Закончил Главу 4. романа "Нечисть" и мысленно потревожил могилу ведьмы...

Дорогие читатели, публикую Аннотацию Главы 4. 

Расследование Андрея Дубровского превращается в бег по бесконечной библиотеке городских закоулков и старых кладбищ, где каждый шаг ведет в тупик, а живые люди становятся зеркалами для мертвых. Встреча с Катей у Чистых прудов выходит за рамки личной драмы: она не просто обижена на его исчезновение, она держит нить, ведущую в Таганрог — город, куда перестали летать самолеты и где время наслаивается, как страницы старой книги, читаемой задом наперед.

В доме тетки на улице Греческой Дубровский сталкивается с невозможным: гадалка Зоя Черняк, похороненная, по слухам, в девяносто четвертом, выглядит точь-в-точь как женщина, которую он встретил в московском баре несколько дней назад. Но чем глубже герои погружаются в историю, тем страшнее становятся детали: перезахоронение с нарушением оси «восток-запад», провалившаяся могила с выбитыми глазами на черном памятнике, руна Перт — символ тайны и возрождения из пепла, и смерть могильщиков.

Катя видит в ночном кресле чужую тень, по городу ездит конный катафалк, которого не существует в природе, а умерший священник успевает прочитать молитву против того, что «не дозволено ни Богом, ни Дьяволом». Дубровский наконец осознает: сага об Эгиле, прочитанная гадалкой, была не предупреждением — это была инструкция. А та, кого все считают покойницей, возможно, не умерла вовсе. Или умерла не та. Или то, что выходит из провала у Северной стены по ночам — уже не гадалка, а нечисть, выбирающая чужие лица как перчатки. Герою предстоит сделать выбор: бежать от этого знания или стать посвященным в чужую игру, где ставка — жизни и души невинных людей.