Совершенно внезапно для себя загорелся над идеей книги.

Ну вот... Развитие моего горения концептом и я решил выложить сразу пролог. Очень надеюсь, что вам пролог про Гектора понравится. Да он как и главный герой пока немного наивен, но... Уже в самом прологе видно как главный герой в конце берет таки яйца в кулак и готов по настоящему идти в новую жизнь. Первый шажок на пути становления Моего Гектора. Немного излишне благородного, но в век героев, когда конкретные личности действительно решали он сможет стать настоящим маяком нравственности среди остальных греков и даже родичей... 

Пролог. (Черновик)

Все мы задаемся вопросами, что нас ждет после смерти. Пожалуй, я не исключение… Часто думал об этом и боялся. Кто бы мог подумать, что моя жизнь окончится так внезапно. А ведь я был всего лишь подростком. Только начинал жить, пробовал новые отношения и как в каком-то дешевом аниме меня сбил грузовик. Просто у камаза лопнула шина и его увело прямо в остановку, где на тот момент был только я. Всего шестнадцать лет… Родители хорошо заботились о моем образовании и воспитании. Я же, тогда как и многие другие подростки из хорошей и благополучной семьи увлекался разными интересными историями. Мои друзья читали Азимова, Стругацких и многих других. Я же увлекался античностью и древними мифами. Временами, когда боги ходили среди людей, творили чудеса. Да ради своих личных и эгоистичных целей, но… Все же. О я действительно любил древнюю Грецию. Это было немного странно. Последней работой, которую я читал была Илиада. Может стоило начать сразу с Одиссеи, но мне он не нравился. Хитро…умный слишком. Впрочем, Троянская война меня увлекла. Боги, что пришли за одобрением к смертному. То, как потом Парис украл Елену из Спарты, обнеся при этом их казну чтобы заслужить благосклонность троянцев. 

Вообще, чем больше я читал, тем сильнее убеждался в некоей ключевой мысли. Какие же все они сволочи… И Парис, который украл чужую жену и казну, причем приехал со всем этим не куда-нибудь, а именно в Трою, подводя ее под удар всех Ахейцев. И Агамемнон, который давно уже хотел расширить свои земли и завоевать кого-нибудь и в итоге принес в жертву свою дочь чтобы вымолить прощение у Артемиды, за то, что сам же великовозрастный дебил охотился на ее священную лань. Перечислять все прегрешения греков можно долго… И, пожалуй, я во многом, как и сам Гомер симпатизировал троянцам. И самым из них лучшим мне казался Гектор. Пока остальные предавались праздности на отнятые сокровища царя Спарты, он занимался тренировкой ополчения, а затем сражался за Трою. Парис вот в битвах так не отличился и вообще больше работал именно луком, а не выходил на разы. Да и тот факт, что Гектор все же вышел против Ахиллеса, хотя того описывают просто как натуральное чудовище в бою многого стоит. И нет я не осуждаю его за то, что он побежал. Я бы тоже побежал если бы за мной бежал натуральный монстр из детских сказок, способный в одиночку выйти против армии. Но даже после того, как его обманула Афина он дал Ахиллу бой. А в некоторых трактовках даже умудрился его ранить. 

Одним словом, если кто и вызывает симпатию, то это славный Гектор… А в итоге охреневший от горя и ненависти за убийство своего побратима и похоже любовника Ахилл измывался над его телом очень долго. Долбаные греки… Вот почему у них так много всякой гомосятины и прочих половых девиаций? То просто неверность, то рабынь захватывают и делают с ними разное, то воины мужики между собой… Мерзость, одним словом. И на фоне того же Гектора, хранившего верность своей жене Андромахе и искренне любящего сына все эти козлы выглядят теми, кем и являются. При чем тут мои странные разглагольствования? Все просто. Сейчас меня уже совсем маленького поднимают над головой, и говорящие на не понятном мне языке люди кричат Гектор… И судя по тому, что бородатого мужика, который поднимает меня перед толпой как Симбу в короле льве называют Приам, жизнь после смерти есть. И моя похоже уже предрешена… Во всяком случае я так думал. 

Но как оказалось судьба ломается не перед теми, кто всеми силами пытается ее сломать или изменить. Судьба меняется перед тем, кто сам готов изменится. По-настоящему изменится, а не из корысти. Я хорошо помнил эпос. Помнил, как боги очень сильно вмешивались в дела смертных и насколько они могущественны. А так как за четыре года, что я рос вокруг не было ни единого намека на некоего Париса, пока катастрофа еще не случилась. Да и странно если бы она так быстро пришла. Все же Гектор был уже могучим воином, когда приплыли Греки. Да и сам Парис появился незадолго до того, как отправится за Еленой. И именно эти события я решил воспринимать эдакой точкой невозврата. А еще я начал готовится. С самого детства и чуть ли не сразу после того, как начал ходить стал проявлять интерес к оружию. Но в первую очередь к щиту. Отец тогда еще был не стар и иногда тренировался. Я же всегда старался подать ему еще слишком тяжелый для меня щит. 

За эту детскую искренность и странную молчаливость отец меня любил больше, чем остальных братьев. Их у меня было аж около десятка… Да и сестер не сильно меньше. Приам в целом любил женщин и не сдерживался в их отношении. Я же учился. Учился, так много как только мог будучи ребенком. И я знал какого бога выберу себе в покровители. Благо мои внутренние качества полностью соответствуют. Да и я был готов не только возносить хвалу и молитвы, но и понимал нужную мне богиню сильнее чем те, кто живут сейчас. Я выбрал своей покровительницей Афину Палладу. Да я помню, что Парис настроит ее против Трои, но… Афина не та богиня, которая склонна передумывать или внезапно начинать ненавидеть и своего верного последователя. Да и я знал, что она богиня не только справедливой войны, но и мудрости. По легендам она дала людям плуг, и я знал какой дар сможет ей прийтись по сердцу. Не только молитвы и славные подвиги во имя нее. В дополнение к плугу, я создам хомут для лошадей, чтобы возделывать землю еще лучше. 

Как не странно, но на дворе бронзовый век, а это очень дрянное оружие и снаряжение из меди и бронзы. Точнее я знал, как делается эта самая бронза. Надо было сплавлять медь и олово. И насколько я помнил уже когда глубже изучал катастрофу бронзового века, именно тот факт, что в Греции начало кончаться олово привел к тому, что все эти охреневшие греки отправились грабить всех, до кого могли дотянуться. Просто Троя была наиболее ярким фактором. Ну а так как наш трудовик Семен Никифорович учил нас не только собирать скворечники, но и в целом как настоящий Советский Трудовик знал, как работать руками, он научил меня работать с инструментами и усидчивости. Потому даже в новой жизни и имея далеко не все инструменты, я мог создать хомут. И даже украсил его совсем мягким золотом, которое можно было аккуратно при помощи достаточно качественного бронзового ножа и молотка превратить в подобие лаврового венка на первом хомуте. 

Просто смять неровные самородки в единую массу при небольшом нагреве. Получить единый кусок, который уже при помощи ручного труда вытянуть в эдакую колбасу, а ее уже аккуратно сплющить по краям уже готового деревянного хомута и ножом сделать красивые зазубрины имитирующие листья на лавровом венке. Когда я закончил украшать и наводить марафет, готовя полноценное подношение богине, к которой не хотел приходить без достойного дара все было наконец закончено. Было мне уже шесть к тому моменту. И нет это не была просто попытка подлизаться к той, кто в будущем должна будет меня погубить, хотя и это тоже. На самом деле из всех богов мне Афина нравилась едва ли не больше всех. На втором месте был Аид. Он вообще на фоне всего остального олимпа хоть и хмурый, но работящий мужик. Да и мне как троянскому царевичу и одному из принцев рано или поздно придется воевать. Потому лучше уж мне покровительство будет оказывать не маньяк Арес, а его более мудрая и толковая сестра. Да и я тоже парень работящий и желающий помочь в развитии своему народу. Потому моим даром будет не попсовый кинжал или другое оружие, что обычно подносят Афине, а хомут для лошади который позволит возделывать поля куда лучше. 

И вот наконец я, будучи простым ребенком вхожу в храм Афины, в сопровождении пары слуг, которые должны следить за мной и моим поведением и подхожу к алтарю. Если честно немного нервно. Вот серьезно. Чувствуется здесь… Какое-то присутствие. Пока что давящее, но надеюсь, она примет мой дар. Боги в любом случае сейчас на пике сил и без благословения той, кто должна будет меня погубить руками Ахиллеса мне можно даже не рассчитывать, что я выживу. Все же… Я уже шесть лет здесь и пока от троянцев видел только добро. Мой отец был справедливым и любимым правителем. И мне как одному из первых сыновей и, пожалуй, первому от официальной жены благоволили. Я не мог их бросить, да и не хотел… Знаю, что это глупо и, наверное, мне бы стоило беспокоится именно о своей шкуре, но я не хотел быть гнилым человеком. Троя могла устоять не раз и не два. И если я смогу убедить Ахилла уйти с войны после того, как его оскорбит Агамемнон… Я выживу, и Троя выстоит. И все же меня одолевал мандраж. Но вот я с глубоким вдохом подхожу к алтарю под бдительным взглядом жрицы. 

- Приветствую тебя славная Афина. Я Гектор, сын Приама, царя Трои. Мои братья и сестры уже выбрали себе покровителей, но я два года готовился к этому дню. Моим даром будет не золото, не украшения или оружие. Не то, что ты привыкла видеть в своих храмах. Я предлагаю тебе свой труд и работу. – Повинуясь моему жесту слуги подносят хомут к алтарю. – Это хомут для лошади. Ты подарила людям плуг, чтобы мы могли возделывать землю. Но сейчас упряжь слишком пережимает шею коням, а волы слишком медленно работают. С этим хомутом кожаные ремни больше не будут зажимать лошади шею, и она сможет возделывать куда больше земли. А это еще больше урожая и сытых людей. Когда-то ты подарила людям оливу, я же с благодарностью за весь тот хлеб, который мой народ получил при помощи твоего плуга подношу тебе первый хомут, который сделает твой дар еще лучше. – Жрица подошла и окинула взглядом украшенный хоть и относительно примитивным, но золотым украшением хомут. 

- Это… Необычный дар молодой царевич. Но боюсь он не понравится моей госпоже. – Но тут пламя в жаровне вспыхнуло ярче, а ощущение внимания усилилось. Будто кто-то посмотрел прямо на меня. Жрица резко сделала шаг назад и тоже повернулась к огню, будто в его всполохах пыталась разглядеть волю богини. Я же замер. Да уж… Одно дело видеть такое в фильмах, но ощущать в живую внимание того, кто способен уничтожить весь твой род… Страшно. Вдруг раздался тихий голос. Он не был подобен грому, но уверен все мы четко его услышали. 

- Чего же ты желаешь за этот дар дитя? О чем просишь? – Сглатываю и вглядываюсь в яркое пламя. 

- Я… Лишь хочу показать, что свою жизнь теперь связываю с тобой о Прекрасная Афина. Сейчас я понимаю, что мой дар скромен, но он от чистого сердца, сделан моими руками и является лишь доказательством, что я именно тебя вижу своей богиней и тебе подношу свои свершения, творения ума и грядущие победы… - Внимание стало чуть мягче. Будто богине пришлись по вкусу мои слова. 

- Мне по сердцу твой дар. В нем есть мудрость и тревога за будущее. Я дарую тебе свое благословение Гектор. Ступай. – Снова делаю последний поклон и под немного ошарашенным взглядом жрицы на негнущихся ногах выхожу. 

Уже на улице вытер выступивший пот и присел на ступени храма. Да уж… Если это было просто внимание богини, боюсь себе даже представить, насколько она сильна в бою. Впрочем, в древних легендах она не раз спорила и с Аресом, и с Посейдоном и везде побеждала. Причем даже в конфликтах с братом Зевса. Так что она очень сильная богиня. Впрочем ладно. Я получил благословение и уже чувствую легкое жжение в теле, как от тренировок. Теперь я должен буду стать сильнее… Но это только начало. Ее благожелательное внимание нужно заслужить и только укрепить. И думаю, в будущем я еще организую одно или два «изобретения» чуть раньше времени. Все же Афина благоволит тем, кто бок о бок идет с мудростью. А новые и очень важные изобретения как показала практика ей нравятся. Ну и пренебрегать боевыми действиями тоже нельзя. Да и я всегда буду называть ее прекрасной. Чисто на всякий случай… Женщины это любят, а после того, как Парис выберет Афродиту ради Елены, очень надеюсь, что Афина хотя бы не предаст своего самого верного и любимого последователя. А именно таковым я в будущем собираюсь стать. Но сначала нужно вырасти. 

Последующие два года я провел в тренировках. Мне было уже восемь и как я предсказывал, благословение Афины, много мяса с овощами и крупами, а также тренировки сделали меня очень сильным ребенком. Во всяком случае даже более старших братьев от наложниц я превосходил как ростом, так и силой. Да уж… Вот как выглядит античный допинг. Впрочем, я очень старался быть мудрым. Запоминал кто, как и с кем говорит, кто чей родственник и у кого к кому претензии или вопросы. При этом сам неоднократно примирял детей вокруг и вообще, как наиболее мудрый и получивший благословение Афины считался среди благородной детворы эдаким лидером. Да и в целом после того, как богиня лично явила свою волю, а слуги еще неделю ходили пришибленные, меня при дворе начали уважать и любить еще больше. 

Единственная, кто выражала легкую печаль касательно моего положения и новых обстоятельств была Гекуба. Моя новая мать. Она неоднократно сетовала, что я слишком быстро расту и совсем не успел побыть простым ребенком. Но за мой ум и то каким красавцем мужчиной я расту, она также испытывала и гордость. Вообще… Меня трудно назвать прямо уж гением или еще кем таким. Я просто понимаю, что меня ждет и вооружен в первую очередь пониманием кто есть кто вокруг. К сожалению, я не успел в прошлой жизни прожить долго, но… Родители хорошо меня воспитали. Я знаю, что такое благодарность и верность. А потому не смогу покинуть Трою. Меня здесь любят и растили с заботой. Я должен за это отплатить. Приам тоже мной гордился и ценил больше остальных сыновей, за что как раз они меня не слишком то любили, но уважали. Смешно такое слышать в адрес восьмилетнего пацана, но благословение богини — это не шутка. Вот ни разу не шутка. И прикрываясь им я мог показывать свои знания и понимание мира чуть глубже чем от меня ожидали. Да и… Если быть откровенным у слуг вообще нет выбора. 

Они, итак, чуть ли не собственность, но так как мой отец действительно благородный правитель, они своим положением даже довольны. Считают его… Полностью правильным. А ведь действительно. Тут даже не дремучее средневековье, а глубокая античность. Причем даже еще древнее. До сих пор очень много, где родоплеменной строй. А потому служить настоящему царю для простых людей кратно лучше, чем возделывать землю где-то в неведомых далях и постоянно страдать от нападений других племен или разбойников. Я же в свои восемь уже выглядел на все десять. Единственное, мне постоянно хотелось есть… Да и тело очень ныло. Впрочем, я себя более-менее контролировал, да и вино пил очень редко. Оно по большей части вообще было почти уксусным. Ну не умеют пока делать действительно хорошие и вкусные вина. Потому я больше перебивался всякими виноградными морсами и простой водой из чистых ручьев, которые уже были проверены поколениями других Троянцев. 

А через еще два года случилась первая охота… И меня на нее даже позвали. Я был уже вполне себе крепким юношей и мне впервые вообще показали, как выглядят нормальные доспехи. Мой отец на колеснице ехал по равнине, а на него из леса опытные охотники выгоняли дичь. Сам же Приам мог как бросить копье, так и из лука подстрелить искомую цель. И меня в этот раз тоже взяли на колесницу. Я должен был подавать отцу копья. Опыт это конечно был… Специфичный, но после того, как я поучаствовал в первой охоте меня сразу загребли в армию. Ну если можно так сказать. Нет, разумеется, меня тренировали еще с детства, хоть и не особо сильно. Да и то скорее в формате эдакой игры, но все же я понимал и с какой стороны держать меч и как отводить самые простые удары щитом. О щит был довольно важной частью военного облачения. Самой важной как мне казалось. Все же доспехов было мало и откровенно не самого лучшего качества. Чаще всего медные или бронзовые. Но бронза была редкостью… Да и использовали ее больше для оружия. Медь мягкий металл, а в сочетании с оловом хоть и прочнее, но не критично. Тем не менее это была хоть какая-то защита тела. Да и когда обычные разбойники чаще всего вообще с деревянными инструментами или вообще дубинками с почти голым телом ходят, даже такая броня считается хорошей. 

Но я уже сейчас понимал, как улучшить это снаряжение. Да и не только его. Вокруг, к сожалению, бронзовый век, но я увлекался античной культурой. Да и про древний Рим тоже знал не мало. Вся эта тема мне была довольно… Близка. А потому я приблизительно понимал, как можно создать хорошую броню из бронзы. Просто нужно понять как местные мастера с ней работают. А в идеале вообще поучаствовать. Да для царевича не самое достойное занятие, но мне никто мешать не стал. И боги как же это было трудно… Для этого использовали ямные печи с древесным углем. Для нагнетания жара использовали кожаные мехи, а сам расплавленный состав заливали в каменные или глиняные формы. 

Когда я пришел к одному из троянских мастеров, он на меня так посмотрел, будто я вообще не понятно, что там делаю. Впрочем, перечить не стал и показал, как именно выглядит работа. Конкретно этот мастер смешивал медные слитки с оловом в соотношении девять частей меди и одна часть олова. Затем он погрузил все это в толстостенный керамический горшок-тигль и отправил в печь. Ну а чтобы поднять температуру горения угля нагнетал воздух с помощью ножных кожаных мехов через какую-то странную трубку. Затем, когда металл становился жидким мастер достал его с помощью специальных клещей. Было очень некомфортно работать, но я цепко следил за процессом. В итоге мастер показал мне сразу два способа изготовления материалов из бронзы. 

Первый открытым литьем. Он использовал форму из камня, в которую залил металл и получилась основа для топора. А затем оставшуюся бронзу использовал для того, чтобы залить уже две специальные формы для наконечника копья. Две составные части формы из глины плотно связывались друг с другом, а после остывания он раскрыл форму и начал полноценную ковкую удалял литники, эдакие излишки застывшего металла и подвергал холодной ковке. Так бронза становилась плотнее, а само копье становилось более прочным и острым. В итоге я очень сильно загрузился и в свободное от военных тренировок время думал. Причем очень серьезно. Олово довольно редко встречается, и позволить себе бронзу могли только аристократы и те, у кого много влияния. Но именно из бронзы в этот век можно было сделать лучшие доспехи и оружие… По некоторым оговоркам я смог понять, что железо здесь обрабатывать еще не умели. Точнее не так. Его могли отлить в тех же тиглях, но вот добыть нормально из руды уже нет. 

Поэтому я решил собрать сыродутный горн. Именно железная руда была куда доступнее и у нас недалеко от Трои ее могли добыть. Просто она была не нужна. Я же в течении пары месяцев смог собрать сыродутную печь и упросил того самого мастера, который показывал мне как ковать бронзу опробовать «мое» изобретение. Да ее создадут чуть позже, но технически, как и с хомутом для лошади такое моли бы сделать и в бронзовом веке. Собственно основные истории про Грецию, например с персами и Фермопилами это вообще железный, а не бронзовый век. А это относительно небольшая по историческим меркам разница во времени. Да и вообще с нынешними ресурсами прогрессорством заниматься тяжело. И, к сожалению, я знаю не настолько много. Тот же мастер, на мои идеи про создание оружия и брони из железа только качал головой. Ему то доводилось пробовать что из себя представляют изделия из железа. И, к сожалению, бронза почти во всем была лучше. 

Она прочнее, устойчивее к повреждениям, лучше переносит время и коррозию… Короче бронза объективно лучше железа. Но у него было ровно одно преимущество, которого не было у бронзы. Железо было куда доступнее. И я решил реализовать свой план. Во-первых, посвятил Афине новое «изобретение», которое мастер уже испытал, и мы действительно смогли получить хоть и хреновое и требующее обработки, но железо. В итоге мою задумку быстро приняли в обиход и начали добывать железную руду. Богиня после очередного подношения была еще более благодушна и теперь следила за мной чуть внимательнее. Во всяком случае, когда я оставался наедине с собой и снова думал, как бы и что сообразить, периодически чувствовал внимание. Ну и специально чтобы отвести внимание и доказать, что у моих мыслей есть хоть какая-то база, я иногда чертил графики и разные другие полезные вещи. Как те же ровные кирпичи, устройство сыродутной печи, которое меня просил нарисовать Приам, а затем я облегчил хозяйство, когда при помощи кузнеца сделал архимедов винт. О последнее изобретение, также принадлежащее к древнему миру, вообще заставило отца чуть ли не собственную бороду жевать. 

Как оказалось сейчас с добычей меди и олова уже есть некоторые проблемы. И они еще и усугубляются тем, что добыча в шахтах может вестись только до тех пор, пока ее не затопят грунтовые воды. Мое же изобретение могло эту воду из шахты откачать и таким нехитрым образом можно было оживить те немногие месторождения на территории Трои, которые уже были заброшены из-за затопления. А ведь я делал винт только чтобы облегчить быт для женщин. Чтобы из колодцев и водоемов было проще эту самую воду получить. В итоге отец гордо нарек меня Халкевсом, что можно было трактовать как мастера по меди и бронзе и чуть ли не убежал с отнятым у женщин винтом к мастерам… Вообще, как я понял гениев пока еще не было, и такого слова еще не знали. А вот мастера были. Собственно мастером отец меня и назвал. Я же еще минут десять пытался прийти в себя и не понимал, а что это черт возьми только что было… Впрочем очередное изобретение в копилку и вновь после изготовления нового винта, взамен отнятого отцом, я преподнёс его в жертву Афине. 

И в этот раз богиня снова почтила меня своим вниманием. Жрица в этот раз встретила меня уже с неким фатализмом и скользнула взглядом по очередной громоздкой штуке уже почти без интереса. С учетом того, что среди даров все еще лежал первый хомут, который мой отец уже тоже распространил по своим землям и сложенная в условной миниатюре сыромятная печь, довольно крупный винт для воды уже не вызывал бурной реакции. А вот с самой Афиной было… Сложно. Она, конечно, была рада «моему» острому уму, и в целом очень хвалила, но одновременно иронизировала на тему того, что я куда больше похож на служителя Гефеста чем на ее. И хоть она очень рада, что именно ей я посвящаю все свои труды, ключевые ее аспекты как воительницы я обхожу стороной. Потому Афина выразила пожелание, чтобы я наконец начал, как и обещал посвящать ей именно победы и приносить дары как воин, а не только изобретатель. И хоть это было на удивление мягким и даже почти ласковым пожеланием, я не обманывался. Она частично недовольна и мне надо уже быстрее отправится в первый рейд против разбойников. 

Да я пока излишне юн, но тело то у меня уже более развитое чем у других детей, и я в тренировочных поединках относительно легко одолеваю даже пятнадцатилетних подростков. Юношей, которые уже вполне себе могут считаться молодыми воинами. И уже на следующий день я попросил отца взять меня в «рейд» против разбойников. Тем более, что и земля у нас неспокойная. Пролив Дарданелл и в целом почти прибрежное положение, в сочетании с довольно агрессивной натурой любых пришлых и не очень постоянно приводили к нападениям грабителей или даже простых угонов скота племенами что жили в глубине территории. Так что уже через пару недель очередной случай подвернулся. 

Недалеко от Тимбра, относительно небольшого, но важного городка, с храмом Аполлона, находящегося совсем близко к Трое, случилось очередное нападение на скот. Скорее всего это опять были горцы из Кибрены, еще одного малого полиса, который долгие годы уже пытается бороться с Александрией Троадой, а мой отец просто оставляет ситуацию. Впрочем, посол из Александрии уже выказал желание заключить настоящий союз с Троей и похоже Приам таки поможет ему додавить горцев в ходе небольшой победоносной войны. Может отец просто ждал, пока, итак, страдающие от набегов «пиратов-Ахейцев» Александрийцы решат-таки принести ему богатые дары в обмен на союз и помощь в подавлении пары малых племен неподалеку. Не знаю… Передо мной никто не отчитывается, да и я пока даже не военачальник еще. Просто молодой, хоть и знатный воин. Вообще Троя достаточно могущественна чтобы победить все окрестные племена и царей, но отец старается с ними наоборот поддерживать хорошие отношения и больше торговать. Я же просил отца дарить мне не золото и украшения, на которые в будущем буду строить свой дом, а именно бронзу.

Она всегда в цене, и может стать залогом оружия и брони. Как моих собственных, так и моих будущих приближенных, которых я уже начал потихоньку набирать из таких же молодых воинов, как и я. Можно сказать собирал костяк. Тем не менее, дело шло и вот мы уже быстро заключаем союз с Александрией Троадой и идем не просто наказывать за набег, а именно присоединять к себе земли Кибрены. Точнее делить их с Александрийцами. А это значит, что будет не только победа и сам захват земель, но и взятие разнообразных трофеев и рабов. И да, это, к сожалению, все тоже будет… Для меня в некотором роде юноши, который застал комсомол и тему мира труда и Мая вся эта тема с рабовладением была… Если не отвратительна, то, мягко говоря, непривычна. Да и хоть я в свои 12 выгляжу на все пятнадцать не означало что мне нравится проливать кровь. Впрочем, в первый мой бой отец был рядом. Мне одели красивый бронзовый панцирь, который мне правда был пока велик, наручи и поножи. В руки дали копье и щит. Ну а когда на нас напали защитники поселения, которое не было даже обнесено стеной все было предрешено. 

И… Первый бой был страшен. Да вокруг костяка из обученных пятнадцатилетних или около того юношей был строй уже взрослых мужчин лет двадцати пяти, которые нас прикрывали, но это было именно наше испытание. А я как сын царя, который уже прошел обучение и был благословлен самой Афиной был вынужден вести их всех в бой. Да меня учили, да тренировали, но, когда на тебя несется бородатый побагровевший «грабитель» с дубиной, в первый раз действительно страшно. Но отработанное движение подготовило метательное копье…

- По моей команде, защитники Трои! - Чуть побледневшие, но бодрые подростки тоже берут метательные копья наизготовку. Но вот Кибренцы подходят на дистанцию уверенного поражения броском. – Бросай! – и сам тоже бросаю свое метательное копье. С небольшой задержкой в долю секунды от моего крика срывается еще несколько десятков копий. 

Они влетают в первые ряды не соблюдающих строя воинов и собирают кровавую жатву. Несколько десятков бойцов истекая кровью падают на землю, но через них перепрыгивают другие. Впрочем, их было не так уж и много. И взяв пример со старших товарищей я поднимаю щит. А вот остальные ребята немного замешкались. Пришлось снова «брать командование» среди молодежи на себя. 

- Щиты сомкнуть! – От повелительного окрика, привыкшие к подчинению бойцы все же собираются, и мы сцепляемся строевыми щитами. Да они не особо прочные, но первый удар выдержат. – Мечи наизготовку! – И воины, чуть пригибаясь и становясь в устойчивую позицию берут готовят мечи. Удар Кибренцев был мощным. Меня аж на целых полметра отодвинуло, но удар дубины не пробил щит, хоть и отозвался болью в руке. – Коли! – И первым бью навстречу.

Бронзовый меч, не встречая сопротивления, так как брони кроме одежды на бойце просто не было распарывает его живот. Изначально это должен был быть укол, но и он стоял не ровно, потому вместо того, чтобы пронзить я разрезал его живот и часть бока. Воин сразу захрипел и начал падать, а я бью ему по шее. Оттуда брызнула кровь, от которой я отшатнулся, но я, наверное, зря это сделал. Сразу по руке прилетел удар какого-то топора, но бронзовый наруч выдержал, и я сразу снова прячусь за щитом. Как же страшно… Я же не пес войны, и в прошлой жизни только один раз дрался с парнями за гаражами. А тут и кишки вываливаются и крики, и звуки столкновения камней и металла. Но когда очередной удар уже дубиной попал мне по щиту и больно отозвался в руке, я снова ударил в ответ. Ну а затем… Все просто превратилось в эдакий конвейер. Я старался держать щит и не сильно отступать от давления более взрослых мужиков и периодически бил в «открывшиеся» места. 

Я рубил и колол. Пот застилал глаза, а рубка шла по ощущениям уже несколько часов, но тел становилось больше, а в один из моментов и вовсе Кибренцы начали откатываться и убегать. Как оказалось держались только те, кто атаковал нас. Подростков. Остальных более матерые воины уже покрошили. Просто стояли рядом и смотрели как мы покажем себя. Готовые если что окружить врагов и поддержать нас. Но несмотря на юность, благодаря тренировкам и плечу товарища мы достойно сдержали и натиск, и рубку. Кибренцы бежали… Я чуть осмотрелся и видел, как на меня смотрит отец. Он выжидал и проверял мою реакцию. Что я буду делать дальше и буду ли вообще лидером. И моя заминка едва не привела к тому, что он сам взял управление. Нет… Я будущий защитник Трои и должен уметь воевать. Да мне всего двенадцать, но мне нужна репутация. Сглатываю и поднимаю меч над головой. 

- Вперед Троянцы, враг разбит! – И срываюсь первым. А спустя секунду меня поддерживает одобрительный рев молодых парней и даже матерых воинов, которые срываются за мной. Я был тренирован лучше и хоть у них была фора, бегать нас учили, а потому первого Кибренца я догнал уже почти возле домов их поселка. 

Рублю по спине, и взрослый мужик заваливается вперед. Я же колю уже лежащее тело, добивая его. Мимо меня пробегают еще двое бойцов в троянских цветах и один сшибает щитом очередного Кибренца, а второй рубит падающее тело. Сам тоже бегу вперед и вижу… Натуральный кошмар. Троянцы и Александрийцы врывались в дома, рубили мужчин, выволакивали кричащих и плачущих женщин за волосы и конечности. Некоторых даже рубили. Детей вытаскивали также и, если мальчики пытались напасть на троянцев их тоже убивали. Я же несколько секунд снова просто стоял посреди этого хаоса и с круглыми глазами смотрел на чинимую резню. Вдруг на меня сбоку нападает для разнообразия мужик, уже одетый в какую никакую броню и с полноценным бронзовым мечом. И вот это был уже опытный воин. Первый удар я отвел щитом и сразу атаковал в ответ, но он ударил своим мне по голове. Звон и сила удара дезориентировали меня, но вдруг… Я снова ощутил внимание. Тело будто наполнила сила, и я буквально ощущал, как нужно двигаться. От следующего рубящего удара я отпрыгнул назад. 

Разумеется, воин снова погнался за мной, а увлеченные грабежом и резней бойцы даже не замечали, как их молодого вождя щемят. Но я видел только врага. Следующий удар сверху увожу в сторону и рублю по руке, оставляя на броне зазубрину. Снова пытается ударить меня щитом по голове, но я резко отхожу в сторону и бью уже по ругой руке и подрубая ее в локте, не защищенном наручем. Воин вскрикивает и выпускает из ослабевшей руки щит. Сразу бью уколом в зазор между бронзовыми пластинами, но он отбивает мой удар мечом. И тут уже я пользуюсь преимуществом в наличии щита. Уже сам парирую его ответный удар и бью по нетвердо удерживаемому после парирования мечу своим, выбивая наконец его из рук. Но с диким ревом воин прыгает на меня и пытается повалить. И хоть он немного крупнее меня, я успеваю частично закрыться щитом. Он попытался добраться до моего горла, но я перехватываю меч и вонзаю ему прямо в горло. Оттуда сразу на меня брызжет кровь, и я сбрасываю умершего с себя. С ощутимой усталостью поднимаюсь, но внутри уже больше уверенности. Я их командир. Они пошли за мной, а значит должны слушать. Внимание становится более расфокусированным. Теперь дел за мной. 

- Стоять!!! – Мой крик, усиленный какой-то потусторонней силой, достигает каждого воина. И даже наиболее «занятые» грабежом и насилием замирают. – Посмотрите на себя! Вы благородные воины Трои, пришли присоединить эти земли к нам, но занимаетесь тем же что и сами Кибренцы. Выжженная земля не принесет плодов. – Воины вслушиваются в мои слова и медленно начинают стягиваться вокруг. – Это теперь и наши подданные. Перед лицом Афины, богини справедливой войны вы ведете себя хуже самых отверженных рабов Ареса! Я не лишаю вас доли трофеев славные воины, но уймите жажду крови и насилия. Сегодня мы несем им порядок, а не разбой и разорение. – И очевидно мои усиленные влиянием богини слова достигают вчера еще добродетельных юношей, которые искренне хотели защитить новых союзников. 

Зрелые же воины просто взяли себя в руки и стояли. Они так-то были не против тоже поучаствовать в резне, но все же уже восстановили дисциплину и смотрели на вошедшего в поселок Приама. Он тоже слышал мою скомканную, но искреннюю речь. Я же смотрел на него несколько секунд и наконец делаю поклон как нашему главному вождю. Окрестные деревни скорее всего уже взяты его воинами. Мы же прошли крещение в самом крупном поселке. Приам кивнул мне, показывая, что доволен как успехами и умением взять на себя ответственность, так и моей итоговой речью. Но мне в будущем все равно еще нужно будет над этим поработать. Первая победа… Мне всего двенадцать, но я уже заслужил стоять среди молодых воинов Трои. Внимание Афины ко мне по мере речи тоже становилось благожелательнее. Да… Я помню про их «любовь» с Аресом и не побоялся уколоть его перед богиней. Да и даже если бы он в этот момент смотрел на меня, скорее всего воспринял бы мои слова не как укол, а комплемент. Он любит, когда говорят о его кровожадности. Ладно… Хоть меня и тошнит, и возвращается слабость, похоже я смог показать себя достойно. А еще согласно законам, доспехи и оружие воина, которого я победил теперь мои. Они станут первым бронзовым кирпичиком моего будущего величия. Теперь я справлюсь. Пора окончательно сбивать с себя налет человека двадцать первого века. Я живу в жестокую эпоху и обязан быть жестким. Не настолько как окружающие, но… Я попытаюсь хотя бы частично привить своим будущим приближенным воинскую честь и доблесть. Мой путь будущего защитника Трои, начинается здесь…