"Украденное" детство: как писать о рано повзрослевшем герое?

Она работает и учится в школе. Моет полы, сдает бутылки, тащит на себе дом. Потому что, кроме нее, сделать это некому. Ей четырнадцать.

Он из благополучной семьи. Ему не нужно выживать, ему нужно, чтобы она полюбила и никуда не делась. И он находит способ: сначала уничтожить ее в глазах класса, а потом прийти «спасителем».

Она верит. Потому что очень хочется верить, что ты кому-то нужна. Что тебя не замечают не потому, что ты — пустое место, а потому, что все слепые. И только он видит. 

Обо всем этом я попыталась поразмышлять в рассказе Жилистая. Это история о детях, которых никто не любит. И они отчаянно ищут это чувство где угодно — даже в руках того, кто только что разбил их жизнь.

Почему это важно? Потому что мы часто пишем любовь как ванильно-розовые сопли. Да, как в кино, но красиво, с истериками, со столкновением характеров, с проверкой расстояниями и обстоятельствами. Но любовь взрослых — не то же самое, что у подростков. У вчерашних детей это драма, где могут быть намешаны голод, одиночество, страх, боль, отчаяние и надежда. Вся гамма взросления, о которой с юмором рассказали в "Головоломке-2", но на практике совсем не смешно. И предательство там — не случайный эпизод, а способ проверить: а ты вообще живая?

Вопрос к вам, коллеги. Даже два:

• Есть ли у вас герой — «нелюбимый ребенок»? Я сейчас не в плане того, что вы этого героя не любите, а именно в смысле недолюбленности, если обратиться к травмам и комплексам из детства. Какие детали, жесты, привычки вы продумываете, чтобы сделать его образ плотнее и реалистичнее?
• Бывает ли у ваших персонажей надежда на прощение, если они предали? Или предательство — то, что нельзя простить ни при каком раскладе?

Жду ваших мыслей. Буду благодарна за знакомство с рассказом и обратную связь.