Зачем пришел?

— Кстати, — вдруг сказал Анатолий, вспомнив что-то важное, — у меня в лаборатории квантовой криптографии сейчас идёт интересный эксперимент. Думаю, вам стоит взглянуть, это имеет прямое отношение к безопасности климат-контроля.

Старший инженер сохранил данные, заблокировал станцию и жестом пригласил Дениса следовать за собой.

— Не часто к нам заглядывают из администрации, — говорил Анатолий, ведя нового знакомого через лабиринт коридоров. — Обычно вы, ребята, предпочитаете получать готовые отчёты, а не разбираться в техническом устройстве систем.

— Времена меняются, — ответил Денис. — Головин теперь хочет, чтобы его люди вникали глубже.

— Это настораживает, — заметил Селезнёв, не оборачиваясь. — Когда начальство проявляет интерес к техническим деталям, обычно значит, что готовятся перемены. И не всегда к лучшему.

Они вошли в боковой коридор, затем свернули снова и оказались перед дверью с табличкой «Лаборатория квантовой криптографии. Только для персонала с допуском».

Селезнёв приложил пропуск к сканеру, и дверь с тихим шипением отъехала в сторону. Они вошли в просторное помещение со стенами из прозрачного материала. Сквозь них было видно соседние лаборатории, но звуков не доносилось — идеальная звукоизоляция.

Посреди комнаты стоял большой стол с множеством приборов. Над столом висела объёмная голограмма кристаллической решётки, медленно вращающейся. Вдоль стен располагались стойки с серверным оборудованием, мигающие разноцветными индикаторами.

— Впечатляет, — искренне сказал Денис, оглядываясь.

— Это лишь начало, — ответил Селезнёв, подходя к пульту управления у дальней стены. — Настоящие чудеса скрыты глубже.

Анатолий набрал команду, и прозрачные стены затуманились, став матовыми. Свет в комнате слегка приглушился, а из динамиков под потолком зазвучал ровный белый шум — смесь частот, способная заглушить любые разговоры от внешних микрофонов.

— Теперь можно говорить, — сказал Селезнёв, отходя от пульта. — У нас есть примерно пятнадцать минут, прежде чем это начнёт выглядеть подозрительно. Белый шум и затемнение — стандартная процедура при тонкой настройке квантовых датчиков, но даже у стандартных процедур есть лимиты.

Анатолий жестом пригласил Дениса сесть в кресло у центрального стола. Сам устроился напротив, сложив руки перед собой.

— Вера прислала тебя, — это был не вопрос, а утверждение. — Что-то случилось. Что именно?

— Ламбер мёртв, — ответил Денис, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. — Убит этой ночью, в своём доме. Официальная версия — самоубийство.

Лицо Селезнёва осталось бесстрастным, только в глазах мелькнула тревога.

— Этого следовало ожидать, — произнёс инженер тихо. — Они зачищают всех, кто знает правду. Ламбер был слишком ценен, чтобы убить его раньше, но слишком опасен, чтобы оставлять в живых теперь.

— Теперь? Что изменилось?

— Они готовятся к переходу на следующую фазу, — Селезнёв бросил быстрый взгляд на часы. — Тринадцать минут. Говори быстро, зачем пришёл?

https://author.today/work/531423