Коля и камуфляж, ч.5

Или в НАТО еще дальше Нидерландов!

В предыдущем опусе мы оставили мальчика Колю осенью 1990 года на платформе вокзала Аахена, где он ожидал поезд в Кельн. Да, назад, поскольку впереди была гадская Бельгия. В Кельне предстояла пересадка, в Баден-Бадене еще одна — это оказался самый быстрый и дешевый вариант, через Страсбург на Париж.

Тогдашняя работа немецких железных дорог Колю поразила: ему выдали распечатку, на которой с поминутной точностью указывалось, когда и на какую платформу приходит поезд, сколько времени до подхода следующего и на какую платформу и под какую букву надо встать. Дело в том, что тогда (не знаю, как сейчас) у немцев вдоль всех платформ шли буквы А, В, С и так далее, и если у тебя в билете написано, что для посадки в вагон 2го класса надо встать под букву F, то именно под эту букву приезжала дверь вагона 2го класса нужного поезда.

Воодушевленный такой точностью, Коля отправился в путь, разглядывая рейнские красоты из окна. В Баден-Бадене он пересел на практически пустой поезд и оказался один в сидячем купе на шесть человек. Порадовавшись, что через час он будет во Франции, а через четыре доедет до Парижу в комфорте, Коля углубился в книжку.

Отвлекли его веселые французские полицейские, осуществлявшие погранконтроль. В отличие от мексиканских бельгийских негодяев, они при виде камуфляжа и флажка радостно завопили «Рюс!», с хохотом шлепнули печать в паспорт и умчались дальше по вагону.

А через несколько минут состав вкатился на вокзал Страсбурга и вот тут Коля понял, что не все в жизни так легко.

Весь перрон от края и до края заполняла толпа как на станции метро «Автозаводская» в час пик. Более того, толпа выглядела подозрительно однородно — сплошь коротко стриженные парни лет 20-25. Коля убрал книжку и приготовился защищать честь Советского Союза и тут эта толпа ломанулась в вагон. Погрузка сильно напоминала сцены из фильмов о гражданской войне, но на крышах никто не ехал, более того, в шестиместные купе усаживались строго по шесть человек. Кому не хватило место — ехали в коридоре.

Пятеро попутчиков некоторое время настороженно обозревали Колю, камуфляж и флажок, но молодость и задор взяли свое — начались попытки наладить коммуникацию. Коля не говорил по-французски, парни слабо знали английский, но было бы желание, тем более один из них, как оказалось впоследствии, носил истинно нормандскую фамилию Kouznetsoff и не менее нормандское имя Boris (дедушка сдернул от красных после Гражданской).

Расклад оказался прост, как три копейки: пятница, вечер, из Страсбурга, самого крупного гарнизона французской армии, валят в увольнение до утра понедельника уроженцы Метца, Реймса, Парижа, Руана, далее везде. И этот поезд — самый удобный. Доехали отлично, под разговоры о судьбах мира (как раз начиналась Война в Заливе и парни были озабочены возможной отправкой французского контингента). А еще Борис в рамках французского гостеприимства спер из тележки стюарда пару сендвичей и накормил Колю, который с тех пор к французам относился гораздо лучше, чем к бельгийцам.