Она шагает по канату будто бы по мостовой*
Автор: ShizikЛюбовь запретили?
Нас запретили.
из протокола собрания героев и автора
А чтоб и не влиться в острый движ о грани от Марики Вайд?
Их так много, что я всё ещё психую на некоторые фразы Костея. Чик явил свою старческую совокупность из моложавости, жуткого опыта и маньячных наклонностей в помесь с нежностью, которую он куда-то очень надёжно спрятал, но отдал своему воспитаннику. Да и Пегий с Сатуром ведут себя странно. Хотя их можно понять, учитывая поганые условия взросления и отвратительное отношение старших.
Его схватили за волосы и притянули голову ко столешнице.
— Аспид, что ты кричишь?
Мужчина встретился взглядом с узкоглазым пареньком. Его длинные черные волосы свисали. Часть упала прямо на лицо Аспида. Неожиданно по животу больно ударили ладонью.
— Заблестел своими членами! — прозвучал второй голос. Его обладатель начал развязывать веревку. — Зачем ты себя привязал?
— Не я это!
— Словно я не знаю твои любимые узлы, — он обошёл стол. — А тут другой. Ты свои вьёшь брачным клубком.
— Энд, сам в них хоть участвовал? — он с улыбкой отмахнулся от нависшего паренька. — Вот мы с Крайтом бывали в таких делах, — Аспид, усаживаясь поудобнее, скрестил ноги, — распадались на змей.
— Зачем ты слушаешь это безумие? Послушай меня, — ангел не отрывал зелёного взгляда. Асп же музыку сделал только громче. — Ты знаешь, что спать со множеством девушек не самый лучший вариант в жизни. А эти... Зачем ты их ласкаешь? Это неправильно. Что ты в них нашёл? Ты был не такой. Если бы ты не послушал этого червя, то был бы сейчас там, — ангел поднял голову. — С ними. Зачем ты испортил идеальных людей?
В дверь постучали, отвлекая юношу от чтения. Он сидел в кресле, забравшись с ногами. Если бы его заметили в такой позе, то бедняге пришлось выслушать долгую лекцию о влиянии на осанку и боли в спине. А он бы про себя добавил: "ты сам и будешь за этим изменением с упоением наблюдать с обязательными заметками в тетради".
Юноша положил книгу на стол страницами вниз. Взгляд алых глаз задержался на левой руке, на которой отсутствовали мизинец и безымянный пальцы. Поводя плечами, он нехотя встал и, потерев кулаками глаза, поплелся к выходу из комнаты. В такт походки за спиной покачивались волосы до лопаток. У корней ярко-розовые с плавным переходом в темно-фиолетовый. К кончикам они вовсе чернели, ничем не отличаясь по оттенку от бровей.
На той стороне оказался управляющий.
— Альфа, спешу обрадовать первому письму за сегодня, — он протянул конверт.
— Ох, — юноша спрятал письмо в карман халата. — Сколько их ещё будет! А пишут всё одно. Уже сколько лет как под копирку.
— В том и тягость быть любимым...
— Подопытным кроликом, — Альфа сжал в пальцах ручку.
Управляющий как бы случайно взглянул на черные ногти, но быстро поднял взгляд.
— Я заметил ты с этим Андреем слишком часто переписываешься. Как бы что не вышло.
— Общение человека и баттефа ничем не карается, — Альфа закрыл перед ним дверь. Юноша заметил, что в последнее время все жильцы дома его нервируют. Неужели это пагубные слова со стороны?
Он осмотрел конверт со всех сторон. Вроде следов вскрытия не было, но запах клея оказался явно свежий. Альфа отрезал одну из сторон ножницами. Как обычно в лист бумаги была завернута открытка. Пейзаж оказался красивый, но баттефа интересовал лист бумаги. Для вида Андрей исписал обе стороны, поздравляя с восемнадцатилетием.
Сами слова пожеланий Альфу не интересовали. Он написал в самом начале: "Привет, курилка".
Вполне культурные слова в ровных строках поздравления стали видоизменяться на небрежные с примесью ругательств и частых зачеркиваний. Чувствовался эмоциональный напор и словно тот, кто это писал стоял совсем рядом. Когда-то они договорились присылать черновой текст, который сильнее всего будет напоминать живую речь.
"Стащи у своего изверга тысяч пять цес. Всё остальное на мне. Вроде заканчиваете праздничную трапезу часов в десять, так что жду в одиннадцать у собора".
Новый знакомый ослабил хватку и полетел вниз. В воздухе перевернулся и приземлился ногами в траву. Он отпустил девушку и схватил Виола за голову с обеих сторон.
— Наконец-то! Солнышко, ты словно помер! Сколько раз Покой и Родница сменяли друг друга, а тебя всё нет и нет? — он прижал мага к себе. Аниса сразу поняла у кого Виол перенял повадки. — Эй, а познакомь нас! — он встал лицом к девушке. — Хочу, хочу!
Виол улыбнулся и приступил:
— Аниса, это Смерт. Бог кончины, первый сезон Покоя и мой друг. Смерт, девчушку зовут Аниса. Моя ученица, но со способностями у неё так себе.
— Ой, а сам какой зелёный был! Только сердцем и покорил всё демоническое братство да сёстренство. А, а сделай!
— Не хочу, — Виол застенчиво улыбнулся.
— Ну, для меня. Пожалуйста...
Смерт сложил ладони в мольбе. Виол тяжело вздохнул и сделал, что попросили. Бог радостно закричал, а следом ахнул, упав на спину с закрытыми глазами.
* - Канат II - Norma Tale
** - Опиум для никого - Агата Кристи