Субботний отрывок

Возвращаясь к флешмобу от Марика Вайд  Субботний отрывок 

Кусочек лора в тексте.

Внутри пахло холодной пылью и сушёным звёздочником. От самого входа по бокам выстроились ряды простых деревянных скамей. Чуть правее чернел квадратный провал, откуда начинался крутой спуск на нижние ярусы.

Стены от входных дверей и до самого алтаря блестели матовым металлом. Тысячи небольших табличек ложились внахлёст, покрывая камень сплошной бронированной чешуёй.

Кир подошёл, присматриваясь, но не мог прочитать надписей, хотя думал, что уже неплохо справляется с чтением на этом языке. К нему подошёл Дейон.

— Это имена, — ответил он на незаданный Киром вопрос.

— Странный алфавит…

— Такой не используют уже.

Все линии этого зала сходились в одной точке в глубине помещения, к невысокому круглому постаменту.

Там, стоя спина к спине, возвышались две статуи.

Слева застыла женщина. Её мягкие текучие формы вырезали из светлого, слегка просвечивающего камня. Одной рукой она прижимала к себе чашу, а другой — держала тяжёлое плоское блюдо, полное колосьев и фруктов. Её волосы были украшены цветами звёздочника.

Справа от неё стоял мужчина в броне, опираясь на раскрытый кишт. На раскрытой ладони он держал сгусток плетения, высеченный из красноватого минерала.

Кир обошёл круглый постамент. За изваяниями базальтовая кладка расступалась, открывая широкий спуск в пещеру. Освещение сюда почти не проникало, но стены мерцали тусклым светом.

Сотни круглых выемок прошивали камень от пола до сводчатого потолка и в каждой плотно сидел гладкий чёрный диск сейраата. 

— Что это? — спросил Кир.

— Склеп.

— Склеп? Без тел?

— Тела сжигают, — тихо пояснил Дейон, —  а сейраат закладывают в Стену Ушедших. Душа уходит в Подмирье, но её эхо остаётся на нём. 

Кир прошёл вдоль стены, мимо блестящих дисков и остановился у ряда бледных гранёных кристаллов.

— А это что?

Дейон замялся, подбирая слова.

— Это… память о тех, кто погиб до получения сейраата. 

Кир сделал шаг назад. Дети.

Он поднялся по лестнице и тяжело осел на гладкую деревянную скамью в главном зале. 

Дейон плавно опустился рядом, вытянув длинные ноги и сцепив пальцы.

— Так вот какие ваши боги, — проговорил Кир, изучая возвышающиеся в центре фигуры. — Жизнь и смерть, значит?

— Не совсем, — спокойно возразил Дейон. — Хотя и это тоже. Но в том числе, исторический феномен.

— Даже тут? — усмехнулся Кир.

Дейон помолчал немного.

— После Великой Катастрофы общество было раздавлено. Эйсдери исчезли, и остались миллионы оглушённых катастрофой людей в крайне агрессивной среде, пытающихся выжить на руинах их цивилизации. И Генераторы, которые нужно поддерживать, чтобы они не вызвали вторую волну.

Учёный запрокинул голову, глядя на статуи снизу вверх.

— Но нашлись те, кто взял ответственность за остальных. Техники, сумевшие перезапустить очистку воды и зажечь первые локальные щиты. Врачи, спасавшие людей. Лидеры Стражи, ценой собственных жизней защищавшие стоянки от фантомов.

Кир слушал, рассматривая плавные линии статуй.

— Их имена на стенах этого храма. И сотен других таких же. А их черты слились в образы Шантеса и Арленаль.

— У вас даже мифы переплетены с историей, — хмыкнул Кир.

— Так много где. Во многих религиях образы реальных людей срослись с образами святых или героев…

Он начал что-то рассказывать и Кир вновь окинул тёмный купол взглядом.

Но края изваяний вдруг дрогнули и подернулись серебристой рябью. Вокруг замерцали серебристые искры и на секунду красный камень в руке Шантеса вспыхнул настоящим ярким светом.

Кир посмотрел на Дейона, от которого исходило мерцание, и моргнул. Мир снова стал нормальным.