История про историю

Это случилось очень давно. Я была ещё замужем, и у нас с мужем умер кот. Прошло время, мы взяли другого кота, взрослого, из приюта.

В приют кот попал с улицы, поэтому ему вписали то имя, которое смогли. По документам животину звали Савелий, но на это имя он, ясное дело, не откликался.

Изначально мы пробовали разные варианты имён – окликали кота по-всякому, но он не реагировал. В итоге забили. Ну Савелий и Савелий. То что имя ему пофиг – ну бывает, что ж теперь.

В общем, смирились и начали жить.

Прошло время, и тут в гости заглянул Бойцовый кот Мурз. А я его, как правило, называла Мурзик.

И вот сидим, трындим. Я весь вечер – Мурзик-Мурзик, Мурзик-Мурзик…

Мурз уехал. Я на диване с ноутом, пишу проду. Кот рядом, спит в полнейшей отключке. А тогда ещё муж ушёл на кухню, и оттуда как крикнет:

- Мурзик! Мурзик! Кыс-кыс-кыс!

И кот вскочил. Стоит, башкой вертит, глаза бешеные, и в этих глазах крик: я? Это же я! Меня позвали!

Это была феерия. Эти глаза я вряд ли забуду.

Он действительно вспомнил, и с тех пор прекрасно откликался, а Савелием остался только в документах.

Так вот эта история очень созвучна тому, что случилось с новым романом.

Я сидела, никого не трогала. Ничто не предвещало. Тут Настя Любимка присылает мне технический текст…

Технический! Про ромфант! Я его читаю, а там фраза – «я тебя ненавижу». Все же в курсе, что ромфант самый добрый жанр, и подобные фразы там в порядке вещей?

То есть реально ничего нового. Вот вообще ничего.

А параллельно я общаюсь с классным человеком с созвучным именем. Испытываю к этому человеку максимально позитивные чувства.

То есть ничего не предвещает! Вообще! Но тут в моей голове совмещается технический текст, фрагмент имени, и вспыхивает фраза. И начинается, блин, кино.

Это тот случай, с которым хочется сходить к психиатру, но спасает то, что не я первая и не я последняя, у писателей такое бывает. Когда сидишь ровно, а в голове начинается какая-то самостоятельная жизнь.

Я честно отмахнулась.

Потом отмахнулась ещё раз.

Потом добрела до рабочего стола, написала на листке пару моментов истории.

А утром обнаружила себя за компом, потому что смотреть это кино просто так, не фиксируя, было невыносимо. С 9 утра и до 8 вечера я просто выписывала. Это было какое-то феерическое узнавание, причём не моё.

Я понятия не имею что получится из этой истории в моём изложении. Я вообще не знаю состоится она как некий литературный продукт или нет. Но элемент узнавания получился колоссальный. Я до сих пор в шоке.

(Можно продолжить про детали этого узнавания, но тут уже включается личная цензура. Возможно когда-нибудь, если сложится, всю эту подцензурную творческую штуку и расскажу))