Здракомоновские пленницы

Утро в Здракомонове начиналось, как обычно: первые петухи уже откричали своё, в домах затопили печи, и тонкие струйки дыма потянулись к бледному майскому небу. Даша Косилова стояла у плиты, разогревая вчерашний суп для Геннадия. Никто, глядя на эту женщину в домашнем халате, не заподозрил бы, что под полом кухни, в сыром подвале томятся три пленницы, одна из которых — лучшая подруга детства хозяйки этой кухни.

Поставив завтрак на поднос, она отнесла его в спальню. Геннадий не спал — уставился в потолок, ожидая появления жены.

— Доброе утро, — сказала она, помогая мужу приподняться на подушках. — Сегодня важный день.

Геннадий не ответил, но его взгляд метнулся к окну, потом вернулся к Даше. Ожидание, предвкушение, холодное любопытство — всё читалось без слов.

— Сначала покормлю тебя, — продолжила она, поднося ложку к его губам. — Потом спущусь к ним. Посмотрю, как наша Лерочка перенесла ночь.

Имя подруги она произнесла медленно, с расстановкой: Ле-роч-ка. Подруга, которую она предала. Близкий человек, которого решила уничтожить.

Она отнесла поднос с остатками завтрака на кухню, отрезала три куска чёрного хлеба, налила в кружку мутной колодезной воды. Отодвинула половик в углу, потянула за кольцо люка.

Запах жареного лука с яйцом, приготовленного для себя, просочился в открывшийся проём — издевательское напоминание о жизни наверху. Щёлкнул выключатель, и тусклый желтоватый свет залил скрипучую лестницу.

На последней ступеньке хозяйка остановилась, оглядывая подвал. С каждой новой пленницей она стаскивала сюда очередной матрас из чулана — старый, продавленный, пропахший сыростью. Теперь три грязных тюфяка лежали вдоль стен. На одном из них скорчилась Анна — месяц плена превратил учительницу в дрожащее, исхудавшее, забитое существо. Валентина сидела у стены, во взоре фельдшерицы ещё теплились проблески сопротивления.

Третья пленница — Лера — сидела на земляном полу, прижавшись к каменной стене, руки связаны за спиной, ноги стянуты у щиколоток. Из-под светло-каштановых волос с запёкшейся кровью на затылке она неотрывно следила за каждым движением бывшей подруги.

— Доброе утро, девочки, — обронила Даша будничным тоном, словно вошла не в подвал, а в обычную комнату. — Принесла вам завтрак.

Она поставила блюдо с хлебом и кружку на пол, рядом с ведром, затем повернулась к Лере и присела перед ней на корточки.

— Как спалось, подруга? Голова не болит?

Лера молчала, глядя на Дашу так, будто видела её впервые. Недоверие, ужас и нарастающее осознание происходящего явственно читались во взгляде. Губы дрогнули, пытаясь произнести слова, но из пересохшего горла вырвался только хриплый звук.

Даша поднесла кружку ко рту пленницы.

— Попей. Тебе нужны силы.

Лера сделала несколько жадных глотков, но на последнем внезапно дёрнулась, выплёвывая воду прямо в лицо бывшей подруги. Капли стекали по её щекам, по подбородку, падали на передник, но Даша не двигалась, не вытирала их — только наблюдала за пленницей с прежним спокойствием.

— Ты! — голос Леры был низким, хриплым от сухости и гнева. — Ты… как ты могла?!

https://author.today/work/565790