Jim Butcher, Thoughts on Writing. Логика

Конфликт, логика, рассказчик, часть II.

Черт побери, Джим, я писатель, я не занимаюсь логистикой

Ещё один камень в фундаменте четкого текста – это тщательное соблюдение логики в реакциях персонажей. 

Помните, что одна из целей написания истории – это заставить её ожить в разуме ваших читателей. Чтобы добиться этого, важно излагать вещи четко и понятно. Вы должны создать для читателя ясный мысленный образ персонажей, объектов и локаций. 

(Мы углубимся в это чуть позже, когда будем говорить о персонажах)

Хотя создать яркие образы персонажей не слишком тяжело, ГОРАЗДО сложнее создать те же мысленные картинки, отображающие их действия. Ничто не выбивает вашего читателя из воображаемого мира быстрее, что когда он читает описание действия, затем моргает и думает: «Чего?». Как только ваш читатель останавливается, чтобы вернуться назад и разобраться в  неясностях в тексте, вы проиграли.

Лучший способ сохранить непрерывность потока повествования  - понимание логики реакций, или того, что мой учитель называла «взаимодействием стимула и реакции». (Это звучит внушительно, но они там работают в университете, где, если вы не используете множества тяжеловесных слов, вас просто не будут У-В-А-Ж-А-Т-Ь на кафедре).

На самом деле, суть довольно проста. Что-то случилось с вашим героем (стимул). Ваш герой реагирует на это (реакция). Ваш герой совершает некое действие (стимул). Что-то случается (реакция). 

И не валяйте дурака с последовательностью. Это только путает. Не ставьте реакцию перед стимулом. Например:

«Его кулак ударил меня (стимул). Мой подбородок взорвался вспышкой боли (стимул-реакция) и я упал на землю (реакция)».

Видите? Вот логический порядок, в котором все происходит: стимул-реакция, стимул-реакция. 

«Взаимодействие стимула и реакции» означает именно это. Сначала идет стимул, и каждый стимул вызывает одну реакцию.

Если вы перепутаете порядок, то же самое описание действия понять становится гораздо сложнее: 

«Я упал на землю, когда вспышка боли пронзила мой подбородок после того, как его кулак ударил меня».

Формально, никаких преступлений против грамматики в этом предложении не совершено, но оно неуклюжее, и читателю приходится прибегнуть к мысленной акробатике, чтобы понять, в каком порядке что происходит. На самом деле это не ТРУДНО – перевернуть последовательность с ног на голову, но для наведения логичного порядка требуется небольшое усилие.

Это усилие может показаться незначительным, но помните, что читатель должен за относительно небольшое время продраться сквозь сотни и тысячи ваших предложений. В результате, подобная маленькая ошибка может привести к следующим результатам. Во-первых, она может стать мысленной подножкой в вашей истории, которая заставит читателя споткнуться и выпасть из пространства текста. Во-вторых, множество мелких огрехов будут накапливаться. Это не то, на что большинство читателей осознанно обратит внимание в вашей работе – они просто будут знать, что текст не столь интересно читать, как  хотелось бы.

«Но, но, но! - обязательно подумает кто-нибудь. - Спилберг все время использует противоположный эффект! Он покажет крупных планом восемьдесят шесть героев (каждого отдельно), глазеющих на динозавра, прежде чем зритель увидит самого динозавра, что заставил их так глазеть!»

Ну, у Стивена есть преимущество. ОН  НЕ  ИСПОЛЬЗУЕТ  ПИСЬМЕННУЮ  РЕЧЬ. А вы – используете. Перестановка местами стимула и реакции в кино никого не путает, потому что мы не должны читать слова и превращать их в фильм в нашей голове. Фильм уже ЕСТЬ. Эти кадры в «Парке Юрского периода» работают, создают чувство напряженного ожидания, а не путаницы, именно ПОТОМУ, что зрители знают: реакция, которую они видят, должна быть вызвана стимулом - и гадают, что бы это могло быть. 

Кроме того. Вы – не Спилберг. Вы начинающий автор, который изучает свое ремесло. Так что если вы хотите, чтобы текст воспринимался гладко и давал вам все возможные преимущества, возведите правильное  взаимодействие стимула и реакции в религию. 

Оригинал: http://jimbutcher.livejournal.com/1262.html

Заметки переводчика:

Вот мы и дошли до основной причины, по которой мне глянулись статьи Батчера. В кои-то веки можно опереться на полученное мной образование. Стимул! Реакция! Дух академика Павлова, незримо парящий над текстом! Так отрадно видеть ссылки не на тонкости лингвистики и филологии, а на логику в работе человеческой психики. Здесь говорят на понятном мне языке!

Вообще, этот момент - соблюдение правильной последовательности стимула и реакции - кажется совершенно очевидным, но на практике следовать ему не так просто. Раз за разом ловишь себя на попытке сначала расписать весь спектр эмоций героя, и лишь затем показать, что же их вызвало. Или не ловишь, а обнаруживаешь такую сцену в уже напечатанном тексте, и думаешь: "Ну вот о чём я думала, а?"

Это классический случай: "Делайте не как я делаю, а как говорит Батчер". Все примеры из классической литературы и аргументы в сторону художественной выразительности идут в сторону. Опираясь на огромный массив исследований в области человеческой физиологии, позволю себе экспертное заключение: вот так мы устроены. Сначала стимул. Потом реакция. Точка.

Ещё один момент: я опять споткнулась о термин storyspace. Совершенно ясно, что пытается сказать автор. Гораздо менее ясно, как это сформулировать на русском. В разговоре я бы сказала: «оказалась в книге» или «выпала из истории». Здесь поставила «воображаемый мир», «воображаемое пространство». 

Настя-тор