Мой скромный опыт: из письма читательницы появилась идея рассказа. Приговор за вами!

Итак, друзья, тут в темах есть оффтопик, я его не люблю, у меня онтопик. Все просто, читательница прислала искреннее письмо об утрате близкого друга – собаки, но я не могу согласиться с ее точкой в конце письма.

Вот, непроизвольно вышел рассказ.

Если сносно – поставьте просто "да" или "+" ,  а если чушь и ахинея полная, то "нет" или "–".

И конечно,  ставьте сноски на свои рассказы из писем, – это интересно, напишу отзыв.

Итак...

Cобака-поляна

Я получил письмо. 

«У нас с нашими собаками особая связь. Они как наши Ангелы–Хранители. Моему любимому Джеку врач пророчил прожить 4–5 дней. Но мы с ним были с этим не согласны. И все пять дней лежали обнявшись. Толком не ели и совсем не гуляли. Кололи уколы и лежали. И разнять нас было невозможно. Я даже описать это не могу. Просто необходимость так вот лежать, обнявшись и разговаривать. На душе было ровно и спокойно. 

Я сказала ему: «Джек, милый, а давай ты еще будешь жить…». И он согласился, взял и поправился. И прожил ещё три года.

А заболел он в тот период, когда у меня в жизни было большое личное потрясение. Такое состояние…, как–будто умираю. А он, выходит, почувствовал это и взял удар на себя. Заболел. Решил умереть вместо меня.

Джек был мопсом. Таким гордым, с огромным мопсячьим достоинством и самомнением. Он очень любил вкусно покушать. И конечно же не сухой корм (аллергия, сами понимаете), он любил, как все мужчины – мясо с гречкой, и как все женщины – рыночный творожок, бисквитные печеньки. Любил поспать на мягких покрывалах. Всегда ложился так, чтобы попа лежала на подушках. Любил пройти по квартире с ревизией (все ли дома, все ли лежит на своих местах). Такой "Комендант всея квартиры".

Очень Любимый.

Очень его не хватает. Дочь до сих пор тайком плачет».

Я написал ответное письмо, содержание которого не имеет большого значения, но в нем я просил у матери почту ее дочери, чтобы предложить ей: «Когда ты будешь засыпать, предложи Джеку прийти к тебе во сне и он обязательно придет». 

Мне ответили. Я сразу написал девочке. Прошел последний месяц осени, прошла зима, за ней весна, и вот в последние дни мая я получил от девочки письмо с вопросом: «А что снится тебе?»

И я ей написал свой сон.

«Как-то девочка и ее собака играли в прятки. И собака спряталась так, что девочка долго не могла ее найти. 

Устав от поисков, она зашла на поляну, пушистую от травы и цветов. 

– Ш-ш-ш-ш, – прошелестела трава.

– Возьми меня с собой! – выкрикнул из тени пень.

–Только бы нас не сорвали,   – пропищали опята.

–Дзинь–дзинь, – звенели ягоды красной смородины. 

–Брим! Брим! – ответила им девочка, рассмеялась и присела на поляну.

– Ав! Ав! – вдруг услышала девочка.

– Это не мы! – хором ответили пень, опята и ягоды красной смородины.

– А кто? – спросила девочка. 

– Я, – вдруг виноватым голосом ответила поляна, и зашевелилась. 

Девочка посмотрела на нее и схватилась за голову. Это же была ее собака! Вся поляна – ее собака. Конечно, в этом нет ничего необычного, просто собака превратилась в поляну – и всего лишь. Просто, ее голова стала похожа на пень, спина покрылась ягодами красной смородины, а на хвосте выросли опята.

– Почему ты не пришла ко мне? Почему ты стала поляной? 

– Понимаешь, я знала: когда-нибудь мне придется стать поляной, – не хотела тебя расстраивать, – думала, придешь, и я тогда расскажу.  Не переживай, а то я тоже буду переживать. Мы будем встречаться, и ты будешь гладить меня по голове, щекотать шею, наденешь мне на голову кепку твоего папы, а заодно почешешь мою большую спину. Мы будем греться под солнцем и смотреть на небо.

– А если дождь? – усомнилась девочка.

– Дождь? – не ожидала поляна.

– Да, раньше мы прятались от дождя под тем дубом, а теперь я не скажу тебе: «Джек, вставай, побежали, вставай!»

– Ну, это да. Я вот что придумала. Когда придешь в гости – я попрошу дождик подождать. Хорошо?

– Да, здорово. И ты знаешь, здорово, что мы снова вместе».

Она тут же ответила на мое письмо:

«Ты пересказал мой сон, как ты его узнал? Только знаешь, я в конце говорю поляне, чтобы она не беспокоилась, пусть лучше идет дождь, ведь тогда моя собака, которая там похоронена, не увидит моих слез».