Продолжение НЕканона (хотя может и канона, смотри в конце)

Уютная кухня. Маргарита и Борис сидели друг напротив друга и методично пили чай.

— Уютно, — сказала Маргарита, хлебнув чай.

— Спасибо, — прошептал Борис, посмотрев на потолок.

— Ты с мамой живёшь? — спросила Марго.

Борис кивнул. Он сделал глоток чая, затем перевёл взгляд на неё. Уютный свитер, рабочие руки с некрашеными длинными ногтями. Лицо милое, волосы длинные каштановые, взгляд, смотрящий на кружку чая. Пакетик опустился на дно.

— Ты мне кажешься довольно милой, — неуверенно сказал Борис.

— А! — удивилась Маруся, подняв взгляд на Бориса. — Спасибо. — Она вновь опустила взгляд. 

Маргарита вернулась к чашке. Она осмотрела его. Седые короткие волосы, футболка, сильные руки, широкие плечи. Глубокий взгляд.

— Можно понять, что Наташа нашла в тебе, — сказала Маргарита, сделав глоток.

Борис усмехнулся и отложил кружку в сторону. Он случайно положил руку на кисть Маргариты, но затем быстро перевёл руку на её кружку.

— Подогреть? — спросил Борис.

— Нет, спасибо. Не надо, — Маргарита приложила палец ко рту и прикусила его.

Борис убрал руку. Затем делал глотки и смотрел то на неё, то в сторону. Маргарита смотрела в кружку, в которой чай постепенно заканчивался.

— Воду подлить? — снова спросил Борис.

— Не хочу напиваться. Не надо. Спасибо большое, — Маргарита немного нервно улыбнулась.

Борис улыбнулся в ответ. Он встал и подлил себе воды из кувшина, затем силой нагрел её прямо в кружке. Он сел обратно на своё место.

Маргарита приложила кружку к губам, но глоток не сделала. Просто водила губами по краю и смотрела на него. Борис смотрел в окно и видел, как солнце потихоньку садилось.

— Переночуешь или пойдёшь до общаги? — спросил Борис.

— Останусь… Останусь, пожалуй… Возможно, пожалею об этом, — последнюю фразу она почти прошептала.

— Почему пожалеешь? — уточнил Борис.

— Просто… просто, — шептала Маргарита.

Она сделала последний глоток и допила чай. Маргарита встала, выкинула пакетик в мусорку и хотела помыть кружку, но Борис нежно взял её за руку и сказал:

— Я помою.

— Я… Я сама.

— Ты же всё-таки гостья. Так что дай мне.

Маргарита отпустила кружку. Борис взял её, помыл обе кружки и поставил на полку. Маргарита прошла в глубь квартиры.

Маргарита зашла в его комнату. Шкаф, кровать, стол, стул — и ничего лишнего. Маргарита прошла в центр комнаты.

Борис появился на пороге и сказал:

— Придётся вдвоём тут спать. Я у стенки, одеяло тебе.

— Ну хорошо, — сказала Маргарита.

Борис лёг на кровать и подвинулся к стенке. Подушку он оставил гостье, вместо неё использовал руку.

Маргарита сняла свитер и положила его на стул. Легла под одеяло. Укуталась и положила голову на подушку.

Она смотрела в темноту комнаты. Из губ вырвалось:

— Есть ли счастье в нашем мире? — прошептала Маргарита себе под нос.

— Должно, — ответил Борис.

Маргарита дёрнулась, и сердце забилось в хаосе.

— Почему ты так думаешь?

— А во что ещё нам верить? Зачем ещё жить?

— А любовь? Деньги? Бог?

— Так они и есть пути к счастью. Хотя их много, этих путей. Надо лишь свой найти.

— То есть ты думаешь, что счастье есть?

— Да, думаю, что есть. А ты?

— Возможно. Честно, тяжело сказать.

— Что случилось такого в твоей жизни?

Сердце в груди Маргариты забилось сильнее.

— М-м-м-много чего, — нервно прошептала Маргарита.

— Что, если не секрет? Может, я пойму тебя.

— Не знаю, поймёшь ли нет… Я просто была в отношениях. А закончились они тем, что он воспользовался мной и ушёл.

— Возможно, я сейчас это чувствую, — Борис ногтем скрёб стену.

— С Наташей?

— Да, с ней, — уверенно сказал Борис.

— Она не такая, как он. Не такая.

— Да… Не такая, — вздохнув, сказал Борис. — Но я чувствую себя использованным.

Юбка приземлилась прямо на свитер. Бориса накрыли одеялом.

— Зачем? Не надо, нормально всё, — сказал он.

— Ты другой, — прошептала она ему на ухо.

Она положила свою сильную, обнаженную ногу на его. Прижала своими руками к своей груди. Пальцы схватились за его торс и вцепились в футболку.

— Я понимаю, за что тебя можно любить, — прошептала Маргарита ему в ухо.

— Тебя тоже есть за что любить.

Он повернулся к ней, к её лицу. Такому… Близкому. Такому родному. Такому милому. Такому открытому. 

— Ты не менее красивая, чем Наташа.

Их губы были в миллиметрах друг от друга, они сжигали себя. Он положил руку ей на щёку — мягкую, приятную. Он слегка её погладил. 

Губы соприкоснулись. И ничего большего. А сердца рвались из груди. А сердца горели. А тела засыпали. А разумы бежали в объятия. А снов или друг друга — неважно.

А теперь про каноничность. 

Значит мне очень понравился этот шип. По этому Борис с Маргаритой как минимум в моменте будут парой, а вот надолго ли? Узнаете прочитав "Серый Штиль"

Как-то так