"Петрович и другие истории"

Начала выкладывать новый сборник рассказов. Почти русреал, но немножко магического реализма ))

1. Тень

В коридоре снова промелькнула какая-то тень. Будто серая кошка пробежала. Вот только не было в доме никаких кошек…

Петрович, не двигаясь и делая вид, что продолжает читать книгу, скосил глаза и принялся наблюдать. Ну не может же быть, что уже в который раз померещилось? Он ведь ещё не сошёл с ума?

А если не померещилось, то что это было?

Прождав пару минут и ничего не заметив, Петрович разочарованно вернулся к книге, но текст рассыпался на калейдоскоп слов, как высохший на солнце замок из песка.

Петрович посмотрел на часы: всего-то четвёртый час дня. Обед уже закончился, до ужина ещё далеко, и чем заняться, непонятно… Пойти, что ли, чайку попить.

На кухне Петрович поставил чайник и посмотрел в окно. Клён напротив покорно мок под дождём. Редкие прохожие пытались прикрыться зонтиками, но ветер хулиганил, вырывая их из рук. Выходить из дома в такую погоду совсем не хотелось. Да и куда выходить? Разве что в магазин, но еды пока хватает.

— Лето кончилось… — вслух сказал Петрович. — Да и жизнь тоже…

Он с тоской оглядел знакомую кухоньку. Два на два метра, зато можно, не вставая из-за стола, дотянуться и до плиты, и до раковины. И на двоих тут места вполне хватало, а вот одному внезапно стало тесно. И как-то душно… Сердце заколотилось. Перед глазами поплыло.

Петрович на ощупь опустился на табуретку. Где-то тут на столе должен быть валидол, он всегда под рукой на всякий случай. Петрович протянул руку — и в ладони сразу оказался блистер. Привычным движением Петрович достал таблетку и положил её под язык.

Через пару минут его отпустило, в голове прояснилось, хотя в висках ещё стучало.

И тут Петрович увидел два глаза! Они смотрели прямо на него из щели между столешницей и нижним краем подоконника.

Петрович, не мигая и не отводя взгляд, пригнулся поближе к глазам. Страха он не испытывал: чего ему бояться? Смерть его больше не пугала.

Глаза заморгали, взгляд неведомого существа заметался — явно в поисках выхода.

— Да ладно уже, вылезай! — сказал Петрович. — Чего прячешься? Я давно тебя замечаю.

Существо вылезло из щели и уселось на подоконник. Это был бородатый взлохмаченный человечек размером с кошку, весь заросший шерстью. Он прижал ручки к груди и нерешительно поглядел на хозяина дома.

— Домовой, что ли? — хмыкнул Петрович, разглядев незванного гостя. — Зовут-то тебя как?

— Прохором…

— И как же ты, Прохор, сюда попал?

— Так это… от соседей я… Они свой домик в деревне продали, а бабушкин самовар с собой забрали. Ну и меня в нём прихватили…

— Чего ж у соседей не остался?

— Да молодые они, шумновато у них. А я тишину люблю. Привык… Тут хорошо, тихо.

Петрович погладил колючие усы и улыбнулся — впервые за несколько месяцев.

— А я-то думаю, не схожу ли с ума на старости лет! То тень в коридоре померещится, то пропажа на видном месте найдётся. То вот таблетки сами в руку прыгают.

— Так это… работа у нас, домовых, такая. Хозяевам помогать. Дом в порядке содержать.

— Ну что ж, Прохор, считай, что ты официально зачислен на должность домового! И поставлен на полное продовольственное обеспечение! Баранки любишь?

Глаза Прохора радостно блеснули, и он закивал.

Петрович открыл шкафчик и зашуршал пакетами.

— Так, что-то у нас стратегические запасы почти на нуле… Пряники каменные, не пойдут… Баранки-то кончились… А, вот, сушки ещё есть!

Он поставил на стол тарелку с сушками, достал баночку варенья и налил две чашки чая.

— Давай-ка чайку попьём, а потом я в магазин схожу. А то как же мы без баранок-то. И молочка заодно куплю. Ты ведь любишь молоко?

— Я всё люблю! — сказал Прохор, отхлёбывая горячий чай.

Продолжение тут