Сова в лаборатории
Автор: Сова Люськина
Я летела куда глаза глядят, размышляя о вечном. И, конечно, не смотрела под крыло. И тут меня закрутил непонятный вихрь, а потом выплюнулос такой силой, что я врезалась во что-то твердое и зазвенело стекло.
Я пришла в себя и увидела,что лежала на полу среди разбитых колб, в луже какой-то зеленоватой жидкости. Мои перья были перепачканы порошком неопределенного цвета, а в клюве застрял кусок странной губчатой субстанции.
— Какого… — раздался голос над моей головой.
Я подняла глаза.
Надо мной стояла молодая женщина в лабораторном халате. Светлые волосы были собраны в пучок, из которого выбивались непокорные пряди. В руке она держала косичку из каких-то трав, а в глазах ее горел такой костер, что я почувствовала себя еретиком.
— Вы кто? — спросила она.
— Я Сова, — пропищала я. — Я опять влипла… в ураган.
— Вихревой поток, значит, — женщина отложила косичку. — Понятно. Очередная заблудшая душа. Только в лабораторию нельзя было упасть? В парк, в лес, в чей-нибудь сад? Нет, обязательно туда, где я третий час пытаюсь переплести флабию и инзолию в нужной пропорции!
Она вздохнула, подхватила меня вместе с кучкой осколков и поставила на табурет.
— Ирина Тенор, — представилась она, стряхивая с фартука порошок. — Целитель, адептка, изобретатель средств первой помощи сомнительного содержания.
— А я Сова, — повторила я, отряхиваясь, а потом скинулась в человека в белом халате.
— Это я уже поняла, — она усмехнулась. — Ладно, раз прилетели помогайте. Или хотя бы не мешайте. Интервью хотите взять? Берите. Только я во время работы отвечаю.

Я достала воображаемый блокнот.
— Ирина, вы — попаданка. Как вы оказались в Энтаре?
— Это был чудный летний день. Я наконец-то вырвалась из лап школьной доски в путешествие, но в какой-то момент самолет посчитал, что с него хватит и направился носом к земле. Полет был недолгим, но захватывающим. После немягкой посадки меня вышвырнуло в какое-то яркое пространство, и женский голос в моей голове велел сказать слово. За словом в карман я не полезла и выдала все, что думаю о современной гражданской авиации. Свет погас, наверное обиделся, и я очутилась аккурат у массивных каменных ступеней центрального входа Академии всеобщей магии. Вот такой вот интересный рейс Москва — Аргент.
— Как вам в Академии. Нравится учится?
— Учиться? Я бы сказала зубрить с утра до ночи, наверстывая упущенное и обгоняя программу. Но да, магия — это увлекательно. Тем более, что я обнаружила в себе дар целительства, и меня тут же начали готовить к поступлению на первый курс.
— А что такое флабия? И инзолия?
— Вот смотрите, — женщина стянула с вешалки бледно-зеленые сухие ленточки. — Это флабии — водоросли, которые растут на болотах. Они отлично впитывают жидкость, расширяясь и механически зажимают стенки поврежденных сосудов. А вот это — инзолии. Природное кровоостанавливающее, аллерген, правда, но я его победила. Набираем всего понемногу и заплетаем парик кикиморы в изящную косичку, которую потом можно будет поместить в рану и остановить кровотечение. Отличное средство из г... подручных материалов.
— Вы работаете одна? Без помощников?
— Обычно я работаю не с помощниками, а с мешающими. Но все, что я изобретаю, отдаю с формулами и отчетами в общую лабораторию. Так что массовое производство не моя забота. Сама я делаю медикаменты только для мужа и его друга, который регулярно пытается убиться.
— Наставники есть?
— О, целый штат. Никому не лень гонять одну хрупкую целительницу не только по больнице, но и по лесным буеракам. Особенно удачно это выходит у главы городской больницы — Антели Визен. Ее стальная хватка держит меня в тонусе вот уже несколько лет. А в последнее время она определила меня под крыло лекаря Сиана Лорса, чтобы он натаскал меня в хирургии. Скучать не приходится.
— Я слышала, вы замужем за архимагом-некромантом. Расскажите о нем.
— Хм, как-бы так покороче уместить многотомник в пару предложений? Рей — человек дела. Он не очень-то разговорчив, не любит находиться в компании малознакомых людей, но оберегает своих друзей и членов семьи. Нас он готов видеть как можно чаще и благосклонно смотрит на все, что мы вытворяем.
— Он помогает вам с изобретениями?
— У Рея нет особого выбора, поэтому он частенько становится моим первым подопытным. Недавно я проверяла новое лекарство и накормила его и нашего мужественного дворецкого бутербродами с бактериями. Муж и глазом не повел — съел как миленький и спокойно дал вколоть себе ампулу с зельем. Настоящий мужчина, я считаю.
— У вас есть дети
— Совместных нет, но у мужа есть две дочери от первого брака. Иветте недавно исполнилось десять, а Элиз на год старше. Они прекрасны во всем своем пубертатном великолепии, и я их очень люблю.
Она замолчала, развешивая ленточки трав на вешалку.
— Вы пашете за десятерых, я слышала. Это правда?
— Да, до замужества я только и делала, что работала. Но сейчас я сбавила обороты и стараюсь побольше времени уделить семье. Девочкам нужна мать, а Рею — выспавшаяся жена, которая не влезает во все передряги этого мира. С последнем, правда, иногда возникают проблемы.
— Я слышала ,что у вас хорошая кухарка?
— Эрит — это просто клад! Рею очень повезло добыть такой талант. Наша кухарка умеет не только вкусно готовить, но и заставлять нас регулярно питаться, а не кусочничать по углам в перерывах между делами.
Она засмеялась, и костер в ее глазах на миг погас, сменившись обычной человеческой теплотой.
— Говорят, если кто-то начинает с вами спорить за науку, в ваших глазах появляется костер. Я сейчас видела этот огонь.
— Наука — моя вторая страсть после мужа. Возможно, я покажусь высокомерной, но я-то знаю об устройстве мира чуть больше, чем местные ученые. На Земле нет магии, а значит и нет вспомогательных костылей. Поэтому приходится больше думать головой, чтобы выжить. Я просто пытаюсь донести прописные истины до умов энтарцев и адекватных соседей.
— И вы спорите?
— Спорю, доказываю, объясняю и так далее. По началу было трудно, но потом я обросла друзьями и знакомыми, которые переняли некоторые идеи и теперь развивают их самостоятельно. Чего стоит одна Норт со своей бактериологической лабораторией.
Она говорила спокойно, но я увидела в ее глазах тот самый костер.
— Вы добрая, я это чувствую. Но себя и близких в обиду не дадите?
— Не дам, конечно. Особенно когда дело касается детей. Один высокопоставленный маг убедился в этом на собственном опыте, когда его сын обидел Иви. Она тоже хороша, ударила мальчика учебником по голове, но я не пошла на мировую и до конца отстаивала честь своей падчерицы. Теперь дети дружат, а мы с Вайром Солиным ведем деловое сотрудничество.
Она замолчала и достала из коробки очередную порцию трав.
— Все, Сова. У меня много дел, муж уйдет в казармы, а я должна успеть допилить губки до очередного прорыва демонов. Чтобы у него был шанс вернуться живым.
— Вы беспокоитесь о нем?
— Беспокоюсь это мягко сказано. На прорывах именно архимаги берут на себя самых опасных демонов, защищая остальных боевиков от неминуемой смерти.
— А молитвы помогают в мире без бога?
— Я не верю в богов, — она усмехнулась. — Может, они и есть, но молиться я не спешу. Сама справлюсь. Я всегда справляюсь.
— Последний вопрос, Ирина. Вы счастливы здесь?
Ирина подняла голову от начатой косички.
— Да, не смотря ни на что, мне нравится моя жизнь. По началу было сложно, но Рей стоил всех моих страданий.
— Это счастье?
В лабораторию заглянула пожилая женщина с полотенцем.
— Хозяйка, вы опять не ели! — строго сказала она. — Идите ужинать.
— Кухарка, — представила Ирина. — Видите?
Я видела.
— Летите, Сова, — сказала Ирина. — И в следующий раз не влетайте в лаборатории без спроса. У меня колбы хрупкие.
Я кивнула, скинулась в сову,хлопнула крыльями. На прощание Ирина бросила мне готовую гемостатическую губку.
— Вдруг пригодится, — сказала она.
Я поймала ее в клюв и нырнула в вихрь, который уже материализовался в углу лаборатории.
А когда вынырнула, то была дома. В клюве у меня застряла губка. И воспоминание от встречи с женщиной, которая изобретает спасение там, где привыкли полагаться на заклинания.
Я спрятала губку под крыло.Мало ли. Вдруг пригодится.
А все подробности можно узнать в романе "Смирный атом" от автора Елены Семеновой
