Фолк челлендж ПЗГ. Тема 3: Глубже, чем кажется

Ветки кустарника цеплялись за полы санитарного халата, залезали за шиворот, хлестали по голеням. Аромат сосен и цветущих лип уступил место тягучему влажному воздуху, который нёс в себе совершенно другие запахи. Пахло смесью прелой листвы, болотной тины и застоялой воды. «Видимо, я приближаюсь к пожарному пруду», — подумал Егор.

Он остановился и прислушался. Тишина. Ни песни, ни голосов, ни даже звона назойливых насекомых.

«Куда все подевались?»

Егор обернулся и с облегчением разглядел вдалеке фонари жилых корпусов.

— Не заблудился, — успокоившись, выдохнул он. — Просто немного отклонился.

— Немного? — тут же одёрнул он сам себя. — Да ты понятия не имеешь, где находишься.

— Ошибаешься, вон там пожарный пруд, а от него идёт тропинка, по которой я спокойно могу вернуться в лагерь.

— Давно пора, а то подхватишь простуду и провалишься в изоляторе до конца смены…

— Без сопливых разберусь, — пробурчал Егор, шмыгая носом и зябко кутаясь в отсыревший от росы халат.

Признаться честно, он уже давно хотел вернуться, но только никак не мог найти для этого достаточно веской причины. Темнота, одиночество, туман, роса — всё это было как-то несерьезно. Не круто. Сбежать из медицинского блока и вернуться в тепло палаты, поджав хвост, было совсем не по-пацански.

«Ну почему всё, что разумно и логично, не круто, — неожиданно подумал Егор. — Неужели, чтобы быть настоящим пацаном, нужно подвергать свою жизнь и здоровье опасности?»

Готового ответа на этот вопрос у него не было.

***

За внутренним спором он не заметил, как приблизился к пожарному пруду. Вообще, при таком скудном освещении он мог спокойно свалиться в него: берег пруда был довольно резким и обрывистым. Если бы не обильные заросли тростника, которые настораживающе зашелестели при его приближении, то так бы произошло.

Егор разглядел тропинку, огибающую пруд, и двинулся по ней, надеясь, что он скоро выйдет к небольшому помосту у развилки. Там он сможет выйти на асфальтовую дорожку, ведущую в лагерь. Но сколько бы Егор ни шёл, впереди маячили только заросли тростника и ивы.

— В темноте всё выглядит немного иначе, — успокаивал он сам себя. — Сейчас выйдет Луна, и будет светлее.

Он с надеждой посмотрел наверх, но одинокое облако никак не хотело уползать. Оно словно приклеилось к Луне и медленно барражировало, синхронно перемещаясь с ним по ночному небу.

— Издевается, — пробурчал Егор и двинулся через тростник к воде, тщательно проверяя каждый свой следующий шаг.

Приблизившись к тёмной глади, Егор попытался разглядеть помост, но, как бы ни всматривался в окружающий сумрак, ничего не заметил. Зато его со всех сторон окружили удушливые запахи тины, прели и застоя. Туман возле воды был более плотным и тягучим. Лёгкий ветер, который безуспешно трепал его молочные лоскутья, тревожил прибрежные заросли, отчего казалось, что вокруг Егора постоянно кто-то ходит. Сам же ночной пруд казался огромной чёрной дырой в земле, древней реликтовой трясиной или гигантским немигающим зрачком. Егор подумал, что если вдруг облако наконец отпустит Луну и та попытается осветить это место, то её свет наверняка сначала увязнет в тумане, а потом провалится в эту бездну.

А может быть, и саму Луну туда утянет.

«Интересно было бы на это посмотреть», — подумал Егор.