Фантастические миры: город и деревня

Ужасы имеют богатые деревенские традиции, но городские декорации становятся всё более распространёнными. Алекс Дэвис исследует этот ландшафт и актуальные тенденции. (Writing magazine, перевод с английского)

Одна из самых увлекательных особенностей жанра ужасов — это то, как он меняется со временем. Через пять лет мы, вполне возможно, увидим совершенно иные тенденции, а ещё через пять лет всё снова станет другим. Мы переживали взлёты популярности то одного монстра, то другого (особенно вампиров и зомби), классическую историю о привидениях, подъём психологического хоррора, а в последнее время — рост гибридов ужаса и триллера. Одни вещи входят в моду, другие выходят из неё.

Но одно из самых интересных долгосрочных изменений заключается в том, что хоррор постепенно отдалился от своих деревенских корней и всё чаще обращается к городскому ландшафту. Взгляните на лучшие произведения Эдгара Аллана По (например, «Падение дома Ашеров») или на такие книги, как «Призрак дома на холме» или «Женщина в белом», — и вы увидите ценность удалённого местоположения в сельской местности. Это означает, что главные герои отрезаны от помощи, а относительная тишина даёт их воображению время разыграться. Тот факт, что «хижина в лесу» является таким устойчивым клише фильмов ужасов, не случаен — это своеобразное обращение к традиции, попытка придать ей более современный оттенок. Мы потеряли связь с природой и сельской местностью, поэтому она может быть опасной. И, конечно, ни у кого не работает мобильный телефон…

Но я отвлёкся. В гораздо более современном хорроре мы видим то, что произошло в обществе в целом — и часто хоррор следует за наблюдаемыми вокруг нас тенденциями, — а именно постепенную урбанизацию. Поскольку всё меньше людей живёт в сельской местности и всё больше толпится в городах, живя буквально друг на друге, городские ужасы становятся всё более популярными. В свете крупных террористических атак и городской преступности представление о том, что плохие вещи случаются только в деревне, давно ушло в прошлое.

Мне так одиноко…

То, что безусловно перекочевало из деревенских ужасов в городские, — это чувство изоляции, хотя и совсем иного рода. Старомодные сверхъестественные истории часто зависели от изолированных мест (особенно любимый мной пример — «Сигнальщик» Чарльза Диккенса), чтобы персонажи могли физически остро ощущать одиночество. Они далеки от общества, далеки от других людей и буквально одиноки.

Но городские ужасы полагаются на то же самое чувство, преподнося его по-своему уникально. Человек в городе может быть так же изолирован, как и в сельской местности, но эта изоляция психологическая. Вокруг могут быть люди, но все они незнакомцы, которые вряд ли придут на помощь героям, когда те страдают от своих травм в городской среде. «Бетонный остров» Дж. Г. Балларда — невероятный пример этого: человек, запертый на транспортном островке, который с таким же успехом мог бы быть необитаемым островом, после автомобильной аварии и полученных травм. Главные герои в городских ужасах часто начинают как одиночки или люди с небольшим кругом друзей, которых они постепенно отталкивают, пока рядом не остаётся никого, кто мог бы им помочь или о них заботиться. Таким образом, изоляция в городских ужасах может быть столь же значимой, как и в деревенских. Рекомендую также трилогию Гэри Макмэхона «Бетонная роща» (Concrete Grove) как ещё один отличный пример этого в действии.

Городская паранойя

Деревенские ужасы очень часто основывались на чувстве паранойи со стороны главных героев, но опять же, это была паранойя особого рода. Она глубоко зависит от того, с чем именно (реальным и нереальным) сталкивается герой. Большая часть этих сверхъестественных историй держится на вещах, увиденных краем глаза, на воображаемых событиях, на идеях и концепциях, заложенных в человеческий разум старыми сказками, мифами и страшилками у костра. «Поворот винта» Генри Джеймса — увлекательное исследование этого явления, поскольку оно так и не разрешает сверхъестественный вопрос в своей основе окончательно. Всё ли было в воображении, или это была правда?

Городские ужасы делают это совершенно иначе и, вероятно, столь же глубоко психологичны. Здесь паранойя связана не столько с недоверием к потусторонним силам, сколько с недоверием к другим людям. Каждый день мы слышим страшные истории из наших городов — убийства, похищения, грабежи и многое другое. Это можно очень эффективно использовать в образе главного героя: мы живём во времена городской паранойи, и доведение её до крайности в истории ужасов — очень плодотворная почва. Вы легко можете рассматривать «Окно во двор» Хичкока как великолепный ранний пример этого, но существует ещё множество шедевров городской паранойи. «Соседка» («The Burbs») — замечательная комедийная интерпретация, а такие фильмы, как «Странный цвет слёз твоего тела» и «Кэндимен», также прекрасно передают это ощущение, хотя и по-разному.

Расцвет городской легенды

Рука об руку с тем фактом, что жизнь становится всё более городской, мы, безусловно, наблюдаем всё большее распространение «городских легенд». Пятьдесят, а возможно, и тридцать лет назад большинство наших мрачных и жестоких местных легенд было сосредоточено в сельской местности — считалось, что за пределами города потустороннее и сверхъестественное могут проявить себя в полной мере. «Ведьма из Блэр» положила начало настоящему тренду (который до сих пор не показывает никаких признаков угасания) жанра «найденных плёнок» (found footage), основавшись на местной легенде — несомненно, на плодородной почве для любого хоррора.

Но посмотрите, где возникают мифы сейчас: многие из них гораздо прочнее основаны в городах и даже могут быть связаны с существующими там технологиями. «Звонок» («Ringu»/«The Ring») — яркий пример того, как наша надёжная техника может преследовать нас, где бы мы ни находились, но это гораздо вероятнее в городской обстановке. Основа этой истории — прекрасный пример городской легенды: видеокассета, которую вы смотрите, телефонный звонок сразу после этого, а через неделю вы умираете. Интернет также порождает свои собственные «городские легенды» — поищите «Слендермен» или «Джефф-убийца», и вы увидите два самых популярных «крипипаста» (creepypasta), историй, созданных исключительно для того, чтобы не давать читателям спать по ночам. Я не удивлюсь, если это явление вскоре проникнет и в хоррор-литературу — в лучших своих проявлениях они очень эффективны. Идея мифологии и легенд больше не является исключительной для сельской местности — город может таить в себе столько же призраков и ночных кошмаров.

Состояние упадка

Возможно, когда-то считалось, что городская жизнь будет лучше и легче, чем жизнь в сельской местности, — многие люди хлынули в большие города во времена промышленной революции в поисках лучшей жизни. Без сомнения, тогда (и, возможно, ещё некоторое время спустя) у города был некий идеализированный образ — место, которое предлагает счастье в нетронутой среде. Конечно, для многих эта иллюзия быстро развеялась, когда они столкнулись с ужасными условиями, тесными жилыми помещениями и отвратительной гигиеной. И справедливости ради стоит сказать, что с тех пор идеал городского образа жизни поблёк.

Конечно, если вы отправитесь в сердце крупного города или в любую туристическую зону по всему миру, вы, вероятно, увидите мегаполис в его лучшем проявлении. Но чем дальше вы уходите оттуда, тем заметнее становится, что городская среда во многих районах отнюдь не красива и не безупречна — если вы живёте в городе, готов поспорить, что вы находитесь не более чем в десяти минутах от заброшенного здания. И пустые места, которые предназначались для жилья, безусловно, изобилуют в городских районах так, как, возможно, не изобиловали раньше. По мере того как города расширяются, а пригороды становятся для многих всё более привлекательным вариантом, целые здания, а в некоторых случаях и целые улицы, могут лежать пустыми и заброшенными. Если это не отличная декорация для хоррора, то я не знаю, что это такое — здесь больше закоулков и укромных уголков, чем когда-либо прежде, чтобы что-то могло обитать за городским фасадом…

Заключение

Ничто не говорит о том, что деревенские ужасы мертвы или даже что их популярность действительно идёт на спад, но городские ужасы, вероятно, выросли по крайней мере до равного положения. Возможно, это своего рода отражение городской жизни, какой мы начинаем её видеть: концепция сияющего мегаполиса, маяка блестящих технологических достижений, была вытеснена более точным отражением того, чем является город, — чем-то, что может быть очень хорошим, но также может быть и очень плохим.

Сейчас существует множество хорроров, которые могут черпать вдохновение из реальной жизни, и рост жанра «тёмного триллера» или «чиллера» (chiller) является прекрасным тому подтверждением. Нам больше не нужны огромные пустые пространства сельской местности, чтобы испытать озноб, потому что эпоха информации донесла до нас, что тесные городские улицы могут быть столь же опасны, если не более.

Возможно, это говорит о том, как изменилась психология наших страхов. Благодаря достижениям науки и рационализма мы меньше боимся монстров и привидений, чем раньше, но со временем мы перенесли этот страх на наших собратьев-людей — а где, как не в городе вы найдете самый большой плавильный котел человечества, хорош он или плох?