Апокалипсис.

Последний день. Не гаснет солнце — стынет.

Свет замер на пути к земле.

Никто не ждёт заката на вершине,

Никто не ищет правды в этом зле.

Дома стоят, открытые ветрам,

В них больше нет ни звона, ни молчанья.

Собаки воют, но не по ночам —

По тем, кто не услышал обещанья.

Река течёт, но берега пусты.

Мосты стоят, но некому ступить.

Остались только сны и пустоты,

Да тишина, что учит нас любить

Тех, кто ушёл, не попрощавшись с нами,

Тех, кто остался, не найдя свой путь.

Лишь детский смех замёрз за образами,

А рядом — жизнь, которой не вернуть.

В последний час не будет труб и грома,

Не будет неба, павшего огнём.

Лишь тишина, как сладкая истома,

И свет, что не погас, но стал лишь сном.

В последний день мы вспомним всех, кто с нами

Был рядом, но ушёл он в этот час.

Мы назовём их тихими словами

И скажем: "Мир не кончился для вас".

Земля замрёт, как сердце перед боем,

Не дрогнет, не уйдёт за грань, во тьму.

Мы всё простим, что было между нами,

И в тишине отпустим пустоту.

А после — вздох. Ещё один, последний.

И неба нет, и времени, и тьмы.

Но кто-то там, в чертоге предрассветном,

Услышит нас и скажет: "Были мы".

И свет зажжётся снова. И начнётся

Не в этот день, не в этот миг, не в век.

А в тот, где каждым словом отзовётся,

Где наконец воскреснет человек.