Хелги Сокол и "Притон авантюристов"...

После тишины и благости книжной лавки корчма ошеломила Олега какофонией звуков, мириадами запахов, и чередой невероятных образов. Скрип деревянных лавок, стук глиняных кружек по столу, женский хохот и жаркие споры подвыпивших купцов, запах подгоревшего жаренного мяса, чеснока, разлитого пива и вина, яркие одежды, доспехи, береты с перьями, кружева...

– Ты сидишь на моём месте! – Рядом со столом, иронично улыбаясь, стоял крепкий мужчина в свободных штанах и рубахе, подпоясанной широким кожаным поясом, на котором висел короткий меч. Поверх рубахи был накинут длинный синий камзол, а высокие сапоги пошиты из чёрной шкуры, покрытой крупной чешуёй.

– Хотел бы я и сам знать, как это произошло. – Олег отхлебнул из бокала, поставил его на стол и поудобней строился в кресле.

– Что ж, ты не скулишь, – и это добрый знак! Меня зовут Маробуд Пересмешник. – Мужчина протянул ему руку, а когда адвокат в ответ протянул свою, то пожал её странно, крепко обхватив ладонью предплечье.

– Меня зовут Олег Соколов.

– Так представляться никуда не годиться! Я же не спрашиваю, чей ты? Хм... Олег, который принадлежит Соколам... – Нахмурился Пересмешник и мягко, по-кошачьи, присел за стол. 

– Почему это не годится? – Своим именем и фамилией адвокат всю жизнь заслуженно гордился, а тут сходу такое неожиданное заявление. – Звучит ничем не хуже твоего!

– Маробуд дословно означает "славный вождь"! А своё прозвище я получил, потому что смеялся на хольмганге в лицо вызвавшему меня турсу, перед тем, как его убил. Мне было всего шестнадцать, в эти годы ведёшь себя крайне неразумно... – Словно извиняясь пожал плечами Пересмешник, заинтересованно принюхался к бокалу Олега, сделал глоток и воскликнул:

– Так и знал, что доброе аспарийское уважают не только в наших местах!

– Хольмганг, – это определённо поединок. Кто такой турс, которого ты убил? – Информации критически не хватало, и адвокат пытался получить её от неожиданного собеседника. – И как я всё-таки сюда попал?

– Турс занимает своей задницей половину лавки за соседним столом и лакает пиво из кружки размером с ведро! Но это наш турс, – его зовут Урф. Он следит за порядком в корчме и состоит у нас на службе. Звезд с неба не хватает, – в меру толковый, в меру агрессивный.

Со вторым вопросом ещё проще, – ты начал читать ту самую книгу, и стал Торговцем ремеслом. А когда приходит новый Торговец ремеслом, – уходит прежний, так устроено. Скоро за мной придут, и тогда я по итогам своей службы вновь стану свободным человеком или погибну, а ты займёшь моё место. – Пересмешник сказал это так спокойно и буднично, что адвокат сразу поверил. 

– И давно ты здесь?

– Я не считал дни, но если ты пришёл, значит мои труды завершены. Посмотри на свою руку!

Увидев растерянность на лице адвоката, Маробуд показал левую ладонь, на мизинце которой была красная татуировка в виде протянутой за милостыней руки. Олег перевернул на столе свою руку ладонью вверх, уже точно зная, что он там увидит. На мизинце его левой руки была набита похожая татуировка, только она была более яркой, будто горела изнутри огнём.

– Теперь, когда мы разобрались с главным вопросом, вернёмся к твоему имени. Что оно означает?

– Олег означает "святой"!

– С таким именем ты здесь долго не протянешь, святой... – Смешливо фыркнул Маробуд Пересмешник, и громко постучал пустым бокалом по столу. – Лучше назовись Хелги! У мурман имя Хелги означает "скрытый бог" или "бог того, что скрыто", и детей нарекают этим именем нечасто, – просто боятся непростой судьбы. Новому хозяину "Притона авантюристов" и Торговцу ремеслом это имя отлично подойдёт! 

Род твой можно оставить, но впредь представляйся не Соколов, – ведь так представляются слуги рода и рабы, а называйся Соколом, – полноправным членом рода, это важно. У мурман нет таких родов, они скорее у имперских архов, но для тебя сойдёт, ведь ты похож на мурмана и на арха в равной степени.

– Имя, как имя. – Не стал спорить адвокат, слабо разбирающийся в местных реалиях. – Да здравствует Хелги Сокол! Не будет подозрительно, если имя мурманское, а род от имперских архов?

– Пойдёт на пользу! И мурманы и архи станут считать тебя за своего, а среди людей эти народы считаются самыми суровыми и лютыми. – Маробуд брезгливо посмотрел на руки адвоката и тяжело вздохнул. – Кем ты был, пока не прочёл книгу?

Врать новому знакомому не хотелось, но помня, как отреагировал на его профессию хозяин книжной лавки, Олег высказался более обтекаемо:

– Оцениваю поступки людей, и высказываюсь об этих поступках и мере наказания на суде.

– Надо же, судья... О чём-то похожем я и подумал. Протяни мне правую руку, Хелги! – Пересмешник покрутил в своей руке ладонь Олега. – У стрелков из лука всегда есть мозоли на кончиках пальцев, и мозоль на безымянном пальце со стороны мизинца, в месте схода тетивы. 

От частый упражнений с мечом натирается мозоль на сгибе указательного пальца, секира и боевой топор метят ладонь мозолями у основания всех четырёх и внутреннюю часть большого пальца. У тебя же ладони как у знатной девицы – гладкие и без мозолей! Но, слава Всеотцу, рука крепка и костяшки набиты. Ты был кулачным бойцом?

– Можно и так сказать. Я начал учиться кулачному бою в семь лет, обучался всё детство и отрочество, достиг определённых успехов, а закончил когда... Когда стал учиться ремеслу судьи. – Адвокату всегда было легко подстраиваться в диалоге под любого собеседника, и сейчас это играло на руку.

– С семи лет! Моё почтение... Суровые у вас места. Здесь тебе это тоже может пригодиться...  

"Торговец ремеслом"  https://author.today/work/591625

Шиза, за великолепную иллюстрацию, моё почтение...