Ода Кёнигсбергу [RU]

Дождь! Глухие удары шагов,
От кожи подошвы моих сапогов!
В тумане и тьме тропы вдоль Преголи,
Услышал града тени я зов!

Мужчина. Камзол, треуголка.
Взгляд умных глаз уж очень был колкий.
Спросил меня, дух Калининграда,
О морали, душе, и звездопадах.

"Может ли наша душа быть чиста,
Если поступки не развернуть нам,
Может ли к нам судьба быть добра,
Если мораль рвётся по швам?

Есть человек, и он выше всего,
Но словно в янтаре разум его!
И выбраться чтоб, быть должен готов,
Ощутить свои поступки в сотнях миров!

Но ежели ты поступаешь не так,
Как сам хотел, чтоб поступали,
С тобой, то ты, дружище, дурак!
Эх если бы это все понимали..."

Мы с тенью Канта посредь Кнайпхофа встали.
"Эх, если б люди свой дух изучали.
Ведь есть во вселенной немало миров,
Не только вокруг, но внутри наших голов!"

"И правда! Мы нашего духа словно алтарь!
И каждый из людей неогранённый янтарь!
Нет ценности больше, чем думать и жить,
На брегах балтийских шить разума нить!"

Как только я понял - так исчез града Дух,
Великий философ, о ком ходит слух.
То Кант лично был, иль тень Калининграда,
Где в сплаве культур рождается правда?

Прусские боги, немецкий фундамент,
Российской Империи семилетний орнамент,
Разные миры, культуры и мысли,
Построили город, где в улицах смысл,

Таится в кирпичных домах и в брусчатке,
Где Дух Философии на каждой площадке,
Где ценность ума превыше всего,
Рождается разум, что зрит глубоко!

Таков этот город, янтаря, кирпичей...
Излучает культуру где даже свет фонарей!
И в каждом из нас: и моряк, и философ,
Под гул балтийских штормов и вопросов.