Банковские неурядицы

Первый, казахский, банк отличался хлебосольством. В дни рождения сотрудников накрывался длинный стол с разнообразной едой и напитками. Начальник охраны, как я уже говорил в предыдущей вспоминалке, декламировал рубаи Омара Хайяма, остальные произносили тосты. Я выбрал необычный способ приветствия каждого виновника торжества: с юмором характеризовал его как специалиста и человека.

— У переводчиков большой запас слов, — говорила председатель правления. Её сын (однажды я с ним даже встретился) работал в другом банке, тоже имея языковое образование.

Поначалу мои отношения с ней были натянутыми. Раз я зашёл в её кабинет с готовым письменным заданием. Через пару часов принёс ещё один документ.

— Вы так и будете ко мне заходить с каждой бумажкой? — резко сказала она.

Сидевший за столом напротив первый заместитель председателя правления с сочувствием посмотрел на мгновенно изменившееся выражение моего лица. В другой раз я по её распоряжению принёс пакет документов, но в спешке вложил их в файл в перевёрнутом виде.

— Вы что, нарочно их неправильно вставили? — спросила она недовольным голосом.

А в то время я был уже не только начальником отдела, но и членом правления банка и заместителем председателя кредитного комитета.

Надо признать, что кроме хорошего, работящего главного бухгалтера-мужчины и первого заместителя председателя правления, доктора экономических наук, но без опыта практической работы в банках, учиться мне было не у кого. Что касается председателя правления, она не владела компьютером и просила меня либо одну из девушек, выпускницу экономического факультета МГУ, печатать под её диктовку. Тут я заметил, что она пишет сложные учредительные документы банка, не пользуясь никакими шпаргалками. До этого она работала в Центробанке и имела степень кандидата экономических наук. Тогда я стал в принципиальных вопросах, касавшихся работы, поддерживать её мнение (оно нередко расходилось с мнением её заместителей и владельца банка, который ежедневно находился на работе). Она увидела во мне союзника, и её отношение постепенно изменилось. Вскоре я, якобы в качестве кадровика, занялся оформлением её пенсии, а также всего за два десятиминутных сеанса прекратил мучившие её боли в желудке. В это время я ездил каждые выходные на виллу «Здоровье» в Сокольниках, где бесплатно занимался экстрасенсорикой (см. соответствующую вспоминалку). В банке с помощью бесконтактной диагностики я определил все болевые точки и следы бывших операций у многих сотрудниц и в тот момент находился на пике биоэнергетической силы.

Отношение председателя правления ко мне изменилось настолько, что она лишь слегка журила меня за мои ошибки, а за небольшие упущения других сотрудников спрашивала очень строго. Характерный пример: мы сидим на кухне с симпатичной двадцатилетней выпускницей банковского колледжа и пьём чай. Заходит председатель правления и буквально выгоняет её с кухни на рабочее место. Мне же не говорит ни слова, как будто меня там нет.

Потом я перешёл в другой банк, она — тоже. Затем я полгода сидел дома, и она позвала меня на должность своего помощника в банк, в который только что была назначена заместителем председателя правления. Я встретился с ней там, мы почти договорились, но через неделю она сказала мне по телефону:

— К сожалению, выяснилось, что здесь приходится задерживаться допоздна, а я знаю, тебя не устраивает ненормированный рабочий день.

Я отработал ещё в двух банках и как-то снова позвонил узнать о её здоровье. Боли в желудке у неё возобновились. Одна женщина, с которой она доверчиво делилась своими идеями, подсидела её в банке, и в результате она ушла преподавать в Финансовую академию.

— В., тебе что-нибудь надо? — спросила она меня дважды. Я ответил, что звоню без какой-либо цели. И это была правда: к тому времени я уже перешёл в туристический бизнес.

Последней авантюрой банка перед сменой хозяина была безналичная покупка акций АО «МММ» на сумму 50 миллионов рублей. В пятницу мы перевели деньги, а в понедельник эта пирамида рухнула. Чуть раньше, в субботу, мы с женой купили акций на 2,2 миллиона при моей ежемесячной зарплате в 600 тысяч. Деньги на них потеряли также первый заместитель председателя правления и некоторые наши приятели. Позднее мы лишились остатка сбережений, отдав 500 тысяч рублей ИЧП «Властелина». Знакомая старшей сестры моей жены, бывшая посредником в этом деле, получила машину, но с ней развёлся муж, родственники которого тоже потеряли деньги.

На следующее утро по поручению руководства я поехал в АО «МММ» и, вернувшись, рассказал об увиденном в столовой во время обеда (кормили нас бесплатно, для приготовления еды взяли двух симпатичных женщин):

— Я приехал и увидел бесконечную очередь людей, чтобы войти в здание. Она поднималась на верхний этаж.

— И тогда вы вернулись? — спросила жена владельца банка, управляющая делами, которая тоже сидела за столом.

— Нет, мне удалось зайти внутрь.

— Правда? — удивлённо воскликнула она.

— Да, я прошёл мимо очереди и заглянул в комнату, где сидели работники «МММ». Одна из девушек с рацией в руках пошла со мной наверх мимо охраны, вооружённой автоматами, и провела в комнату, где сидел очень любезный мужчина. Он выслушал меня и признался: «Да, мы получили ваш денежный перевод и были очень удивлены».

Далее я рассказал, что выполнил порученное задание, касавшееся деталей перевода, но опустил окончание разговора.

— Мы можем вернуть вам деньги, — заявил он вдруг.

— А как вы это сделаете?

— В банках есть такие депозиты… — намекнул он.

Я понял, что с его помощью могу вернуть не только деньги банка, но и свои личные, но мгновенно прикинул, что в нашем неблагополучном банке этот его депозит с высокими, как он надеялся, процентными ставками, быстро проедят, и тогда эти люди с автоматами придут в первую очередь ко мне. Я сделал вид, что не понял, о чём он говорит, поблагодарил его и ушёл.

— Ничего, — сказала мне председатель правления через несколько дней, когда все поняли, что 50 миллионов рублей нам не вернуть, — зато теперь у тебя есть хоть и отрицательный, но опыт работы с ценными бумагами.

— Конечно, я уже терял деньги, — сказал мне хозяин банка со спокойной улыбкой, — но чтобы так быстро. Знаю, что ты тоже понёс убытки.

Думаю, в тот день он уже начал договариваться о продаже банка другому владельцу.

Чуть раньше к нам несколько раз приезжали двое владельцев магазина, которые удачно покупали и продавали акции АО «МММ» и просили открыть им так называемую кредитную линию. По распоряжению председателя правления банка я поехал с ними в их магазин.

— Какой залог вы можете предложить? — спросил я, осмотрев два больших торговых зала.

— Товары.

— То есть вы хотите, чтобы мы открыли вам кредитную линию под залог товаров в обороте?

— Да.

— А эти товары принадлежат вам?

— Нет, все товары у нас на комиссии.

Когда я вернулся в банк, председатель правления выслушала меня и удовлетворённо сказала:

— О, как ты профессионально их раскрутил.

После этого в трёх других банках я занимался плановой и аналитической деятельностью, а здесь пришлось, как говорится, работать «в поле». Зато теперь есть о чём вспомнить.