, сколько из них пошли на самолеты для эскадрильи «Александр Невский». Если даже назвать верующих трудящимися, (что лично я отрицаю), и предположить, что весь их вклад пошел на перечисленные  выше  воинские подразделения, получится, что их вклад, по отношению к 14 млн. составляет 19-20%  
А вот про роль верующих в создании самолетов для эскадрильи «За Родину» я не обнаружил совсем. Источники утверждают: «Бюро Новосибирского обкома ВКП(б) 24 октября 1942 г. одобрило инициативу колхоза «Родина» Кузнецкого района Новосибирской области о постройке боевой эскадрильи «За Родину», которые отчислили 2 млн. руб. для этих целей из доходов колхоза и колхозников, и рекомендовало партийным организациям обсудить эту инициативу на собраниях трудящихся и организовать сбор средств на постройку эскадрильи «За Родину». Газета «Правда» 2 января 1943 г. опубликовала сообщение колхозников Новосибирской области, в котором отмечается, что на постройку боевых самолетов эскадрильи «За Родину» колхозники области собрали 106 млн. руб., 110 тыс. пудов хлеба, шерсти на 25 тыс. пар валенок, 105 тыс. штук птицы. А в телеграмме политотдела Томской железной дороги в политотделение Наркомата путей сообщения 22 января 1943 г. сообщалось, что железнодорожники магистрали собрали на строительство эскадрильи боевых самолетов «За Родину» 6 600 тыс. руб. (125).  Колхозники и железнодорожники. При чем же здесь верующие – до сих пор непонятно.
В итоге можно судить, что помощь верующих очень сильно варьировалась: в лучшем случае, при условии огромного количества уступок в работе с первоисточниками и полному доверию к словам, можно предположить, что местами она могла составлять до 19-20% от всего вклада граждан атеистической страны, при фактическом же рассмотрении, она составляла менее 1% от вклада атеистов. Не следует забывать и о современных приписках.  Утверждать при таком раскладе о том, что именно верующим мы все обязаны победой над Гитлером – либо откровенная наглость, либо непроходимая глупость.
Зато есть любопытный вклад со стороны верующих и Церкви в победу Гитлера над русским народом.
РПЦЗ (Русская православная церковь заграницей) активно сотрудничала с армией генерала Власова – предателями на службе у нацистов. Митрополит Анастасий благословлял лично этот сброд при встрече. «Оставшись наедине, оба митрополита со Власовым побеседовали часа два и порешили, что Синод с имеющимся в его распоряжении духовенством обслуживает религиозные потребности частей Освободительного движения, а Освободительное движение все возникающие в его частях религиозные и церковные вопросы направляет к представителям Синода. Это положение продолжалось вплоть до трагического конца нашего движения. После общего обеда и общей беседы оба митрополита отбыли к себе домой. А через некоторое время к Власову приехали эвакуировавшиеся монахи Почаевского монастыря во главе с их игуменом, всего 25 человек, и Власов всех их принял, выслушал и позаботился о них, что по тем временам было не так просто» – сообщают первоисточники (125).
Не следует забывать, что духовно окормлял власовцев митрополит Гермоген (126).
Интересная подборка сведений о сотрудничестве РПЦЗ, грекокатоликов и прочих христианских Церквей с Гитлером содержится в книге Шкаровского М. В. «Крест и свастика. Нацистская Германия и Православная Церковь». Здесь же в формат книги весь список не уместится. Да и нынешние клерикалы от православия очень любят подчеркивать, что РПЦЗ и пр. – это не РПЦ, что, мол, это все – неправильные христиане, а вот РПЦ – правильные, а потому следует рассматривать только представителей православия на территории СССР. Защитнички, делающие подобные утверждения, очень плохо осведомлены об истории собственной веры и текущем положении ее дел. Хотя бы потому, что еще в 2007 году патриархом РПЦ Алексием и митрополитом РПЦЗ Лавром был подписан в храме Христа Спасителя г. Москва  «Акт о каноническом общении Русской православной церкви заграницей с Русской православной церковью Московского патриархата», где ясно прописано, что: а) «Русская Православная Церковь Заграницей, совершая свое спасительное служение в исторически сложившейся совокупности ее епархий, приходов, монастырей, братств и других церковных учреждений, пребывает неотъемлемой самоуправляемой частью Поместной Русской Православной Церкви»; б) «Вышестоящей инстанцией церковной власти для Русской Православной Церкви Заграницей являются Поместный и Архиерейский Собор Русской Православной Церкви»; в) «Ранее изданные акты, препятствовавшие полноте канонического общения, признаются недействительными либо утратившими силу» (127). По поводу данного слияния дьякон Псарев Андрей писал, что «достигнут консенсус внутри Русской Церкви, что миссия РПЦЗ в коммунистический период была пастырски оправданной» (128) А неотъемлемой частью «миссии» РПЦЗ в «коммунистический период» было, как вы помните, активное сотрудничество с немецко-фашистскими оккупантами.

Распространявшаяся на оккупированных нацистами территориях газета «За Родину» содержала такую передовицу в №73 от 3-го декабря 1942 г.
«От имени русской православной церкви: Господи, ниспошли Адольфу Гитлеру силу для окончательной победы. Германия дарит 1026 православных духовных книг русскому экзархату.
В противоположность большевизму, который разрушал церкви, организовывал массовые ссылки и даже убийства духовенства, преследовал верующих, – национал-социалистическая Германия не только разрешает любую церковную деятельность, но и поддерживает её всеми возможными мерами. Православная церковь в освобожденных областях возобновила свою деятельность под защитой германских вооруженных сил... Достопримечательно то, что штаб Розенберга, получивший в самом разгаре войны непосредственно от Адольфа Гитлера поручение – вести духовную борьбу против основ большевистского мировоззрения, теперь смог вручить экзарху 1026 священных книг…Во время торжественного акта передачи ценных книг экзарху Сергию, представитель штаба государственного министра Розенберга сказал: «Я передаю сегодня спасенные Библии и молитвенники православной церкви: она под защитой германских военных сил – снова может совершать богослужения, чему большевики препятствовали грубым насилием. Таким образом, священные книги, осужденные большевиками на прозябание в музеях, снова пробуждены к жизни и смогут спасать человеческие души от яда большевизма. .....Искренне растроганный ценным даром. экзарх Сергий выразил от имени православной церкви свою благодарность. «Благодарю вас за спасение этих священных писаний не только как представитель православной церкви Латвии, но также и всех церквей России, частью уже освобожденных германской армией частью – ещё страдающих под ярмом большевизма. В этой борьбе, являющейся в то же время борьбой за свободу веры, примут участие не только церковные власти, но и весь народ. Прежде всего, мы благодарим великого германского Фюрера, спасающего Европу от красных захватчиков. Особенно благодарим Адольфа Гитлера, который, в тяжелую годину войны нашёл время позаботиться о сохранении культурных ценностей и велел вернуть русской Церкви её имущество. Мы молим Всевышнего, чтобы он в апрель послал Адольфу Гитлеру силу и крепость для окончательной победы над большевизмом...» (129).
В цитате, кстати, не указано, что представитель ведомства Розенберга в своей речи добавил: «Мы ведем одинаковую борьбу! Поэтому разрешите… вручить вам еще одно духовное оружие борьбы, являющейся также и нашей борьбой» (130).

Сейчас представители РПЦ требуют считать эту статью если не подделкой, то выражением частного мнения отдельных священников.  Потому, как она как плохо влияет на репутацию, а значит – на бизнес.
Экзарх Сергий (Вокресенский) высказывал следующее: «Под натиском русской души началась дегенерация большевизма. В этой войне большевизм должен был капитулировать перед русским духом, так как иначе большевизм вообще не мог бы дальше вести войну. Большевики разрушают свое собственное дело тем, что они, как сейчас, отрекаются от своих принципов… Если Сталин однажды возьмет назад все сделанные уступки русской душе, это приведет к революции в России. Если в русских разбудить зверя, с ним будет не справиться. Уже в 1941 г. в большевистской России произошла бы революция, если бы немцы проводили другую восточную политику» (131).
Созванное 5 апреля 1944 г. в Риге архиерейское совещание приняло обращение к «Православным людям в Литве, Латвии и Эстонии». Там имелись и следующие слова: «Чтобы жила свободная Россия, большевизм надо уничтожить. Только тогда будет свободна и Церковь… Сознавайте отчетливо, что место наше в рядах борцов за новую свободную счастливую Россию, в рядах Русской Освободительной Армии… Господи, спаси и сохрани Россию!» (132).
Эталоном предательства и сотрудничества с врагом является Псковская православная миссия. Имеются заснятые мною в псковском музее духовные издания, выпускавшиеся Миссией под патронатом гитлеровцев.

В июне 1942 года в распоряжении миссии говорилось: «В ночь с 21 на 22 сего месяца исполняется год той освободительной борьбы, которую ведёт победоносная германская армия с большевизмом во имя спасения человечества от сатанинской власти поработителей и насильников. Христианский долг требует от нас искреннего сознания всей важности необходимости продолжающейся освободительной борьбы, а также соответствующего серьёзного отношения и к великой дате современной истории, ознаменовавшей собой начало этой борьбы. В связи с этим, предписываем всему духовенству 21 сего июня после божественной литургии и произнесения соответствующего слова совершить молебствование о даровании Господом сил и крепости Германской армии и её вождю Адольфу Гитлеру для окончательной победы над проклятым жидо-большевизмом» (133).
В пользу гитлеровских оккупационных властей, свечная фабрика Миссии отчисляла 30% дохода, а иконописная мастерская – 10% дохода. Деньгами делились со стонами и зубовным скрежетом. Неоднократные попытки священников сохранить доходы себе путем освобождения от такого «налога» в наше время пафосно объясняются «патриотизмом» и «нежеланием сотрудничать с немцами» (134).
Священниками Миссии велась активная агитационная работа среди населения оккупированных территорий на предмет пользы угона в Германию или вступления в армию предателя Власова. В одном из воззваний Миссии говорилось: «Русские патриоты обязаны всемерно содействовать уничтожению и плодов, и корней коммунизма. Мы верим, что найдется немало русских душ, готовых к участию в уничтожении коммунизма и его защитников…» (135).
Журнал «Православный христианин», выпускаемый Миссией, содержал следующие строки: «Германия вправе рассчитывать, что верующий русский народ высоко оценит подвиги освободительной германской армии и во всем окажет ей лояльную, деятельную жертвенную поддержку».
За победу германского оружия проводились молебны, в честь побед нацистов проводились крестные ходы.
В обязанности священникам вменялось собирать сведения об урожайности районов, об отношении народа к власовскому движению и прочий сбор разведданных. В Ленобласти (входившей в ведение Миссии) по доносам священников было расстреляно гитлеровцами 144 человека (136).
Не лучше обстояла ситуация и в восстановленном белорусском экзархате. Силова сообщает: «<...> в начальный период оккупации православные иерархи Белоруссии могли противостоять требованиям оккупационных властей и открыто их не поддерживать. После марта 1942 года ситуация резко изменилась, и белорусские епископы окончательно потеряли свою самостоятельность, целиком попали под влияние светской оккупационной власти и белорусских коллаборантов»  (137).
Митрофорный протоиерей Котович Евгений Петрович лично ездил в 1942 году в Берлин улаживать вопросы о расписании богослужений с начальником отдела гестапо по церковным делам (138).
Архиепископ Филофей, возглавивший после высылки митрополита Пантелеймона Рожновского православную церковь в Белоруссии, требовал в своем меморандуме «сместить все русофильское духовенство» (139).
Участники Белорусского церковного собора 30 августа 1942 года направили телеграмму на имя А. Гитлера с выражением благодарности. Ее текст гласил: «в истории Белоруссии первый православный собор в Минске передает Вам, господин рейхскомиссар, от имени православных белорусов спасибо от всего сердца за освобождение от безбожного большевизма и за данную нам возможность свободного развития нашей церковной жизни в форме Святой Православной Автокефальной Белорусской Церкви и желает Вашему непобедимому оружию скорейшей полной победы. 30 августа 1942 года, город Минск» (140).
Будущим священникам Белорусской Автокефальной Православной Национальной Церкви после окончания курсов внушали: «вы – будущие священники, разъехавшись на парафии, должны оказывать всяческую личную помощь немецким властям в борьбе с остатками советской нечисти и в произносимых вами проповедях должны воспитывать верующих, чтобы они не оказывали никакой помощи партизанам, считая это за Божий грех как оказание помощи смутьянам» (141).
Также Силова приводит следующие примеры: «Хрестоматийным примером стала деятельность священника Антониуса из городского поселка Логойск Минской области. После прибытия в Логойск карательного батальона СС под командованием Дирлевангера отец Антониус пошел на прямой контакт с Дирлевангером и стал лучшим пропагандистом «нового порядка» в Европе. Этот священник принимал все меры к тому, чтобы влияние партизан не распространялось на местное население. <...> Часть православного клира, которая сотрудничала с оккупационным режимом, собирала агентурные данные о партизанском движении как путем бесед с прихожанами, так и методом нарушения тайны исповеди. В августе 1941 года священник Григорий Кударенко по приказу гестапо города Минска посетил партизана, находящегося в тюрьме. На исповеди партизан назвал себя, подробно рассказал о себе, об отряде и его вооружении, о районе его дислокации. После исповеди священник проинформировал обо всем органы гестапо» (142).
Станислав Бернев (подполковник запаса ФСБ) в интервью Михаилу Рутману говорил: «Разумеется, возрождая религиозную жизнь на оккупированных территориях, немецкое командование преследовало вполне конкретные идеологические цели. С первых же дней работы миссия начала активную фашистскую пропаганду, широко используя при этом устные проповеди, беседы, церковные службы и профашистскую печать. Издаваемый ею журнал «Православный христианин» писал: «Германия вправе рассчитывать, что верующий русский народ высоко оценит подвиги освободительной германской армии и во всем окажет ей лояльную, деятельную жертвенную поддержку». Во всех церквях было предписано молиться за победу немецкого оружия. Циркулярами Зайца – а как он сам впоследствии признавался, они создавались практически под диктовку СД – предписывалось проведение бесед о вреде атеизма, преподавание в школах Закона Божия, служение благодарственных молебнов в годовщину занятия немцами того или иного населенного пункта. 9 августа 1942-го, к примеру, эту дату отмечали во Пскове. Был открыт памятник «В память освобождения г. Пскова от большевизма германскими войсками», у которого состоялся крестный ход и был проведен военный парад. При совершении церковных обрядов как тогда, так и впоследствии использовалась икона Тихвинской Божией Матери, якобы «чудом спасенная» немецким солдатом из горящего Тихвинского монастыря и в марте 1942-го торжественно переданная Зайцу <...>« (143).
«Наместнику Печерского Успенского монастыря игумену Павлу. В ночь с 21-го на 22 июня с.г. исполняется год той освободительной борьбы, которую ведет Победоносная Великогерманская Армия с большевизмом во имя спасения человечества от сатанинской власти поработителей и насильников… В связи с этим предписываю всему духовенству 21-го сего июня после Божественной Литургии и произнесения соответствующего слова совершить молебствие о даровании Господом сил и крепости Германской Армии и ее Вождю для окончательной победы над большевиками» – писал Сергий Митрополит Виленский.
Чётко выполняя циркуляры Миссии, он признавался: 31 октября 1944 года: «Могу сказать следствию, что я признаю себя ещё виновным в том, что, будучи сторонником немцев, я послал подарок Адольфу Гитлеру — альбом с видами Печерского монастыря в 1943 году, в день одного из фашистских праздников, за что лично от Гитлера получил письменную благодарность… Хочу сказать следствию, что я, будучи настроен враждебно по отношению к советской власти, летом 1941 года, при наступлении немецких войск на Ленинград, добровольно остался проживать на территории, временно занятой немецкими захватчиками. Я был сторонником немцев и называл их «освободителями нашими»… Также антисоветские высказывания с моей стороны были произнесены на одной из проповедей, которую я говорил среди прихожан Печерского монастыря, но когда это было, не помню. Здесь же хочу сказать следствию, что эту антисоветскую — профашистскую проповедь я получил от Рижского митрополита — экзарха Сергия. В ежедневных богослужениях по два раза в день, до самого ухода немцев из гор.Печоры, я молился за немецкую власть, по особым праздникам, каким — не помню, пели и здравие Адольфу Гитлеру. Я признаю себя виновным в том, что я призывал русский народ служить немецкой власти, и кроме того, когда немцы отступили от г.Печоры под натиском Красной армии, я среди монахов Печерского монастыря высказывал своё намерение уходить вместе с немцами и не оставаться на стороне Красной армии… 10 июля 1942 г.» (144).
Это кратко... Прошу простить – очень много материала, и целиком он в формат одной книги не вместится.
Ссылаясь на сообщение Судоплатова о внедрении советских разведчиков под видом священников, нынешние представители православия (как, ранее это делал священник-предатель Бенигсен) норовят обелить всех своих нацистских предшественников, выставляя дело так, будто буквально все священники, согласившиеся служить гитлеровцам, на самом деле были внештатными сотрудниками советской разведки (145) [Что на самом деле - не более, чем глумление, схожее с заявлениями верующих о том, что священник-педофил Глеб Грозовский растлевал детей по заданию ФСБ, чтобы вычислить других педофилов - прим. Скрытимира]. Идут отсылки на помощь военнопленным, помощь людям в уклонении от высылки в Германию и т.д.  Откуда-то запущена информация о советской разведывательной операции «Послушники», которую впору отнести к современным мифам из-за отсутствия документального подтверждения. И при всем при этом, скромно забываются – помощь оккупантам в административной работе, денежное снабжение оккупационных властей, антисоветская пропаганда, разведка и доносительство в пользу немцев. Ведь сейчас от репутации Церкви зависит благополучие и сытость ее представителей, а вскрывшаяся помощь нацистам очень серьезно этому угрожает. «Мы ведем одинаковую борьбу!» – говорил о православном духовенстве представитель ведомства Розенберга. И об этих словах никогда не следует забывать.

Если касаться не церковных организаций, а личной позиции священников и выпускников духовных семинарий, то и тут не было никакого «общерусского единого патриотизма», о котором твердят нынешние клерикалы.
Эренбург И. Г, описывая оккупацию Курска, указывал на обе стороны медали: «В Курске немцы нашли несколько квислингов. Бургомистром был назначен некто Смялковский, воспитанник духовной семинарии Киева. Он получил от немцев дом, блокноты с фирмой «Бургомистр города Курска» и даже автомобиль. Он оставил дом и блокноты и на машине уехал в Льгов. Городская управа заседала раз в месяц под портретом Гитлера. Тирольский шпик был изображен в красках с подписью: «Адольф Гитлер, освободитель». В присутствии немцев члены городской управы стояли.<...> Священнику Павлу Говорову шестьдесят семь лет. Русский человек, он любит родину. Он был связан с партизанами. Он прятал у себя наших летчиков, переодевал их, помогал им перебраться через фронт» (146).
Силова С.В. сообщает о случае прямого сотрудничества священника с фашистами на территории Белорусии: «В августе 1941 года в город Минск с Пружанщины вместе с частями немецких войск прибыл иеромонах Владимир Финьковский. Его в августе 1941 г. посетили священник Николай Лапицкий и инженер Иван Косяк, которые предложили Владимиру Финьковскому сообща работать по восстановлению православной церкви. Но монах ответил им, что он будет сотрудничать только с немецкими властями [58, с. 83]. Пользуясь поддержкой оккупационной власти, иеромонах Владимир сам возложил на себя роль епископа, разъезжая по Белоруссии и назначая епископов на местах»  (147).

А Ф. Шишкин справедливо указывал на подвиг и мученичество священников, придерживавшихся антифашистских позиций, но не обходил вниманием и рясоносных фашистских лакеев: «В ком билось сердце патриота Родины и кому действительно дорога была Русь не профашистской миссией, а Святым Владимиром крещеная… и кровью истинных сынов своих на поле брани напоенная – тот и в немецком плену любил ее паче жизни своей и умер как истинный патриот. Таковыми были, например, священник А. Петров (г. Гатчина) и священник М. Суслин (с. Орлино). Оба они расстреляны немцами. Те же, кто не мог отнести себя к разряду героев, но кто, живя в немецком плену, думал иногда, что за фронтовым кордоном живут их братья и сестры, сыновья и дочери, терпят муки холода и голода и все во славу Отчизны своей – тот слушался миссии, не порывая молитвенного общения со своими иерархами, молился за православное русское воинство и терпеливо ожидал встречи «со своими», решив не покидать приходского места при эвакуации немцев. Таковыми были, например, протоиерей Красовский, священник Митрофанов, протоиерей Забелин. Но были и такие, которые, проявляя «ревность не по разуму», молились за Адольфа Гитлера, устраивали торжественные богослужения в «юбилейные» дни захвата немцами селений, чтили власти предержащие, получали от них подарки. Наконец, были просто предатели Родины, типа священника Амосова, которые неистовствовали по отношению к Советской власти и Ленинградскому иерарху. При наступлении частей Красной Армии они бежали с немцами, грабя храмы, забирая священные сосуды и антиминсы. Таковыми были прот. Кудринский из с. Рождествено, о. Лаптев из Орлино» (148).
Силова С.В. приводит следующие примеры: «Священник Анатолий Гандарович из деревни Рабунь Куренецкого района Вилейской области принимал у себя партизан, заданий от них не получал, но давал им продукты и предоставлял место для отдыха. Партизаны хранили в доме священника тол, капсули и бикфордовы шнуры. Помогал им священник и медикаментами . Священник деревни Массоляны Крынковского района Белостокской области Анатолий Миссеюк неоднократно передавал продукты для партизанского отряда «Звезда» сначала через связного отряда Ивана Колосникова, а после его ареста через командира роты этого же партизанского отряда Николая Шишкина передавал для партизан яйца, сало, хлеб, самогон. Кроме того, партизаны этого отряда вместе с Николаем Шишкиным заходили отдохнуть к священнику перед и после задания. В доме священника их кормили. Руководство партизанского отряда «Звезда» священнику Анатолию Ивановичу Миссеюку выдало справку о том, что он помогал партизанам отряда продуктами и что с его стороны «предательских дел и сотрудничества с оккупантами» не замечено. Принимал у себя партизан и священник села Сидельники Порозовского района Брестской области Яссиевич Афанасий Автонович. Начиная с 1942 года, к нему систематически с интервалом в неделю-две приходили партизаны, называвшие себя «москвичами».
Также ею описывается активное сотрудничество с советскими партизанами таких священников, как Николай Хильтов, Иоанн Курьян, Виктор Быкаревич, Василий Копычко, Михаил Скрыпко. И воистину легендарный пример, заслуживающий восхищения: «протоиерей Александр Романушко  – настоятель Мало-Плотницкой церкви Логишинского района Пинской области – не раз участвовал в боевых операциях. Он ходил в разведку, был партизанским батюшкой. Летом 1943 года родственники убитого партизанами полицейского искали священника для отпевания покойного. Один священник отказался, а отец Александр согласился. На кладбище была выставлена вооруженная охрана. Все приготовились слушать отпевание. Обведя глазами собравшихся, отец Александр, обращаясь к матери и отцу убитого, сказал: «Не наших молитв и «со святыми упокоения» своей жизнью заслужил во гробе придлежащий. Он изменник Родины и убийца невинных детей и старцев… Вместо «Вечной памяти» произнесем же «Анафема». Среди изумленных собравшихся установилась мертвая тишина. Все сказанное священником прозвучало очень смело и могло повлечь за собой его гибель. Но отец Александр, подойдя к полицейским, продолжал: «К вам, заблудшим, моя последняя просьба: искупите перед Богом и людьми свою вину и обратите свое оружие против тех, кто уничтожает наш народ, кто в могилы закапывает живых людей, в Божьих храмах заживо сжигает верующих и священников». Потрясенные полицейские не тронули служителя церкви» (149).

И еще стоит отметить, что бытует следующее мнение:  именно сотрудничество церковных организаций с Гитлером сподвигло Сталина также пойти на сотрудничество с духовенством и поспособствовать возрождению Русской Православной Церкви.  Не потому, что он уверовал в духовность и особую роль РПЦ, но просто чтобы обеспечить хоть шаткое единство против фашистов в среде верующих слоев населения СССР.
Вот примерно такой расклад по Великой Отечественной войне. Уж извините, что я ломаю красивую выдумку. Но факт остается фактом. Православные верующие (духовенство и миряне) вложили в неосуществившуюся победу Гитлера ничуть не меньше, чем в победу СССР. А то и больше – это зависит от критериев оценки.
И, как видите, работы с материалом по роли Церкви и верующих в Великой отечественной войне – огромное количество. Но вместо этой работы нам предлагают удовлетворяться только одной стороной дела – той, которая способна принести современным православным исключительно выгоду. А неприглядной стороны нам предлагают не касаться или, исказив, трактовать в пользу верующих. И вместо аргументов на основе исторических источников нам предлагают – религиозное беснование, псевдопатриотические лозунги, доморощенные выдумки...

Источники:

118) Локалов А. Самолеты на «медовые деньги» и танк от матери. Как в нашей стране помогали армии и бойцам на войне *https://rg.ru/2022/11/07/samolety-na-medovye-dengi-i-tank-ot-materi-kak-v-nashej-strane-pomogali-armii-i-bojcam-na-vojne.html     А так же – Фонд обороны // Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров. — 3-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1969—1978 г., Большой энциклопедический словарь, 1988 г., Российский энциклопедический словарь, 2000 г.
119) 07.03.1944 – На вооружение Красной Армии передана танковая колонна имени Дмитрия Донского, созданная на средства верующих *http://www.rossija.info/events/1238/
120) На денежные средства Русской Православной Церкви была создана воздушная эскадрилья имени Александра Невского *https://russia-reborn.ru/news/profile/566993.html
121) Там же.
122) Синицын, А. М. Средства трудящихся – на боевую технику и вооружение /А. М. Синицын // Всенародная помощь фронту. – 2-е изд. – М. : Воениздат, 1985. – С. 145-146.
123) На денежные средства Русской Православной Церкви была создана воздушная эскадрилья имени Александра Невского *https://russia-reborn.ru/news/profile/566993.html
124) Савицкий И. М. Вклад патриотического движения рабочих и служащих Западной Сибири в создание военной техники для Красной Армии в годы Великой Отечественной войны *https://zaimka.ru/savitsky-patriotism/
125) Кромиади К. Г.»За землю, за волю!» Воспоминания соратника генерала Власова *https://history.wikireading.ru/161604
126) Крест и свастика. Нацистская Германия и православная церковь / М. В. Шкаровский. – Москва : Вече, 2007 г.
127) *http://www.patriarchia.ru/db/text/155920.html Акт о каноническом общении.
128) *https://bogoslov.ru/article/5682965 Стремясь к единству: экклезиология РПЦЗ в отношении Московского Патриархата (1927–2007 гг.)
129)


130) Крест и свастика. Нацистская Германия и православная церковь / М. В. Шкаровский. – Москва : Вече, 2007 г.
131) Там же.
132) Там же.
133) Ковалёв Б. Н. Коллаборационизм в России в 1941–1945 гг.: типы и формы. — Великий Новгород: НовГУ имени Ярослава Мудрого, 2009. — 371 с.
134) Крест и свастика. Нацистская Германия и православная церковь / М. В. Шкаровский. – Москва : Вече, 2007 г.
135) Там же.
136) Рутман М. Каинова печать.// Санкт-Петербургские ведомости 25 мая 2017 года *https://spbvedomosti.ru/news/obshchestvo/kainova_pechat/
137) Силова С.В. Православная церковь в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Монография / С.В.Силова. – Гродно: ГрГУ, 2003 г.
138) Там же.
139) Там же.
140) Там же.
142) Там же
143) Рутман М. Каинова печать.// Санкт-Петербургские ведомости 25 мая 2017 года *https://spbvedomosti.ru/news/obshchestvo/kainova_pechat/
144) *http://www.pravpiter.ru/pspb/n280/ta011.htm   Горькая правда Газета «Православный Санкт-Петербург».
145) Крест и свастика. Нацистская Германия и православная церковь / М. В. Шкаровский. – Москва: Вече, 2007 г.
146) Эренбург И.Г. Война. 1941—1945 *https://document.wikireading.ru/51222
147) Силова С.В. Православная церковь в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Монография / С.В.Силова. – Гродно: ГрГУ, 2003 г.
148) Крест и свастика. Нацистская Германия и православная церковь / М. В. Шкаровский. – Москва: Вече, 2007 г.
149) Силова С.В. Православная церковь в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.): Монография / С.В.Силова. – Гродно: ГрГУ, 2003 г.