100 дней с собой: День 60. Делю ли я людей на достойных и недостойных?

День 60/100: Судья или человек

В каждом из нас живут свои внутренние судьи, адвокаты и прокуроры. Они просыпаются, когда мы видим чью-то глупость, слабость, ошибку или преступление, и мгновенно выносят вердикт:

"Этот достоин помощи. Он пытается. А этот – нет. Он сам виноват."

"Этому можно дать второй шанс. Он искренне раскаялся. А этому – нет. Такие не меняются."

"Этот заслуживает сострадания. У него горе. А этот симулирует и жалеет себя."

Я знаю, что "правильный" ответ – никого не делить, все люди заслуживают любви и принятия по умолчанию. Я знаю все эти красивые слова про безусловную ценность каждой личности. Но мы живем не в правильном мире, а в жестокой реальности, хотя опять же у каждого тут свои границы.

В моёй реальности есть люди, которые систематически разрушают себя и других. Которые просят помощи, но делают вид, что это не всерьёз. Которые воруют доверие, а потом смеются тебе в лицо. Которые используют твоё сострадание как топливо для своей манипуляции.

Я не могу быть святым и раздавать бесконечные кредиты доверия тем, кто их сжигает на моих глазах поэтому я делю, но вот что важно: я стараюсь делить не людей, а их действия.

Я не говорю "ты плохой человек, ты недостоин". Я говорю: "Твои действия сейчас показывают, что ты не готов к помощи / не уважаешь мои границы / не ценишь второй шанс".

Это тонкое различие (или отмазка), но оно спасает (или оправдывает) меня от высокомерия. Я не бог. Я не знаю всей истории человека. Может быть, за его поступками стоит травма или отчаяние, о которых я не догадываюсь. 

За 23 года жизни я ни разу не видел человека с нимбом и арфой или с рогами и вилами, это значит, что нет только плохих и только хороших. Иногда, давая человеку второй шанс или протягивая руку, я тоже ошибаюсь, поэтому, чтобы быть до конца честным с собой и другими, у меня есть несколько принципов.

1. Право на ошибку даю почти всем, но один раз

Я не идеален. Ты не идеален. Мы все косячим. Первый раз – это не тест. Человек может оступиться. Я даю шанс объяснить, исправить, извиниться.

2. Второй шанс – это не обязательное право, а привилегия

Если человек повторил ту же ошибку, которая причинила боль мне или другим, второй шанс уже не обязанность. Это мой выбор, и я выбираю редко, не потому что я жестокий, а потому что у меня нет ресурса бесконечно подставлять другую щеку, пока меня бьют.

3. Сострадание является безусловным, но помощь нет

Я могу сочувствовать человеку, который разрушил свою жизнь алкоголем. Действительно сочувствовать. Но помогать ему деньгами, если он не лечится и не собирается, не буду, потому что это не помощь, это софинансирование самоубийства.

4. Недостойных в моей голове не становится меньше, только больше

И это пугает. Чем старше я становлюсь, тем быстрее мой внутренний судья берётся за молоток и выносит обвинительные вердикты. Я замечаю, как легко ставлю клеймо на тех, кто не соответствует моим критериям. "Ну ты же сам виноват", "не ной", "ты не стараешься". Может, дело в людях, может, во мне. 

Есть некая боязнь, что я становлюсь жестоким и черствым, чего мне бы очень не хотелось. Я хочу помогать тем, кто использует помощь. Я хочу защищать свои границы от тех, кто их топчет. Я хочу верить во второй шанс для тех, кто действительно хочет измениться.

А как вы смотрите на эти понятия?

– Может, у вас вообще нет такого понятия "недостойный" или вы жёстко фильтруете, кому помогаете, а кого посылаете?

– Бывало, что вы отказывали человеку в помощи, а потом мучились чувством вины или, наоборот, помогали недостойному и жалели?