Шумерская литература

Литература шумеров насчитывает почти четыре тысячи лет. Вы только вдумайтесь – четыре тысячи лет назад человек в Двуречье придумал способ записывать свои мысли, и тут же начала развиваться литература. Мы можем определить любое литературное произведение, как зафиксированный авторский текст. Он отличается от изустного творчества тем, что остается неизменным на протяжении тысячелетий, и доходит до потомков в неизменном виде. Остается его только расшифровать, потому что исчезают языки, забывается значение знаков, которыми написано произведение, наконец, теряются рукописи, а потом находятся в самых неожиданных местах.  Папирус крепок, но может рано или поздно истлеть, бумага недолговечна. Шумеры писали свои тексты на глиняных табличках, которые потом обжигали, и только благодаря этому изобретению, мы можем сейчас читать то, что было написано руками, так давно рассыпавшимися в прах. Когда я пытаюсь представить эти пласты времени, то мне становится страшно. Такое чувство я испытываю, когда пытаюсь представить Вселенную. Бесконечность и мрак.

 До нас дошли более поздние записи, которые являются копиями древнейших текстов. Правда и эти копии насчитывают полторы тысячи лет. Возможно, что когда-нибудь археологи найдут большую шумерскую библиотеку, как уже не раз находили собрания клинописных дощечек. Но пока, мы имеем то, что мы имеем. То есть, нам известны некоторые школьные тексты, исторические надписи (строительные, хроникальные), самые древние из которых восходят к XXVII—XXVI вв. до н. э., а также гимны (особенно много их появляется в конце III тыс. до н. э., во время III династии Ура, в честь обожествленных правителей этой династии). Правда, совсем недавно, в середине 60-х годов, в местечке Абу-Салябих, неподалеку от древнейшего общешумерского культового центра Ниппура, американскими археологами был обнаружен большой архив, датируемый приблизительно XXVII—XXV в. до н. э., который, по предварительным данным, среди прочих клинописных документов включает большое число гимнов, мифов, поучений. И самым древним жанром, мы теперь можем назвать жанр исторической надписи. Первые записи были связаны со строительством храмов и каналов и были очень лаконичны: «Такому-то богу такой-то такое-то сооружение построил». К середине III тыс. до н. э. надписи становятся еще пространнее: в знаменитой «Стеле коршунов» Эаннатума, правителя города Лагаша (XXV в. до н. э.), уже содержится описание битвы, а надпись другого лагашского правителя, Энметены, на глиняном конусе (XXIV в. до н. э.) представляет собой краткую историю взаимоотношений городов Лагаша и Уммы.  Это уже почти летопись. За тысячелетия надписи все увеличиваются, и в них начинают появляться художественные образы и сравнения. То есть, литература развивается плавно и логично. Так, как и должно быть. Если мы проследим развитие других древних литератур, то увидим ту же самую последовательность. Первым, известным нам, шумерским литератором, который подписал свои произведения оказался правитель Лагаша Гудеа, время царствования которого падает на послеаккадский период (XXII в. до н. э.). Гудеа в ритмизованной форме не просто рассказывает о постройке храмов, он называет причины, побудившие его за нее приняться, например, веление богов в пророческом сне. 

В сновидении некий человек явился.
Велик он, как небо, как земля велик,
Корона бога на его голове,
Орел Анзуд на его руке,
Буря внизу, у его ног,
Справа и слева львы лежат.
Дом свой построить он приказал, но смысла сна я не понял.
Над горизонтом свет засиял — женщина появилась.
Кто такая она, кто такая она?..
Правителю мать его, богиня Нанше,
Говорит: «Пастырь мой!
Сон твой да объясню тебе!
Человек, что как небо велик, как земля велик,
С короной бога на голове, с орлом Анзудом у руки,
У ног которого бури, справа и слева — львы,
Это брат мой Нингирсу воистину был,
Храм его Энинну тебе приказал он построить... 

 Ученые так же считают этот документ и одной из первых стилизаций, так как в нем имитируется стиль древней надписи, хотя это, несомненно авторское произведение. 

Говоря об исторических и псевдоисторических текстах, необходимо упомянуть еще о некоторых любопытных памятниках, стоящих особняком. Так, в «Истории святилища Туммаль», находившегося в древнем шумерском городе Ниппуре, перечисляются имена правителей разных городов, строивших и перестраивавших храм Туммаль и, видимо, оставивших там свои надписи. Наряду с известными из истории правителями Ур-Намму, Ибби-Суэном и другими, в ней упоминаются царь Урука Гильгамеш, его сын Ур-Нунгаль, а также правители города Киша Энмебарагеси и его сын Агга, легендарный соперник Гильгамеша. Эти сведения в соединении с другими данными позволяют предположить, что известный герой шумеро-аккадского эпоса Гильгамеш — историческое лицо.  Существовали также царские перечни и перечни городов. Мы знаем о них из упоминаний в более древних документах, потому что таблички эти пока не найдены. Сохранилось лишь несколько текстов, которые были названы «литературными каталогами». Существование каталогов говорит нам о том, что шумерские собрания были богатыми и для них требовались списки. Всего в каталогах названо 87 произведений. До нас из них дошли только 32 из названных. Но глиняные «книги» были доступны не только жрецам и царям. Все указывает на то, что в Двуречье была всеобщая грамотность. Многие таблички были найдены при раскопках частных домов

 Всего известно около 150 памятников шумерской литературы (многие сохранились в фрагментарном виде). Среди них стихотворные записи мифов, эпические сказания, молитвы, гимны богам и царям, псалмы, свадебно-любовные песни, погребальные плачи, плачи о народных бедствиях, составлявшие часть храмового богослужения; широко представлена дидактика: поучения, назидания, споры-диалоги, а также басни, анекдоты, поговорки и пословицы. Конечно, такое распределение по жанрам совершенно условно и опирается на наши современные представления о жанрах. Сами шумеры имели свою собственную классификацию — почти в каждом литературном произведении в последней строке обозначен его «жанр»: хвалебная песнь, диалог, плач и т. д. Как бы сложно не было классифицировать все эти произведения, многие из которых дошли лишь фрагментарно, но в них можно выделить четыре основных направления - космогонические и этиологические мифы; сказания о подвигах богов и героев; лирические тексты; педагогические и дидактические сочинения (так называемые тексты Эдубы).  Можно сказать, все эти направления традиционный для любой древней литературы. Общей религии у шумеров не было, были разрозненные общинные культы. Поэтому нет и общих религиозных текстов, а разобраться в богах очень сложно – в каждом городе, в каждой деревне свой верховный бог покровитель. 

Когда небеса от земли отошли, вот когда,

Когда земля от небес отошла, вот когда,

Когда семя человечества зародилось, вот когда,

Когда Ан забрал себе небо, вот когда,

Когда Энлиль забрал себе землю, вот когда...

Это запевка перед сказанием о волшебном дереве хулуппу. Вообще, в чистом виде мифы о сотворении мира не найдены. Они лишь фрагментарно отображаются в сказаниях и других текстах, словно бы авторы не особо желают повторять что-то, давно уже известное. За то о земной жизни и ее организации авторы говорят много и охотно. 

Энтен приказывает овце родить ягненка,

Корове и телке велит он дать много мяса и жира, он создает изобилье.

В долинах дикому ослу, козлу и газели он дал радость,

Небесным птицам в вольном небе — он дал им вить гнезда.

Рыбам в море, в заболоченных реках — он дал им иметь потомство.

Деревья он посадил, он создал плоды.

Зерно и травы он создал в изобилии...

Эмеш создал поля и деревья, сделал просторные стойла и пастбища,

В полях он создал изобилие...

Итак, мифы о сотворении представлены сказаниями о  божествах Энки и Энлиль. Эпос - «Сказанием о Гильгамеше». Целая группа текстов относится к  дидактическим сочинениям. По сути, это школьные учебники. Для них характерны нравоучения и наставления. А также, философские споры-диалоги. Фольклорные тексты представлены собраниями пословиц и поговорок:

«Не отрубай голову тому, у кого она уже отрублена». 

(ср. — «Не бей лежачего!») 

«Не переспав, не забеременеешь, не поев, не разжиреешь!» 

«У того, у кого нет ни жены, ни ребенка, нет и кольца в носу!» 

«Лисица помочилась в море и сказала: «Все море сделала я»». 

«В Забаламе потонул паром, а в Ларсе подбирают бревна!» 

«Мой бык тебе молоко принесет!» 

(ср. «От него толку, как от козла молока») 

«Как слон в осевшей лодке!» 

(ср. «Слон в посудной лавке!») 

«Взглянешь мимоходом — он муж, рукою коснешься — сырая глина». 

«Воин без командира — поле без пахаря!» 

«Год за годом жую чеснок — ежегодно дерет он мне горло!» 

 К лирике мы можем отнести гимны и плачи. Шумерские гимны — это богослужебные тексты, в которых восхваляется то или иное божество, перечисляются его имена и деяния; они рассчитаны на коллективное, хоровое исполнение. Это обращение к божеству не личное, а целого коллектива, поэтому эмоции, возникающие при исполнении гимна, — эмоции коллективные. Вот какое заключение дается в издании «История всемирной литературы»: 

Письменная шумерская литература отразила и процесс столкновения первобытной идеологии с новой идеологией классового общества. При знакомстве с древними шумерскими памятниками, особенно мифологическими, бросается в глаза отсутствие поэтизации, идеализации образов. Шумерские боги даже не просто земные существа, мир их чувств не просто мир чувств и поступков человеческих, но постоянно подчеркивается низменность и грубость натуры богов, их облик непривлекателен и страшен. Божества, создающие живое существо из грязи из-под ногтей, творящие человека в пьяном состоянии, могущие из одного каприза погубить созданное ими человечество, как близки эти образы первобытному мышлению, подавленному неограниченной властью стихий и ощущением собственной беспомощности. А шумерское подземное царство? В описании его царит полная безнадежность, нет ни справедливого судии, подобного египетскому Осирису, ни весов, на которых взвешиваются поступки людей; нет никаких или почти никаких иллюзий не только относительно того, чем кончится жизнь, но и того, как это случится. И видимо, потому, что природа была более жестокой к жителям Двуречья, чем к египтянам (наводнения, песчаные бури, скудость природных ресуров, сырой и влажный климат), этим иллюзиям труднее было возникнуть.

Новая идеология должна была что-то противопоставить этому стихийному чувству ужаса и безнадежности, но вначале она сама была очень беспомощна, и ей ничего другого не оставалось, как закрепить свою беспомощность в письменных памятниках, повторяющих мотивы и формы древней устной поэзии. 

Постепенно, однако, по мере того как в государствах Двуречья идеология классового общества укрепляется и становится господствующей, меняется и содержание литературы, которая начинает развиваться в новых формах и жанрах. Процесс отрыва литературы письменной от литературы устной убыстряется и делается очевидным. Возникновение на поздних ступенях развития шумерского общества дидактических жанров, циклизация мифологических сюжетов знаменуют все большую самостоятельность, приобретаемую письменным словом, иную его направленность. Однако этот новый этап в развитии переднеазиатской литературы, по существу, продолжили уже не шумеры, а их культурные наследники — вавилоняне, или аккадцы. 

Исходя из этого могу и я сделать свое заключение – очень многие тексты сказаний вошли в ТАНАХ (Ветхий завет) Они даже почти не переиначены. А еще, отголоски шумерских мифов мы можем найти и в мифологии Древней Греции. Например, миф о снисхождении в царство мертвых.

Сейчас вот вы все можете мне сказать – а на фига нам все это? Было? Мало ли что было? Было – прошло. Ан нет, господа хорошие. Сейчас я вам расскажу о связи древней шумерской литературы с нашей с вами современностью. В 90-е годы появилась книга писателя Клары  Моисеевой «Учись, Сингамиль», основанная на текстах древнего Ура. Конечно, не все в этой книге совпадает исторически, потому что многое было открыто уже после того, как книга увидела свет. Тем не менее, это очень увлекательное и познавательное чтение. Многие из вас пишут рассказы, романы и прочее. Вот как пример, я хочу и привести вам эту книгу. Как пример вдумчивой и толковой работы с древними текстами.