Самая сложная сцена
Автор: Олег МушинскийСамая сложная сцена. Это флешмоб такой от BangBang. Рассказать, как сцена далась сложнее всего. Что ж, у меня есть такая. Это сцена из третьей части "Ангелов", где герой чуть было не погибает в бою с демоном.
Главная проблема была в том, что он вообще-то в ней погиб. 
Эта беда приключилась с ним много лет назад, когда я написал рассказ на конкурс Детектив-клуба. Это был конкурс остросюжетного рассказа, однако поскольку клуб-таки детективный, это был еще и детектив. Местом действия была Российская империя, где первая мировая война сменилась библейским апокалипсисом. Теперь люди воюют с демонами.
На конкурсе рассказ занял третье место, всего на один балл отстав от лидеров, но главное - он понравился читателям. Ну так и автор над текстом поработал вдумчиво, и главной проблемой стала именно финальная сцена, где герой погибал. Я никак не мог определиться с настроением и даже написал два разных финала (для героя они заканчивались одинаково) - один совсем мрачный (все умерли), другой более оптимистичный (герой погибал, но спасал товарища) - и потом долго выбирал правильный. Выбрал, судя по последующим отзывам, не тот. Читателям больше глянулся мрачный финал.
Затем возникла идея развернуть эту историю помасштабнее. Вначале в книгу, потом она превратилась в цикл из 4-х книг. Поскольку в финале герой погибал, то цикл должен был показать путь героя до этого трагического момента. Ну а мрачноватый финал рассказа должен был стать финалом цикла. Однако примерно в середине 3-й книги автор внезапно осознал, что упустил одну важную вещь, которую тоже надлежало раскрыть, и желательно не переписывая уже написанного. После долгих размышлений решение было найдено, 4-я книга спланирована, однако теперь этот финал в нее ну никак не влезал. Т.е. абсолютно.
Можно было просто выбросить сцену, мне не привыкать выпиливать куски под 100К, а тут всего одна сцена. Но это была основополагающая сцена. Не ключевая, но герой шел по жизни прямиком к ней. Автор имел ее в виду, сочиняя 3 книги подряд и учитывая всякий раз, когда вставал вопрос о судьбах героев. Те, кто должны были в ней погибнуть, не могли погибнуть до того. Они не могли удрать, свернуть с пути и т.п. Это было Предопределение. С большой буквы. Как в "Звездных войнах", где пророчество Энакина Скайуокера, ни разу не прозвучав, вело его к предопределенному финалу через шесть фильмов, кучу мультиков и хренову тучу книг.
В общем, сцена была предопределена. А теперь она вписывалась разве что в 3-ю книгу и даже не в самый финал. Т.е. герой не должен был погибнуть. Хотя сама сцена сводилась именно к тому, что герой оставался один на один с демоном в безнадежной ситуации.
Сцена большая, но здесь я ее сократил.
Я торопливо моргнул, словно боясь, что чудесное видение окажется миражом, и снова впился взглядом в цветок. Изогнутые, словно крылья, белоснежные лепестки, с золотистой каймой по краям и едва уловимым сиянием вокруг, едва уловимый приятный аромат, который я ощутил в тот же миг, когда разглядел цветок – да, это точно был ангел.
- Слава тебе Господи, - прошептал я.
Теперь понятно, почему здесь чисто - из-за цветущего ангела. Демоны, мутанты и прочая нечисть на дух не переносили его аромат. Причём чем здоровее тварь, тем хреновее ей было при встрече с ангелом. Будь такая роза у каждого штурмовика за спиной, мы бы в два счета загнали демонов обратно в Ад, но увы! Ангелы – самая большая редкость на старушке Земле. Встречались они крайне редко и всегда ангел был один. Хотя, казалось бы, потом они друг с дружкой отлично уживались. Вот базу центрального командования три ангела опекали, и никаких проблем.
- Да, сегодня определенно мой день, - прошептал я.
Наградой за ангела была почетная отставка вкупе с переводом в полярный мегаполис. Там, конечно, адский холод, зато нет адских тварей. Совсем нет. Даже одержимых. Я сглотнул слюну. Почетная отставка, спокойная жизнь, мирное небо над головой – всё это произрастало буквально в двадцати метрах передо мной. И проблема была только одна: один ангел – одна почетная отставка. Ангел был один, а нас пятеро…
- Господи, ну вот зачем всё было так усложнять? - прошептал я.
...
далее, понятное дело, начинаются проблемы, ибо про ангела знает и еще один член группы - Хорь. И его стараниями группа начинает быстро сокращаться. Он сумел ранить героя, так или иначе избавиться от остальных и бежит прочь с ангелом в рюкзаке.
...
Я опёрся о край пролома и кое-как выбрался наверх. Да уж, в таком состоянии мне Хоря не догнать.
- Ну уж нет, - проворчал я. - Хрен тебе, а не почетная отставка.
Я побрел по коридору. Меня покачивало, но подул ветерок и в голове малость прояснилось. Я свернул к "пандусу" и вскарабкался на второй этаж. Получилось не так ловко, как в прошлый раз, но я всё-таки поднялся.
Хорь за это время уже успел вернуться к длинному зданию. Мешок с ангелом он держал в руках, и ангел наполовину торчал наружу. Мутанты увязались за ним, но близко подойти не осмеливались. Я сел на выступ стены и чуть было не кувырнулся вниз. Удержался буквально чудом. Затем я поднял винтовку к плечу и поймал разведчика в прицел. Рисковать не стал. Левая рука и так еле работала, поэтому я прицелился в корпус.
Перед дверью Хорь остановился. Я выстрелил. Хорь дернулся, и рухнул мордой в грязь. Мешок выпал у него из рук. Брезентовая крышка накрыла горловину, полностью скрыв ангела. Это словно послужило сигналом. В тот же миг мелкие падальщики сплошной волной хлынули из всех щелей. Из гнезда вышел огромный черный демон. Понюхав воздух, он зашагал прямиком к вокзалу.
Эх, а ведь почетная отставка была так близко!
Ситуация по-прежнему безнадежна, но это же предпоследняя глава предпоследней книги. GOD MODE ON.
Джек Лондон, тот самый, книгу которого так и не дочитала Тень, как-то написал: "закон жизни в том, чтобы жить и двигаться". Если не ошибаюсь, это было в книге "Морской волк". Тамошний герой-капитан был тот еще фрукт, из тех, кто не "тварь дрожащая", но "право имеет", однако в этой цитате автор ухватил самую суть, как бы надуманно это ни звучало.
Да, чтобы оставаться в живых, надо жить. В смысле, не принимать неизбежность смерти даже когда очевидно, что она неизбежна. Не встречать ее с покорностью и даже истинно христианским смирением, не упираться рогом насмерть, не бросаться в последний и решительный бой, дабы пасть, покрыв себя славой, а наперекор неизбежности оставаться в живых. Для чего постоянно менять позицию, снова и снова поражая врага.
Ну а дальше, по правде говоря, как карта ляжет. Человек предполагает, а Господь, как известно, располагает.
В моем случае Он, похоже, решил, что я ему еще пригожусь в нашем грешном мире. По крайней мере, так бы сказал Факел. Я бы сказал, что так мне выпали карты. Это если бы в тот момент дошло до разговоров. На самом же деле там и подумать-то толком было некогда.
Я выстрелил в демона и тотчас убрался со стены. Даже не посмотрел, попал ли. Не убил, это факт. Голова тотчас напомнила, что она не в форме для столь стремительных маневров. Я в ответ строго напомнил ей, что если будет выкобениваться, то вскоре мы всем организмом будем не в форме, и уже навсегда. Черная молния пробила кирпичную стену, прошуршала над головой и продырявила стену напротив. Цепляясь за обломки, я спустился на первый этаж и там из полумрака коридора ко мне метнулась черная тень. Хорошо, что левая рука плохо действовала. Пристрелил бы ко всем чертям!
- Глаз?! Вы здесь? Откуда?
Передо мной возник штурмовик Тринашка со снайперской винтовкой "Маузера" в руках. Новенькой, кстати. Старую-то он при мне расколотил. Ну да, чего беречь, коли в два счета заменят?! Штурмовики у нас - элита. Это мне приходилось со своей прелести пылинки сдувать.
- Хотел бы задать тебе тот же вопрос, - ворчливо выдохнул я.
- Так я наших прикрывал с горушки, - Тринашка махнул рукой в сторону ущелья, и печально добавил. - Только больше некого прикрывать. Лейтенант ушла, а наши все полегли.
Воскрешаем штурмовика, отправляем на помощь герою. GOD MODE OFF. Толку со штурмовика немного, но он отвлечет на себя мелкую нечисть. Герой же найдет переход, куда демону не пролезть (они здоровые твари), а мелочь гоняется за штурмовиком. Решение кажется простым, когда оно найдено, но сколько я над ним просидел, пока нашел, да такое, чтобы максимально сохранить сцену, и сколько литров кофе было выпито - даже сказать не берусь. Достаточно сказать, что вместе с перепланированием 3-й и 4-й книг у меня ушло на это практически полгода!
Зато герой жив остался. В 4-й книге автор опять много думал, но решил героя не убивать.