Какие стихи можно назвать хорошими?

     Хорошие стихи — это не всегда стихи правильные по форме, гладкие по рифме или изобретательные по метафорам. Хорошие стихи — это те, которые задевают за живое. Те, которые остаются с нами, даже когда страница давно перевернута. Это стихи, где за строками — сердце. Где смысл не исчерпывается текстом, а выходит за его пределы, заставляя нас думать, чувствовать, вспоминать.

     Можно ли описать весну — и тем самым рассказать о жизни, о любви, о времени, которое уходит? Можно. И два совершенно разных по происхождению и эпохе поэта —  Аминодав Шполянский и Артур Конан Дойль — говорят об одном и том же: о весне, о памяти, об утрате, и вместе с тем — о тепле, которое не уходит, несмотря на снег за окном.

     Стихи Шполянского — это возвращение в молодость, почти физиологическое. Он пишет не только образами, но запахами, звуками, жестами. Вот лицо у окна, вот ком земли из-под копыт, вот запах копоти, ржавчины, мяты — все настоящее, трогающее, больное. Он говорит о весне, которой не вернуть, и в этих строках звучит не только воспоминание, но и легкий упрек времени — за то, что все слишком быстро уходит. Это — поэзия пережитого, поэзия внутренней документалистики. И она хороша именно потому, что не требует расшифровки. Мы тоже были там — или чувствуем, что были.

     Стихи Конан Дойля более философичны, строже в форме и спокойнее по тону. Он не сожалеет, он размышляет. Да, весна прошла... да, декабрьский снег лежит у ног...  но разве это конец? Разве любовь уходит вместе с цветом щек? Нет, отвечает поэт. "Юность наша все цветет", если в нас жива память и преданность. Это иное измерение той же весны — не пахнущей мятой и паровозной гарью, а звучащей в сердце как тихая, вечная музыка.

     Оба текста — на первый взгляд о разном, но на самом деле — об одном: о том, как жить, когда все меняется, когда прошлое — уже история, а будущее — все меньше обещает. Хорошие стихи — это не те, которые дают ответы. Это те, что позволяют задать себе вопрос — и не бояться услышать отголосок в собственной душе.

Оба поэта — в одной поэтической вселенной. Их объединяет честность, душевность и особое умение говорить просто о сложном. Это — поэзия настоящего чувства, а потому и поэзия хорошая.

Так какие стихи можно назвать хорошими? Те, после которых долго молчишь. Или улыбаешься сквозь слезы. Те, в которых узнаешь себя.
----------
Как рассказать минувшую весну,
Забытую, далекую, иную,
Твое лицо, прильнувшее к окну,
И жизнь свою, и молодость былую?

Была весна, которой не вернуть...
Коричневые, голые деревья.
И полых вод особенная муть,
И радость птиц, меняющих кочевья.

Апрельский холод. Серость. Облака.
И ком земли, из-под копыт летящий.
И этот темный глаз коренника,
Испуганный, и влажный, и косящий.

О, помню, помню!.. Рявкнул паровоз.
Запахло мятой, копотью и дымом.
Тем запахом, волнующим до слез,
Единственным, родным, неповторимым,

Той свежестью набухшего зерна
И пыльною, уездною сиренью,
Которой пахнет русская весна,
Приученная к позднему цветенью.

А. Шполянский

----------

Цветет боярышник опять,
И вновь пора сиять весне;
Но весен юных не видать,
Любимая, тебе и мне!
Мы доживаем долгий век,
И наш удел – декабрьский снег.

Но много благ и у зимы –
Спокойных, мудрых, высших благ!
Ужели то, что седы мы –
Душевного старенья знак?
Да, жаль былых весенних нег –
Но чист и свеж декабрьский снег!

Я живо помню вешний день, –
А сколько лет прошло с тех пор! –
Плакучей ивы помню сень,
И твой лучистый, робкий взор…
Коль скоро любишь – и навек! –
То страшен ли декабрьский снег?

Стремится прочь за годом год,
Чредой сменяя времена –
А юность наша все цветет,
Ее не студит седина.
Нам не состариться вовек –
И пусть над нами сыплет снег.

Артур Конан Дойль
(Перевод Сергея Александровского)