85 лет назад

Ровно 85 лет назад фашисты бомбили Киев. Вероломно, без объявления войны. Думали ли они при этом, что война через четыре года придет на их территорию? 

Несколько лет назад я прочитал печальную и поучительную книгу "Берлинский дневник. Европа накануне Второй мировой войны глазами американского корреспондента" Уильяма Лоуренса Ширера, в которой хорошо показан бардак, творящийся в головах у немецких обывателей накануне войны. 

Берлин, 31 августа   

Слег с гриппом. Когда вчера как раз перед началом бомбежки зашла горничная, я спросил: «Прилетят сегодня англичане?» «Наверняка», — вздохнула она обреченно. Вся ее  уверенность, как и уверенность пяти миллионов берлинцев в том, что столица защищена от нападения с воздуха, улетучилась.   

«Зачем они это делают?» — спросила она.

«Потому что вы бомбите Лондон», — ответил я.

«Да, но мы наносим удары только по военным объектам, а англичане, они бьют по нашим домам».

Она представляла собой хороший продукт геббельсовской пропаганды.

«Может быть, вы тоже бомбите их дома», — сказал я.

«В наших газетах пишут, что нет», — возразила она.  Она заявила, что немцы хотят мира, и хотела узнать, почему англичане не  приняли мирное предложение Гитлера. Эта женщина из рабочей семьи. Ее муж  рабочий, возможно, бывший коммунист или социалист. И все-таки она пала  жертвой официальной пропаганды.

Англичане устроили прошедшей ночью хорошую атаку с  бреющего полета, и даже германские официальные лица признали, что ущерб  оказался значительнее, чем когда-либо прежде. Ко мне заходил один  приятель и сообщил, что бомбы попали в заводы Сименса. Заголовок в  сегодняшнем вечернем выпуске «Borsen Zeitung»: «АНГЛИЙСКИЕ ВОЗДУШНЫЕ  БАНДИТЫ НАД БЕРЛИНОМ».

Я отклонил предложение министерства пропаганды ездить  каждое утро после налетов вместе с другими корреспондентами в  организованные экскурсии по городу для осмотра последствий. Я знаю, что  немецкие военные власти не намерены показывать нам пораженные ударами  военные объекты. Чтобы провести настоящую ревизию, надо несколько часов  колесить по огромной территории Берлина.

В полночь я лежал в ванне и не слышал воя сирен.  Узнал о налете, только когда загрохотали зенитки. Так как мой грипп все  еще при мне, то лег спать, но среди ночи меня разбудили грохот и  сотрясения от разрывов двух бомб где-то очень близко от нашего отеля.

Сегодня верховное командование официально сообщает,  что прошедшей ночью отличная работа столичной противовоздушной обороны  «помешала» британским летчикам сбросить бомбы и поэтому бомбы упали  только за пределами города.

Это странно, потому что сегодня закрыт Тиргартен, а  вечерние газеты признают, что в парке после ночного налета обнаружено  несколько воронок от бомб. Вечером я поплелся в Дом радио делать  юбилейную передачу. Военный цензор, вполне приличный парень, был удивлен  противоречивыми сообщениями немцев об этой бомбежке.

«Мои инструкции таковы, что вы не можете противоречить сообщениям верховного командования», — сказал он.

«Но им противоречит немецкая пресса, — возразил я. — Я  сам слышал, как бомбы падали в Тиргартене, и берлинские газеты это  признают».

Он был честный игрок и дал мне почитать эти противоречащие друг другу отчеты.

Главным результатом недели непрерывных ночных  бомбардировок стало великое разочарование людей и посеянное в их умах  сомнение. Кто-то сказал мне: «Никогда больше не поверю тому, что они  говорят. Если они врали про налеты в других районах Германии, как врут про Берлин, то там, должно быть, дела совсем плохи».