Школа, прощай...

Знаете, когда тебе далеко за тридцать, ты вдруг понимаешь: последние дни мая в школе — это были лучшие дни в году, только мы тогда тупо не ценили.

Взрослый бы сказал: «Ой, как же я устал перед отпуском». А школьник в конце мая просто делает вид, что он ещё человек. Ты просыпаешься, будильник орёт, а ты такой: «Слушай, ну может, я уже не пойду?» Но идёшь. Потому что маме надо пятёрку в четверти, а училке — чтоб вы хоть рты раскрыли на её уроке.

Приходишь в класс — там все сидят, но никто не учится. Вообще. Училка что-то там говорит про экзамены, а ты смотришь в окно и уже мысленно лежишь на море. Или просто в зале. С чипсами. Твой сосед по парте рисует в дневнике черепашку, а девочка с первой парты пишет конспект, но мы-то знаем, что там любовный роман на полях.

Самое крутое — это когда учитель говорит: «Откройте дневники». А у тебя дневник уже три дня как в портфеле порвался, и тебе всё равно. Потому что кому сейчас нужны эти параграфы? Важнее дожить до звонка. Не до обычного — до последнего. До того, после которого ты вылетишь из школы, как пробка из шампанского.

И вот он наступает — последний звонок. Все вокруг плачут, обнимаются. Учителя говорят красивые слова. А ты стоишь с воздушным шариком, который всё норовит улететь, и думаешь: «Блин, а ведь правда — каникулы. Три месяца. Никаких завтраков с противной запеканкой. Никаких Игорей из 11 "Б", которые отжимали мяч. Никаких "вызываем родителей"».

И класс идёт гулять. Вы просто идёте по двору, кто-то несёт колонку, кто-то уже набил карманы семечками. И вы смеётесь над тем, что вчера казалось трагедией. И вдруг становится чуть-чуть грустно. Но вы этого не показываете, конечно.

А потом ты приходишь домой, выкидываешь форму в стирку и понимаешь: школа была дурдомом. Но каким-то тёплым. Потому что больше никогда в жизни у тебя не будет этих дурацких последних дней, когда уже ничего не надо, всё можно, а впереди — целое лето.

Сейчас бы хоть один такой денёк. Где единственная проблема — не забыть сменку.