Сцена из Битвы Пророков.

Токсичный магический порошок был выпущен прямо в лицо султана. 

Но падишах, уходя от смертоносного взмаха за доли секунды, камнем рухнул на зеркальный пол. 

Укрывшись капюшоном от ядовитого облака, Санторо проскользнул вперед, и тут же, на выдохе, поднялся, нанося молниеносный удар саблей снизу, отсекший чернокнижнику четыре пальца. Конечности мягко шлёпнулись на перевёрнутое основание пирамиды.  

Хопеш вычертил дугу и взвизгнул у самого уха Саваша. Тот успел отреагировать, выставив уцелевшей рукой энергетический блок. Ятаган, отклонившись на считанные миллиметры от цели, высек искры из прозрачной колонны. 

Не сбавляя темпа, Асахеймский царь пнул врага под колено, но попал в пустоту. В тот же миг Коблиш телепортировался прямо за спину Санторо. Падишах резко развернулся, схватил нечестивца за раненую руку и с ужасом увидел, как быстро регенерирует ткань колдуна. Пальцы уже отрасли, лишь немного короче прежних. Они сцепились, и неведомая, чёрная сила оказалась могущественнее ловкости и боевого опыта закалённого воина. 

От стальных тисков сцепленных рук в глазах запрыгали серые мухи, оружие вывернулось и глухо брякнуло где-то внизу. Обманным движением, в падении, Султан разжал захват, но в последнее мгновение коротким, ребром ладони, движением вонзился в горло узурпатора.

Пошатнувшись, Саваш вырвал из-под плаща ритуальный жертвенный клинок и устремился, чтобы добить противника. Обсидиановый нож рассек плиты пола первым ударом, а вторым — пригвоздил к основанию кровавого алтаря плащ из волос Горгоны. Вспыхнул второй клинок в руках злодея и рухнул вниз

. С неимоверным трудом Санторо парировал выпад широкой золотой пластиной нагрудного амулета, выхватил хопеш и вывернулся из своего одеяния. Отступая, падишах потянул за потайной рычаг, и часть напольного покрытия разверзлась, обнажив скрытую нишу, кишащую ядовитыми змеями. 

Демон молниеносным взмахом сапога выбил новообретенное оружие и толкнул его в пасть западни.

 - Никто не смеет бросить мне вызов! —

 рассмеялся Коблиш.

 В порыве собственного величия он не заметил, что наш герой буквально прилип к боковому отвесному жерлу глубокой, смертоносной кладовки.

Наклонившись к механизму, чтобы захлопнуть свою ловушку, Демон Зла почувствовал, как прочная кожаная удавка обвивает его ногу. Повелитель Асахейма, рождённый в жаркой пустыне, подобно простому погонщику мулов, всегда носил с собой кожаный хлыст. Упершись тремя конечностями в стены кладовки, Санторо, используя врага, поскользнувшегося от неожиданности, взлетел наружу и нанёс страшный удар кнутом прямо в голову, а затем ещё один.

Подобрав свой изогнутый хопеш, царь Асахейма расколол тело колдуна от плеча до бедренной кости. Соединённые полосками кожи, две половины туловища почти раздельно ползли к открывшемуся Порталу. Процесс сращивания уже начался, и вероятность успешного эксперимента с абсолютного нуля стремительно обретала дополнительные шансы. Внутри чертога, в неизвестности иного проклятого мира, слышались лай, хохот и скрежет.

- Тебе никогда не превратить наш мир в помойку для отродья! – отдышавшись, промолвил Султан.

 Он продернул суровую нить кнута вглубь раны и, привязав петлю с вплетённой головой подонка, подвесил её к рычагу, ведущему к пропасти и населённому земноводными тварями. Вторую часть туловища падишах перекинул через красное, дрожащее марево объекта и отошёл.

Аппарат воспринял это движение как ошибку и замер. Стопы незадачливого Коблина вросли в окаменевший парапет, ведущий в иную реальность.

- Теперь ты будешь жить вечно – 

попрощался герой и развернулся к выходу.