Терра

Немного о творческих планах.

Ведя рубрику "Шкатулка сюжетов", предлагая друзьям и просто заинтересованным авторам различные идеи для создания книг, как-то не задумывался о новом сюжете для себя. И вот вдруг пришла мысль. Мне даже интересно, что из этого может получиться и в каком жанре. Потому как там и славянская "старина" на уровне галактических технологий, и космос, и бои, и любовь с пророчествами.

"Терра" - название рабочее. Потом оно может измениться. Опять-таки на основе ваших, уважаемые друзья, подписчики, активные читатели, мнений и замечаний. Но в целом задел останется прежним.

У меня несколько вопросов:

1. Что это может быть за жанр?

2. Интересно ли вам развитие истории ненавидящих друг друга молодых людей?

3. Какими бы вы видели референсы Всеслава и Василисы - Лисы?

Пока - краткий задел на новую книгу. Кому интересно - читайте (коротенькое), оценивайте, делитесь впечатлениями и мнением в комментариях. Кому дважды интересно, присылайте референсы)))

И да, каким бы вы видели возможный буктрейлер?))) Но это уже, скорее, если прочесть несколько глав, а не коротенький отрывок пролога)))

Пролог

Великое княжество Росское. Сиверск. 18 июля 754 года основания

В Сиверск полковник Воеводин летел через силу, хоть и понимал мотивы отца. Старый князь решал за счёт женитьбы сына политические проблемы княжества на перспективу… В династических целях подобрали невесту с периферийной Сиверской княжины[1]. Княжич не только не видел её воочию, но даже и не подозревал о существовании этой стервозы. Ведь женитьбу сговорили, не поставив его в известность. По итогу, Воеводин-старший выдвинул сыну ультиматум. Дескать осерчает, если чадушко не женится и не даст ему наследников. Ибо помирать, не понянчив внуков, он не намерен.

Всеслав едва не психанул, когда наблюдал этот наигранный спектакль. В исполнении князя «помирать, не понянчив» – было дичайшей неправдой. До смертного одра в его случае – пахать и пахать. При современной медицине, да и по возрасту, старший Воеводин мог ещё и своих собственных детишек наплодить, коли с кем-то понянчиться приспичило. Воеводин-младший давно говорил отцу, что любую мачеху воспримет нормально. Лишь бы она воспитывать его не совалась. Ведь дураком молодой княжич не был. И всё прекрасно понимал.

В общем, полковник вполне мог бы отказаться исполнять отцову волю, но не стал обострять. Не потому, что князь пригрозил наследства лишить. Всеслава это не испугало бы. К своим тридцати Воеводин-младший сам по себе уже величиной считался. Так просто не сковырнёшь. И далеко не бедствовал финансово. Но всё дело в том, что отец, яркий образец мужчины и воина, с детства был для него авторитетом. Вот и не смог отказать.

Сейчас сиверчанка представлялась россу этакой серенькой, однако нахальной мышкой, покушающейся на его свободу. Поэтому будущую жену княжич заочно невзлюбил. До отвращения.

Внешне он, конечно, смирился, но для себя решил, что жениться-то женится, волю родительскую исполнит, однако в сердце эту охотницу за титулом и состоянием – ни на шажок.

Браки, когда супруги не имеют никакого соприкосновения душ – сплошь и рядом. Особенно в современном, насквозь меркантильном мире, в котором интересы торгового партнёрства, политических союзов или купеческая выгода превалируют над счастьем и душевным комфортом одного отдельно взятого человека. И человек этот расценивается не как самоценная величина, а как актив, который можно с наибольшей выгодой вложить, обменять, продать.

Поэтому, при видимом соблюдении норм приличия, – он сам по себе, она – сама по себе. Вообще, её дело – родить и в сторону. Пусть отец тетёшкается, коли в голову взбрело, а он своими воинскими делами займётся спокойно.

Раздражало Всеслава только одно. Родовое гнездо Воеводиных было известно всему Великому княжеству Росскому. Его в незапамятные, едва не былинные времена возвели предки Всеслава на берегу полноводной Роси. И вот сейчас в отведённое ему крыло отчего дома придётся ввести нелюбимую жену. Полноправной хозяйкой. 

Княжич как мог сдерживал это раздражение, готовое прорваться наружу, но... Сейчас ему было ненавистно всё: Сиверск, предстоящая женитьба, политические игрища старших с их интригами и высшей целесообразностью. Но более всего та, кого ему насильно навязали в спутницы жизни.

Нет, оно, как говорится – обычное дело. Но на смотрины за каким чёртом заставлять его лететь лично? Насмотрится ещё за годы вынужденной совместной жизни. Мог бы потратить это время с большей пользой. Перед свадьбой-то.

Глухое, требующее выхода негодование владело Всеславом во время старта «Гордости Роси» и всё то время, когда флагманский линкор княжьего флота пожирал пространство. Пика оно достигло после завершения предпосадочного маневра в гравитационном колодце пункта назначения. Но… держался. Вида не подавал.

Прилетели. Торжественная встреча, проведённая согласно обычаям предков, после – дорога ко дворцу местного князя. На смотрины, будь они неладны!

Гром грянул, когда он впервые увидел ненавистную невесту. Вместо никому не нужной девицы-перестарка, которую рады уже хоть за кого спихнуть, на него огромными, умными, но испуганными глазищами смотрело стройное семнадцатилетнее чудо. Внутренне взъерошенное, ощетинившееся иголками почище ёжика, готовое дерзить и защищаться.

Нарисованный им самим образ прожжённой стервы – охотницы за титулом и родовыми сбережениями Воеводиных, осыпался разбитым стеклом. Звеня и разлетаясь мелкими осколками. С первого же взгляда княжич чётко уяснил для себя два момента. Первый – это то, что невеста едва ли не в большем восторге чем он от свалившегося на неё счастья. А второй… Неожиданно вышло так, что Всеслав не заполучил в лице нелюбимой жены ценный актив. Он влюбился, как сопливый мальчишка. Сразу. Бесповоротно.

Сноски:

[1] Княжина (с ударением на «и») – здесь террянский лингвистический новодел. То есть удельное княжество, входящее в состав княжества Великого на правах вассалитета.