Долой кастовость! (Сирия)

Дети работников советских организаций и специалистов, в том числе военных, проживавших в Дамаске, учились в школе при Посольстве СССР в САР. Были выделены специальные автобусы, которые ходили по определённому маршруту, забирали детей и после уроков отвозили обратно. В некоторых классах учились даже школьники из социалистических стран, но мест всем не хватало. За этим внимательно следили отдел кадров и директор школы. Когда я зашёл к директору и спросил, нельзя ли моей жене после родов приехать в Дамаск с детьми, он ответил, что ни старшую, ни среднюю дочь сажать некуда: всё переполнено. Одна девочка-пятиклассница, которой удалось попасть в Сирию, несколько дней бродила с портфелем по коридору школы, и директор не знал, что с ней делать.

Я успел вернуться из второго отпуска, а мест по-прежнему не было. В один прекрасный день в комнату зашёл начальник отдела кадров и сказал, что моей семье можно приезжать. К тому времени я уже переселился в новую квартиру возле жилдома. Утром к нему подъезжал РАФик и забирал детей в школу, затем привозил их обратно. Однажды старшей дочери в автобусе не оказалось. Её просто забыли, за что потом я сильно ругал водителя. К счастью, кто-то из работников Торгпредства заметил нашу дочь, одиноко стоявшую с портфелем возле Посольства, и довёз её до жилдома.

Учительница нашей средней дочери, присланная из Москвы, несмотря на хорошую учёбу, её невзлюбила. Кроме того, она искусственно разделяла учеников на три группы: дети работников Посольства, Торгпредства и Синего дома (Аппарата главного военного советника) и соответственно к ним относилась. В самом невыгодном положении оказались дети военных. Тогда я снова пошёл к директору, который однажды ездил с нами в командировку и знал меня лично. Я обрисовал ему ситуацию со средней дочерью, и он сразу понял, о ком идёт речь, хотя я не называл фамилии. В конце я рассказал про разделение учеников на три неравноправные группы и прямо спросил:

— В вашей школе что, кастовость?

Через несколько дней, когда я забирал среднюю дочь домой, ко мне подошла её учительница и горестно сказала:

— Что же вы сначала не поговорили со мной?

С тех пор она оставила нашу дочь в покое.