Синдром вечного редактора.

Недавно взялся в очередной раз редактировать свою основную книгу и поймал себя на мысли, что это уже чуть ли не шестая его редакция. Посоветовался с другими писателями и оказывается это весьма распространенная проблема не только начинающих, но и весьма опытных авторов. 

Тот же Марсель Пруст практически до самой смерти продолжал править и дописывать «В поисках утраченного времени». Лев Толстой бесконечно переписывал отдельные сцены и главы. А Николай Гоголь и вовсе мог доводить текст до полного изнеможения в попытках достичь идеала.

Наверное, проблема в том, что автор видит своё произведение не как читатель. А смотрит на него как бы изнутри. Более глубоко. А быть может и чересчур глубоко…

И вот как понять где проходит да грань между настоящим улучшением текста и редактурой ради самой редактуры?