Часть I Глава 2. Витёк и Ксю

Глава 2. Витёк и Ксю

Выйдя из подъезда, я позвонил Ксю.

Мы познакомились на работе — тогда я трудился в сервисном центре по ремонту цифровой техники. Моим напарником был парень, которого я постепенно обучал всем тонкостям ремонта телефонов и заодно — тому, как в этой сфере можно без особых последствий для себя «дополнительно монетизировать» человеческую невнимательность.

Секретом это ни для кого не было: в мастерских тех лет клиентов часто разводили на деньги. Но у меня всё же были свои внутренние ограничения. Я зарабатывал жёстко, но выборочно — в основном на тех, у кого деньги действительно были, или на тех, кто вёл себя так, будто они стоят выше остальных.

Этому подходу я и пытался научить напарника. Он слушал внимательно и, кажется, даже с интересом.

У Витька была девушка — Ксю. Они жили вместе. Я звал её просто Ксю, и мы неплохо ладили. Она тоже работала с нами в сервисе — принимала аппараты в ремонт. За пределами работы мы общались редко, но стабильно пересекались через другие вещи: чаще всего через травку, которую она любила покурить. Витёк же больше тянулся к «мяу». Я, в каком-то смысле, был где-то посередине между их привычками.

Я набрал её номер.

— Привет, Ксю! Какие планы на вечер?

— Привет-привет! Да никаких. Хотели с Витьком пива дома попить. Зайдёшь?

Вопрос был ожидаемый. В такие дни схема всегда была одинаковой: если я звонил без конкретной цели, значит, у меня свободный вечер, а у них появлялась возможность провести его не только с пивом, но и с тем, что я обычно приносил с собой.

— Думаю, загляну к вам вечером, если вы не против.

— Санечек, когда мы были против? Заходи в любое время. Посидим, поболтаем, расскажешь, как праздники прошли.

— Добро. Тогда до вечера. Заеду домой и к вам.

Слово «домой» в моём случае звучало громче, чем было на самом деле. Постоянного дома у меня не было — по крайней мере, я сам так считал.

Чаще всего я жил у одной женщины, с которой познакомился на сайте знакомств. Она была старше меня лет на десять. После нескольких разговоров и, видимо, включившегося у неё странного материнского импульса, она предоставила мне соседнюю пустующую квартиру. Формально — чтобы я мог иногда ночевать. Фактически — чтобы я просто не исчезал в неизвестность.

Иногда она сама заходила туда по ночам — «на чай», который почти всегда подразумевал не только чай.

Я вставил наушники, включил Anacondaz и пошёл в сторону временного жилья.

Зима в тот год была мягкой. Я хотел переодеться — тёплых вещей у меня практически не было: я редко ходил пешком зимой, чаще ездил на такси и перемещался короткими перебежками между машиной и помещениями.

До квартиры было недалеко, и я решил пройтись.

Пройдя арку и выйдя к перекрёстку Рижского проспекта и улицы Юбилейной, я заметил, как мне улыбнулась проходящая мимо девушка. В наушниках играло «Мама, я люблю кокаин», настроение было ровное, и я машинально улыбнулся в ответ.

Зайдя в магазин, я взял банку энергетика.

Алкоголь в тот период я уже почти не употреблял — мне не нравилось состояние, которое он давал. В отличие от него, с психоактивными веществами у меня сохранялось ощущение контроля: я всегда считал, что могу вовремя остановиться.

Это, разумеется, была моя личная система координат.

Вообще наркотики действовали на меня странно. Я не испытывал зависимости в классическом понимании и не был готов идти против собственных принципов ради дозы. Но при этом всё это уже стало частью моей повседневной реальности.

Образ «наркомана», который принято транслировать через кино и общественные стереотипы, к тому, что я видел вокруг себя, подходил лишь частично. Этот образ обычно связан с опиатами, «винтом» и прочей кустарной химией. Но реальность тех лет была шире и сложнее.

Добравшись до квартиры, я ещё по дороге вызвал такси к следующему адресу — Витёк и Ксю жили в общаге на Киселёва.

Я зашёл внутрь, не разуваясь, быстро переоделся: снял пальто, накинул свободную толстовку с большим капюшоном, больше похожую на мантию. Провёл мокрыми руками по волосам, растрепав их — мне всегда нравился слегка хаотичный внешний вид.

Проверил рюкзак, взял ноутбук и необходимые вещи. Достал старый советский портсигар с папиросами, внутри которых вместо табака была «белая вдова». Закурил.

Собрал несколько коробочек из-под «Тик-Така», аккуратно распределив содержимое. С собой взял три.

Когда всё было готово, я вышел. Такси уже ждало.

По дороге я позвонил Витьку и сказал, что поднимаюсь — чтобы он открыл дверь в общий коридор.

Дверь открыла Ксю. Она была явно рада меня видеть.

Мы обнялись. От неё пахло недавним пивом.

— Приветик! Очень рада тебя видеть, — сказала она.

— Я тоже. Как вы? Соскучились?

— Естественно. Давно не заходил.

Мы прошли по коридору. Я снял обувь, аккуратно поставил её у двери. Сразу кинулась собака Ксю — начала ластиться. В квартире было несколько животных: собака, кошка, хорьки — возможно, ещё кто-то, уже не помню точно.

В комнате на диване сидели Витёк и Диман.

— Привет, Диман. Давно не виделись. Как ты?

— Нормально. Ты как?

— По-старому.

Разговор быстро ушёл в личное.

— Как Женя? 

— Мы с ней разошлись. Она уехала в Питер пару месяцев назад.

— Из-за чего?

— Да так… само как-то. Сейчас общаемся, но непонятно, к чему это придёт.

— Понятно…

— Может, курнём? — сказал я и достал коробочку из «Тик-Така».

— Слушай, Саня, мне уже уходить надо. Можешь немного с собой отсыпать? Потом сочтёмся.

— Без проблем.

Ксю дала листок в клетку. Я высыпал примерно три четверти коробочки и передал Диману.

Он пожал мне руку и ушёл.

Я собрал устройство, попросил у Витька пластиковую бутылку, сделал в ней отверстие, собрал самодельную конструкцию. Всё происходило на автомате — привычный набор действий.

Когда всё было готово, я протянул бутылку Ксю.

— Не много?

— Нормально. Трава улётная.

— У тебя другой и не бывает, — усмехнулся Витя.

Ксю сделала затяжку, выдохнула, слегка закашлялась, но удержалась.

— Хорошая, — сказала она.

— Я ещё с порога запах почувствовала, — добавила она.

Витя вдруг спросил:

— А «мяу» у тебя нет?

— Не хочу химию. Меф — так себе история. Не моё.

— Жаль…

Разговор тек дальше. Потом снова вернулись к отношениям, бытовым вещам, привычным конфликтам между Витей и Ксю. Я не вмешивался — это было не моё поле.

Телефон завибрировал.

На экране — «Белла».

Я сбросил звонок и положил телефон рядом.

— Будильник? — усмехнулась Ксю.

— Нет. Девушка из Tinder. Был у неё сегодня. Не мой вариант.

— И теперь звонит?

— Да.

Мы вышли на кухню.

А через несколько минут, когда я вернулся к телефону, там было три пропущенных от Беллы и сообщение:

«Напиши мне, как сможешь. Это по поводу того, что мы курили у меня».

Я завис.

Мысль сразу начала строить сценарии — от глупых до тревожных. И главный вопрос был не в том, что она написала.

А в том, зачем.