Интервью с Blanklina: Прекрасная Загадка

Guten Tag, liebe Blanklina! 

У нас с тобой один часовой пояс, так что теперь не выскользнешь из моих цепких «рук», сотканных из вопросов! Хотя, нельзя исключить и того, что я и сам могу оказаться пойманным тобой… 

И всё же — как приятно, наконец, встретиться вот так, спокойно, без спешки, когда можно позволить словам идти своим шагом. 

Так что устраивайся удобнее, liebe Blanklina. Сегодня я буду внимательно тебя слушать. Причем, мне почему-то так кажется, тебя буду слушать не только я один.

Прежде чем начнем… Ты не будешь возражать, если к тебе я буду обращаться просто… Lina? 

Нет, совсем не против Хотя моё настоящее имя уже дважды "сливали", так что внимательный читатель, давно знает что меня зовут. 

Понятно, но я себя совершенно не отношу к людям, которые что-то «сливают» или что-то «подливают». Поэтому  хочу немного поговорить с тобой о  творческом псевдониме. Я, между прочим, тут  работаю детективом на полставки. Так вот, что я выяснил о твоем псевдониме, применяя дедукцию. Не знаю, что это слово обозначает, но мне кажется, оно придает мне солидности, когда я его упоминаю. 

Если разбирать «Blanklina» как звучание, то можно уловить несколько ассоциаций: Blank по‑немецки означает чистый, ясный, блестящий. Суффикс — lina придаёт имени мягкость, женственность, музыкальность. Поэтому в вольном, смысловом переводе Blanklina может ощущаться как: «Ясная», «Светлая», «Блестящая», «Чистая Лина» или даже «Та, что несёт свет» — если передать настроение имени. Ну, здравствуй, та, что несет свет! Немного пошутили и…чуть было не сказал, хватит на этом шутить. Если серьезно, то мне твой юмор очень нравиться, Lina. Вообще, мне импонируют люди с таким чувством. Ладно, продолжим…

Давай представим такое… Я приехал в Германию по делам. Представь: я приехал в Германию по делам. Иду по улице какого‑нибудь города, никого не трогаю. И вдруг — ты. Глаза округляются, улыбка теплеет, и ты говоришь:

 Что ты здесь делаешь??? Господи, мне не хватило каких‑то пяти секунд…

 Каких пяти секунд?

 Чтобы дойти до того угла и разминуться с тобой! И что за день сегодня такой! Перед тобой дорогу перебежали три толстых чёрных кота, а теперь ещё и ты на мою голову свалился! Да что за наказание такое! В общем, семь футов тебе под килем и попутного ветра в спину! Ты меня понял, разбитое корыто с рваными парусами?

Это, конечно, тута (или здеся? Или, правильно, всё‑таки говорить “тама”?), я здорово загнул. Просто воображение разгулялось не в ту сторону. Ну, ничего, я исправлюсь и его все-таки направлю в нужное русло. На самом деле все было не так. Я специально прилетел на встречу с тобой в Германию. Мы поприветствовали очень тепло друг друга, как и подобает хорошим друзьям. Мы нашли уютное кафе с террасой, и взяли по фужеру с рrosecco, чтобы не потерять нить предстоящего разговора.

По поводу нити разговора… Сразу зайду с козырей: тебе нравятся розы?  Даже не спрашивай, зачем мне это, потом объясню.

Да, мне нравятся розы — и сами цветы, и их аромат. Но вот их колючесть мне не по душе.

Наверное, потому что ты всегда тянешься к красоте, которая не ранит. К тому, что можно взять в руки без опаски, вдохнуть глубоко и не бояться, что останется след… Розы прекрасны, но они напоминают: даже самое нежное умеет защищаться. Ну, мы еще вернемся к этим прелестным цветам.

Раз уж мы начали с козырей, подброшу ещё один: прежде чем начнём говорить о тебе, расскажи немного о Германии. Какая она на самом деле?

Ну как ни крути, место, где я живу, очень туристическое. Я живу на южной винной дороге — там, где тянутся виноградники и делают вино. Сорта разные: от французских до немецких, например, "Дорнфельдер"— мой любимый.

Фактически я живу среди виноградников, у подножья Пфальцского леса, где растут съедобные каштаны. К нам постоянно приезжают туристы, особенно на праздники — у нас там продают не пиво, а вино. Но туристов я, честно говоря, не очень люблю. Наверное, потому что в молодости работала официанткой в винных заведениях и насмотрелась на всё это изнутри.

Моя Германия — это ещё и про историю. Здесь рядом и римские виллы, и замки. Например, Хамбахский замок — место, где зарождалась немецкая демократия. Есть и роскошные дворцы, где жили епископы и князья.

Но при этом моя Германия очень мультикультурная. Здесь смешаны разные нации, языки и традиции. И если говорить честно, моя личная Германия во многом русскоязычная — со своими магазинами, ресторанами, вечеринками и привычками.

И если совсем по-абсурдному описать: мы жарим шашлыки, запиваем водкой "Белуга" поём "Рюмка водки на столе"… а где-то рядом на фоне может висеть флаг Казахстана.

Еще один вопрос, который меня очень интересует: бывает ли так, что вы в семье для общения между собой используете немецкий язык? Это не праздный вопрос — просто примеряю твой опыт на себя.

В моём кругу семьи и друзей мы в основном говорим на русском — примерно на 80%. Остальные 20% — это уже немецкие слова, которые просто вплетаются в речь, потому что многие термины мы на русском уже не знаем или не используем.

Немецкий, конечно, присутствует постоянно — особенно из-за детей, которые родились здесь и для которых это основной язык. Немецкий язык был ещё у нас в семье раньше: мои дедушка и бабушка говорили на нём, живя в Казахстане, и мой отец тоже вырос с немецким языком. Но уже после переезда в Германию оказалось, что он его почти не знает.

А, вот причем здесь Казахстан! Наконец, для меня все стало на свои места. Вот видишь, Lina, я не зря задал тебе этот вопрос.В моей семье всё с точностью до наоборот: 95% — итальянский, а оставшиеся 5% русский. Это я к тому, что как ни крути, а среда обитания своё даёт. Дети, которые родились здесь… Среда впитывается в нас, как свет в стекло. Живёшь в одном языке — и он постепенно становится твоим домом. Так и получается эта странная, но красивая смесь — когда ты вроде бы один человек, но говоришь сразу несколькими голосами. М-да… жизнь, такая непредсказуемая штука…

Ну, что же, продолжим! Раз мы торкнулись темы семьи, расскажи немного о ней.

Моя семья по папиной линии — это такая маленькая община. Родители, тётя, дядя, кузены, их жёны и дети — мы все живём в одном городе и постоянно поддерживаем друг друга.

А вот семья по маминой линии разбросана по трём странам СНГ.

Из-за этого и всех ограничений мы видимся и общаемся уже не так, как раньше. Для нас это болезненно, особенно для мамы.

Но мы всё равно надеемся, что со временем всё наладится, и мы снова сможем встречаться так же свободно, как раньше.

Родные рядом — это как внутренний якорь. И Надежда… её нельзя отпускать, я это понял давно. И вот, размышляя о людях и их привычках, я вспомнил одну тему, которая часто всплывает у тех, кто живёт в Германии. Ты ведь водишь машину? Говорят, что немцы на дорогах удивительно вежливы. И вот мне любопытно: это правда? Ты сама это чувствуешь?

Да, я вожу машину с 18 лет. Здесь без этого практически никак. На дорогах всё действительно строится на правилах — их соблюдают, и штрафы за нарушения довольно серьёзные. Поэтому в целом водители ведут себя спокойно и предсказуемо. И, честно говоря, я ни разу не видела, чтобы у нас кто-то доставал биту из багажника из-за того, что ему не уступили дорогу. Зато однажды я увидела такое в другой стране — и это был настоящий шок для меня.

Такого я, правда, в своей жизни не видел,но часто попадаю в ситуацию, когда два знакомых человека останавливают машины, открывают окна и начинают обсуждать дела — как будто весь мир может подождать. И самое забавное, что остальные водители молча стоят и ждут… Почему молча? Да потому что сами такие же. 

В продолжении темы… Ведь после долгой дороги по идеальному автобану нет ничего лучше, чем наконец заглушить мотор и вознаградить себя настоящим немецким ужином. Мне интересно, какое блюдо ты бы выбрала как визитную карточку Германии.

Ну, самая типичная ассоциация с немецкой кухней — это белая колбаса и брецель, который посыпают солью, кунжутом или маком. Но это, скорее, баварская история, а я не живу в Баварии.

У нас, в земле Рейнланд-Пфальц, есть своё "фирменное" блюдо — саумаген. Это мясо с картофелем, которое готовят в свином желудке, а потом обжаривают на сковороде. Кстати, это было любимое блюдо Гельмута Коля.

Но если совсем честно говорить о "визитной карточке" современной Германии, то это скорее турецкий дёнер и итальянская пицца

Saumagen? Наверное, это очень вкусно. Так, начинаю паковать чемоданы… Впрочем, зачем они мне? До тебя лету какие‑то два часа — можно и без чемоданов, если цель благородная: попробовать это блюдо.

Вообще, я существо любопытное, когда речь идёт о необычных вкусах. Всегда тянет попробовать что‑то странное, редкое, неожиданное. Ну и что, что потом буду чесаться четыре с половиной месяца в самых неожиданных частях тела. Зато — попробовал. И вот тут наступает развилка: если не понравилось — буду знать об этом всё те же четыре с половиной месяца подряд. Недавно, например, по совету одного знакомого попробовал сицильянскую приправу. Ингредиенты этой штуки даже в страшном сне не приснятся. Это… лук в мармеладе. 

Её нужно нанести на пикантный кусочек сыра, закрыть глаза и… наслаждаться вкусом. Не знаю, как другим, но мне понравилось. Очень необычная вкусовая гамма. 

Знаешь, пока я это говорю, поймал себя на мысли, что такие маленькие радости — еда, дорога, ожидание чего‑то нового — они ведь и создают то самое внутреннее спокойствие.

А у тебя? Что в твоей повседневной жизни приносит настоящее спокойствие и радость?

Это у меня всегда по-разному. В позапрошлом году я, например, подсела на французские диснеевские раскраски «Coloriages Mystères». Купила себе акриловые маркеры — больше 280 штук — и могла целыми днями раскрашивать, просто чтобы "забыться". И это действительно работало.

Сейчас это немного сменилось, но ощущение осталось тем же — мне важно иногда выключаться из всего. Музыка — обязательно. Какая угодно, но она должна быть. Я без неё не могу.

И ещё мои вечерние прогулки. Когда уже почти нет людей. К концу дня мне иногда просто необходимо побыть в тишине, без чужого присутствия. И вот эти прогулки с музыкой — это, наверное, то, что даёт мне самое большое спокойствие.

Порывшись в дебрях Гугла, наконец, понял, что это за раскраски. Любопытная вещь, надо признать. Но вот о прогулках и уединении… я тебя понимаю, Lina, правда, понимаю. И, может быть, именно поэтому мне так интересно: как ты чувствуешь себя как автор, живя между двумя культурами — русской и немецкой?

Наверное, это в первую очередь влияет на тематику. Мне легче писать про европейский быт, историю, разные эпохи — потому что всё это буквально вокруг меня, это моя среда и моя ежедневная "инспирация".

А вот писать про русскую жизнь или русскую историю мне сложнее. Не потому что это не близко, а потому что я уже немного от этого отдалилась и чувствую, что не проживаю это изнутри.

Кстати… раз уж мы заговорили о том, что формирует нас изнутри… Скажи, а что ты ценишь в дружбе и человеческих отношениях больше всего?

Я ценю подлинность — когда человек остаётся собой и не пытается играть роли. И, наверное, поэтому для меня важно, чтобы и меня принимали такой, какая я есть.

Я не люблю лесть и не понимаю дружбу, построенную на выгоде. Для меня это сразу что-то неискреннее.

Я преданный друг — возможно, сказывается мой "скорпион" Если уж появляется доверие и связь, то это надолго. Поэтому и в других я очень ценю преданность.

Ещё для меня важна правда. И не просто слова, а поступки — когда человек рядом не обещаниями, а делом.

Знаешь… когда ты так говоришь о дружбе, о правде, о преданности — становится очень ясно, какие качества для тебя действительно важны в людях. И вот отсюда у меня вытекает следующий вопрос. По‑твоему, каким должен быть мужчина? Я сейчас не о внешности…

Если без красивых формулировок — мужчина должен быть в первую очередь человеком. Не "идеальным", не по списку качеств, а живым: со своими слабостями, но с пониманием, где границы и за что он отвечает. Не обещать лишнего, но если сказал — сделал. Должен уважать — себя и женщину рядом, без игр и без желания самоутвердиться. И быть устойчивым — не ломаться при первых трудностях и не исчезать, когда становится неудобно. Всё остальное — уже детали.

Когда ты оворишь так честно, становится понятно, что для тебя важно в людях по‑настоящему. И, наверное, поэтому мне любопытно узнать о тебе чуть глубже. Если бы тебе предложили описать себя тремя словами — какие бы ты выбрала.

Я — тайна и загадка, добрая и помогающая другим.

Lina… доброй быть нелегко. Это не врождённость, а… сознательный  выбор.Доброта, как ни странно, требует больше силы, чем кажется со стороны.  Вот поэтому мне и хочется понять, какой ты была раньше.

Немного расскажи о своих школьных годах. Я имею в виду последние классы, когда мы считали себя уже взрослыми, а на самом деле всё ещё оставались, по сути, детьми.

Из-за того, что в Германии совсем другая система образования, мне пришлось пройти через несколько школ, прежде чем получить абитур. Когда мы только приехали, меня записали в школу для слабых учеников — без знания языка интеграция была очень тяжёлой.

Был буллинг — и со стороны учеников, и, к сожалению, со стороны некоторых учителей. Этот год для меня как чёрная дыра, который я спокойно могла бы вычеркнуть из своей жизни.

Со временем стало легче — в классах появилось больше русскоязычных ребят, таких же, как я. Я уже не чувствовала себя одной, у меня появились друзья, с которыми мы до сих пор очень близки.

Наверное, самые тёплые воспоминания — это уже позже, когда в 15 лет я перешла в другую школу. Тогда началась более "живая" жизнь: компания, тусовки, дружба. Именно этот период я вспоминаю как свои настоящие школьные годы.

Тема буллинга — тяжёлая, но очень важная. Когда человек проходит через подобное, особенно в чужой стране, без языка, без поддержки — это оставляет след. Но этот след может стать не шрамом, а линией силы. Самое страшное — буллинг ломает ощущение безопасности, заставляет сомневаться в себе, в людях, в окружающем мире. И всё же именно из таких переживаний часто рождается особая чувствительность к чужой боли, умение видеть тех, кто молчит, и поддерживать их.

Ты ведь уже тогда, как мне кажется, начал понимать, что такое доброта. Что это не слабость, а сопротивление. И, знаешь, после таких признаний всегда хочется узнать человека чуть ближе — уже не через раны, а через путь, который он прошёл дальше. Есть ли у тебя высшее образование? Если есть, расскажи немного о своей студенческой жизни.

Да, у меня есть высшее образование.

Студенческая жизнь у меня была очень яркой. Я училась на севере Германии, примерно в 500 км от дома, недалеко от города Бремен, в маленьком городке Фехта. Он известен тем, что там разводят лошадей, стоимость которых может превышать 100 000 евро, поэтому для такого небольшого города там было довольно много обеспеченных людей.

Если школа давалась мне сложно, особенно английский, то в университете всё было наоборот — учёба шла легко. Я сама удивлялась своим оценкам, однёркам и двойкам: в Германии "1" и "2" — это отличные результаты, а самые плохие — "5" и "6".

Помимо учёбы, я активно участвовала в творческой жизни: играла в театре, ходила на разные кружки. И, конечно, студенческая жизнь не обходилась без вечеринок — каждую среду у нас были университетские тусовки.

У меня даже была возможность поехать на семестр в Бразилию, а позже появилось интересное предложение в Швейцарии. Но в итоге я отказалась и вернулась домой, чтобы начать работать.

Судя по всему, ты была очень активным человеком, и что‑то мне подсказывает, что такой и осталась. Да… (это я так сказал мечтательно). Это было то время, когда мир казался огромным и открытым, когда казалось, что можно попробовать всё. Когда впервые появилось ощущение, что творчество — это твой язык общения с этим самым миром? И вдогонку: что подтолкнуло тебя к тому, чтобы ты взяла в руку перо?

Ощущение общения с "миром" через творчество у меня появилось сравнительно недавно — в октябре 2025 года, когда я зарегистрировалась на АТ.

До этого я писала только для себя — вела дневники. Их у меня очень много. В них — мои слёзы, моя боль, мои переживания. Это всегда была моя личная терапия.

Я даже не могу точно сказать, что меня подтолкнуло начать писать именно книгу. Это был какой-то внутренний голос: "пиши" — и всё. Я просто начала и до сих пор не остановилась.

Я не пишу ради денег, престижа или рейтингов. Я пишу потому, что не могу не писать. Просто теперь это уже не дневники, а истории.

Я лишний раз убеждаюсь в том, что нужен какой-то толчок, чтобы начать писать. У меня это была смерть отца. Мне кажется, что ты просто перестала прятать свои слова в тетрадях и позволила им выйти в мир. И то, что когда‑то было дневниками, теперь стало историями. Кстати, по поводу твоих историй…

Когда был написан твой первый рассказ?

Мой первый рассказ — "Обмани, но останься" — был написан летом 2025 года. https://author.today/work/502514

Как твои родные и близкие относятся к тому, что ты сочиняешь истории?

Если честно, мои родственники не знают, что я пишу. НИКТО не знает — даже самые близкие друзья.

Один раз я как-то намекнула подругам, спросила, могут ли они представить, что я пишу. Конечно, в ответ был смех — они у меня такие, (милые) засранки. Хотя одна всё-таки сказала, что да, может это представить.

А дома у родителей у меня вообще "запрет" на телефон: "Что ты там всё время тычешь?"— их любимый вопрос. Так что, чтобы никого не доводить до инфаркта, пусть лучше пока не знают.

Вот… ты… и… попалась. Lina, если ты меня не угостишь моим любимым мороженым с клубничным вкусом, то я обойду всех твоих родственников, включая друзей и, расскажу им, что ты пишешь истории. Рассказывать буду долго и подробно. Так что выбирай: или мороженое, или… как…

Как рождается твоя идея — из образа, эмоции, фразы или случайной детали? 

Мне сложно объяснить этот процесс.

С детства у меня очень сильное воображение. Я буквально "смотрела фильмы" перед сном — закрывала глаза и прокручивала сцены у себя в голове.

Сейчас происходит примерно так же. Я закрываю глаза и чётко вижу сцену: людей, движения, атмосферу. Кто-то из авторов говорил, что у меня кинематографичный стиль.

У меня в голове может сразу прокрутиться целая глава — от начала до конца. А всё остальное уже как будто достраивается само.

Какая работа стала для тебя самой личной и почему?

У меня много работ, которые для меня очень личные.

Есть тексты, которые я посвящаю другим авторам — иногда открыто, а иногда тихо, между строк. Есть авторы, которые меня вдохновляют, становятся своего рода катализатором и помогают мне писать глубже, эмоциональнее.

Конечно, они не узнают себя — и, наверное, так даже лучше. Зачем раскрывать все карты?

Я ведь уже говорила — я загадка.

Как ты переживаешь моменты, когда вдохновение уходит. Что помогает вернуть его?

У меня не столько уходит вдохновение, сколько не хватает времени.

Помимо АТ и работы у меня очень много обязанностей в реальной жизни, поэтому писать получается не всегда так, как хочется.

Я пишу, когда есть возможность. Без давления и без ожиданий — просто в те моменты, когда появляется время и внутренний ресурс.

О чём тебе хотелось бы рассказать миру через своё творчество? 

Мне хотелось бы через своё творчество напомнить людям о простых вещах — об уважении и умении понимать друг друга.

Не обязательно менять весь мир сразу. Иногда достаточно начать с себя, с маленьких поступков, с отношения к тем, кто рядом.

И если хотя бы кто-то после моих историй задумается или почувствует чуть больше — значит, это уже не зря.

Расскажи мне сам процесс создания истории. Это происходит спонтанно или с «немецкой педантичностью»?

Да, в какой-то мере — да, у меня есть эта "немецкая педантичность".

Мне важно, чтобы всё было продумано. Хотя иногда мне говорят, что в моей продуманности нет логики.

Это, кстати, похоже на мои немецкие письма: там не про логику, а про параграфы и законы— всё должно быть оформлено чётко, по структуре, каждая точка над "i" на своём месте.

Так же и в историях. Возможно, в них не всегда есть классическая логика, но в них точно есть структура и внутренний порядок.

Твое отношение к соавторству?

Я пока ещё в процессе осмысления соавторства.

То, что уже написано с Альбиной Горшиной и Филином Железякой, я могу комментировать только с позитивной стороны — это был для меня хороший и ценный опыт.

А что касается других моих соавторов, то это очень, очень талантливые авторы, которых я искренне ценю и уважаю за их помощь.

Любимые писатели?

Александр Дюма, Джейн Остин, Керстин Гир, Диана Уинн Джонс и Арчибальд Кронин.

Как тебе такой жанр, как интервью?

Мне очень понравился этот формат.

Игорь, ты большой молодец — всё продумано, чувствуется индивидуальный подход. Для меня это была большая честь и радость побывать у тебя на интервью.

Честно, я почувствовала себя настоящей суперзвездой.

Приятно слышать такое в свой адрес.  Что бы ты хотела сказать читателям?

Читайте не только глазами — чувствуйте.

Позволяйте историям проходить через вас, оставлять след, менять что-то внутри, даже если совсем чуть-чуть.

Книги — это не просто слова. Это чьи-то прожитые эмоции, мысли, боль и любовь, которые однажды нашли форму.

И если среди всех историй вы найдёте хотя бы одну, в которой узнаете себя, — значит, вы уже не одни

Lina, ты помнишь самый первый вопрос, который я тебе задал? Он был о розах. Нравятся ли тебе они? Сейчас я  я расскажу тебе о них.

Розы бывают разные. Они отличаются не только цветом или формой — у каждой свой характер, свой голос, своё настроение. 

Начнём, пожалуй, с пустынной розы. Маленькая, упрямая, живущая там, где, казалось бы, жить невозможно. Ей не нужна вода — только горячий песок, ветер, который поёт над дюнами, и солнце, которое любит её так сильно, что не отпускает ни на миг.

Белые и красные розы… о них сказано столько, что повторяться не хочется. 

А вот чёрная роза — совсем другое дело.

Её бутон словно укрыт тонкой чёрной вуалью, как лицо женщины, которая знает о себе больше, чем готова показать. Внутри — красота, которую нужно заслужить. И я никогда не соглашусь с теми, кто считает, что чёрную розу дарят только в минуты скорби. Нет. Она — как тихая, благородная мелодия, звучащая в сердце, когда слова уже не нужны.

Ты, наверное, хочешь спросить, откуда я всё это знаю. Это тайна. Но тебе скажу: перед тобой сидит настоящий цветочный принц… в изгнании.

И да, я вижу по твоим глазам вопрос: кто же изгнал принца из волшебного палисадника? Как всегда: подлые, вечно зелёные сорняки — кто же ещё. Все как в реальной жизни… Но я, когда-нибудь вернусь в палисадник к своим любимым… розам. Обязательно вернусь…

А теперь… закрой глаза. И просто слушай:

Над тихо дремлющим прудом –

       Где тишина необычайная,

Есть небольшой уютный дом

       И перед домом – роза чайная.

Над нею веера стрекоз –

       Как опахала изумрудные;

Вокруг цветы струят наркоз

       И сны лелеют непробудные.

В пруде любуется фасад

       Своей отделкой прихотливою;

И с ней кокетничает сад,

       Любуясь розою стыдливою.

Но дни и ночи, ночи, дни –

       Приливы грусти необычные.

И шепчет роза: «Мы – одни

       С тобою, сад мой, горемычные»...

А между тем, с огней зари

       И до забвения закатного,

В саду пигмеи, как цари,

       Живут в мечте невероятного.

Они хохочут и шумят,

       Ловя так алчно впечатления;

Под их ногами сад измят:

       Бессмертье – часто жертва тления!..

Что станет с розой, если весть

       О ней дойдет до них случайная?..

И не успевшая расцвесть,

       Спешит увянуть роза чайная...*

*– Стих «Чайная роза». Автор Мыза Ивановка. 1909 год 

Lina, чем дольше я рассказываю тебе о розах, тем яснее понимаю: каждый цветок — это не просто лепестки и аромат. Это способ говорить о том, что словами не всегда скажешь.

Пустынная роза — о силе. Чёрная — о тайне и достоинстве. Чайная — о хрупкости мгновения, которое хочется удержать…

В каждом саду есть свои сорняки, свои изгнания, свои возвращения. Но розы всё равно распускаются — упрямо, нежно, как будто верят, что кто‑то однажды увидит их такими, какие они есть на самом деле.

И если честно… иногда достаточно одного внимательного взгляда, чтобы даже изгнанный цветочный принц почувствовал: его палисадник всё ещё где‑то рядом.

У меня скоро самолёт… Спасибо тебе за эту беседу. Не говорю «прощай» — скорее… до новой встречи.

Пусть твой путь будет лёгким, а небо — добрым. Пусть солнце действительно окажется ласковым и чуть‑чуть улыбающимся. И пусть всё, что мы сегодня не успели сказать, спокойно подождёт своего часа — ведь хорошие разговоры никогда не исчезают.

Я вспомнил твои слова: “Мои вечерние прогулки. Когда уже почти нет людей. К концу дня мне иногда просто необходимо побыть в тишине… без чужого присутствия. И вот эти прогулки с музыкой — это, наверное, то, что даёт мне самое большое спокойствие”.

Не знаю… знакома ли ты с Novi и её песней Always With You? Если нет — пусть это будет мой небольшой подарок тебе. Эта музыка — идеальный вариант. Наушники… Неспешный шаг… Спокойные мысли…

Ciao, liebe Blanklina!