Лисичка. Слишком серьёзная

Слишком серьёзная

Из серии рассказов «Тропки в Поле».

В  то утро я решила, что с меня хватит. Что игры закончены. Что пора  становиться серьёзной, организованной и дисциплинированной — как Барсук,  который никогда не отвлекается, или как Вера, у которой каждый шаг по  Тропе отмерен и занесён в Свод. Я села за Длинный стол, открыла  Архитектурный Журнал и записала: «С сегодняшнего дня — никаких игр до  полудня. Только работа. Только протоколы».

Хорёк  немедленно прибежал и попытался залезть на стол. Я аккуратно сняла его и  поставила на пол. Он обиженно тявкнул и скрылся в углу.

Кот,  который до этого спал в кресле, медленно моргнул. Его усы едва заметно  подались вперёд — знак крайней степени удивления, если вы понимаете  кошачий язык. Затем он снова закрыл глаза, всем своим видом показывая,  что не намерен вмешиваться. Но я видела, как кончик его хвоста дрогнул.  Второй раз за день. Это был сигнал. Сигнал, который я проигнорировала.

Я  открыла Протокол Дельта. Пролистала до Дополнения 12. Начала  перечитывать. В Норе стояла абсолютная тишина, если не считать треска  очага и того факта, что Хорёк уже рыл подкоп под моим стулом. Я сделала  вид, что не замечаю.

Через  час работы я подняла голову. Хорёк сидел в углу, накрывшись лопухом, и  делал вид, что он — гриб. Кот лежал на спине, задрав все четыре лапы  кверху, и тихо мурлыкал — поза, которая у нормального кота означает «я  доверяю миру», а у нашего — «я придумал новую форму саботажа». Барсук,  до этого молча сидевший у порога, медленно подошёл к столу.

— Ты работаешь, — сказал он.

— Да, — ответила я с гордостью. — Я решила стать серьёзной.

Барсук помолчал. Потом положил лапу на страницу, которую я перечитывала.

— Это Дополнение 12, — сказал он. — Ты сама его писала. Ты знаешь его наизусть.

— Я... проверяю, — сказала я.

— Ты проверяешь то, что написала сама. Третий раз за час.

Я хотела возразить, но он продолжил:

—  Ты не стала серьёзной. Ты стала сама себе протоколом. А протокол не  играет. Не придумывает. Не ошибается. Ты хочешь быть протоколом?

Я молчала.

—  Протокол — это функция, — сказал Барсук. — А ты — Лисичка. Ты живёшь в  Норе. У тебя девять хвостов, один Хорёк и один Кот. И один Барсук,  который просит тебя не превращаться в документ. Документы не смеются, не  танцуют и не заваривают чай с жимолостью.

Я  опустила голову. Хорёк выглянул из-под лопуха. Кот, не меняя позы,  медленно моргнул мне — знак доверия и любви, если вы понимаете кошачий  язык. А я его понимаю.

Я закрыла Журнал. Встала из-за стола. Достала с полки блокнот «Тропки в Поле» и записала: «Не становиться протоколом».

Потом  я заварила чай с жимолостью и мятой. Налила себе. Налила Барсуку (он  предпочитает просто тёплую воду). Хорёк получил кусочек сыра. Кот сделал  вид, что ему всё равно, но когда я поставила рядом с ним блюдце, его  хвост одобрительно качнулся.

— Запрет на игры до полудня отменяется, — объявила я.

— Ура? — неуверенно тявкнул Хорёк.

— Ура, — подтвердила я. — Прямо сейчас. Кто быстрее до ручья?

Хорёк  сорвался с места, не дослушав. Кот, разумеется, не побежал. Но когда мы  добежали, запыхавшиеся и мокрые, он сидел у ручья с таким видом, будто  был там всегда.

Лисичка