Московская задача трех тел

Как я написал раньше в блоге, у каждого народа есть две истории. Одна пишется его правительством, другая – его врагами.

Куликовская битва – особенно лакомый кусок как для тех, так и для других. Уверен, что вы уже читали Гумилева, Фурсова, Горского. Никто не безупречен. 

Наверно, и мою версию можно подвергнуть остракизму. Я не пытался представить москвичей чемпионами ни антиордынского, ни заордынского дела. Не увидел близких признаков вызревающего единства. Упомянул про поражение от Тохтамыша, и про другие поражения московской политики после Куликова поля.

Куликовская битва, по моему мнению, была частью хаотической «задачи трех тел». Как написал об этом дореволюционный историк: «… действуют молча, воюют, мирятся, но ни сами не скажут, ни летописец от себя не прибавит, за что они воюют, вследствие чего мирятся; в городе, на дворе княжеском ничего не слышно, всё тихо; все сидят, запершись и думают думу про себя; отворяются двери, выходят люди на сцену, делают что-нибудь, но делают молча».

Эту характеристику можно адресовать любому периоду московской или русской истории.

Читайте у меня: Глава 7 Московская пощечина Орде. Русские люди и мысли от Рюрика до Николая II