Фанфик от ИИ. Вархаммер 40к и Хроники Млечного пути

Руины: Вороны против гвардейцев

Гвардейцы заходят в руины старого собора, выставив лазганы и вглядываясь в темноту. Своды теряются во мраке, витражи разбиты, и только редкие лучи местной звезды пробиваются сквозь проломы в крыше. Пахнет сыростью, гарью и чем-то древним. Сержант командует рассредоточиться и проверить фланги, его голос гулко разносится под сводами.

Первый гвардеец умирает молча — клинок входит в сочленение брони под мышкой, и тело оседает на пол, прежде чем кто-то успевает заметить. Второй слышит шорох за спиной, но обернуться не успевает: выстрел из электромагнитного ПП прожигает ему голову. Без пламени, без вспышки — только сухой треск и запах озона.

Гвардейцы открывают беспорядочный огонь, стреляя в тени, которые ничего не скрывают. Лазерные лучи высекают искры из каменных стен, но Воронов уже нет на прежних местах. Лева перемещается по галерее над ними, его протез тихо гудит в боевом режиме, но в этом шуме никто не слышит приближающуюся смерть. Он сбрасывает вниз термическую гранату — и руины озаряются беззвучной вспышкой пламени. Крики. Паника. Сержант пытается организовать отход, но Артём уже за его спиной. Нож входит под челюсть, как учил Ким. Сержант падает, не договорив приказа.

Через несколько минут всё заканчивается. Взвод уничтожен. Вороны исчезают так же бесшумно, как появились. Тишина возвращается в руины, нарушаемая только треском догорающих обломков и стонами умирающих.

Палач и космодесантники

На площадь перед собором выходят Астартес. Капитан в терминаторской броне, капеллан с крозиусом, апотекарий и несколько ветеранов. Они видят тела гвардейцев, видят догорающие руины и понимают: здесь не еретики, не ксеносы, не мутанты. Здесь что-то другое.

И тогда из теней собора выходит Палач. Три метра чёрной брони, плащ из перьев, шлем-череп с красными линзами. Он не атакует. Он стоит и смотрит на Астартес — оценивает, взвешивает, понимает.

— Вы не в своей вселенной, — произносит он. Голос, усиленный шлемом, звучит как раскаты грома. — Ваш переход через Варп открыл брешь. Брешь закрывается. У вас есть шанс уйти. Я даю вам этот шанс.

Капитан в терминаторской броне делает шаг вперёд, его силовой кулак активируется с низким гулом, штормовой болтер нацелен на Палача.

— Мы не отступаем, — говорит он. — Во имя Императора, ты будешь уничтожен.

Палач не двигается. Красные линзы мерцают.

— Ваш Император не властен здесь. Это мой мир. Я — его защитник. Но я уважаю твою верность. Уходи.

Капеллан поднимает крозиус и начинает литанию верности. Астартес открывают огонь.

Битва

Болтерные снаряды взрываются о силовое поле Палача, разбрасывая осколки и высекая искры из брусчатки. Палач не уклоняется — он надвигается. Один из ветеранов бросается на него с цепным мечом, но Палач перехватывает его руку и отбрасывает в стену с такой силой, что камень трескается.

Капеллан атакует с крозиусом, и Палач парирует мечом. Сталкиваются две силовые ауры — благословение Омниссии и холодное пламя Рубикона. Воздух вокруг них трещит от напряжения. Палач старше. Он сражался с существами, которые старше самой веры. Двумя ударами он выбивает крозиус из рук капеллана и отшвыривает его в сторону.

Остаётся только капитан. Терминаторская броня делает его неуязвимым для большинства атак, но Палач не пытается пробить её. Он использует скорость. Уклоняется от силового кулака, наносит точный удар в сочленение доспеха — и капитан падает на колено. Шлем Палача наклоняется. Он мог бы убить его, но вместо этого убирает меч в ножны.

— Ты сражался хорошо, — говорит он. — Ты будешь жить. Возвращайся на свой корабль. Расскажи своему Императору, что ты видел. Расскажи, что есть миры, в которые не стоит вторгаться.

Палач разворачивается и уходит в тень. Оставшийся в живых космодесантник поднимается, смотрит на тела своих братьев, на поверженного капитана. Он не понимает, что только что произошло. Но он запомнит.

Финал: Вороны и Астартес

Артём и Лева стоят у края площади, наблюдая за уходящим космодесантником. Он бредёт к своему кораблю, одинокий и раненый, неся на себе тяжесть поражения.

— Он вернётся? — спрашивает Лева.

— Нет, — отвечает Артём. — Но другие могут прийти. Палач знает это. Поэтому он оставил его в живых.

— Послание.

— Да. Послание, которое страшнее любого оружия.

Лева задумчиво кивает. Его протез тихо гудит, остывая после боя.

— И что теперь?

Артём затягивается самокруткой, выпускает дым в холодный воздух. Смотрит на руины, на трупы гвардейцев, на догорающие обломки. Где-то в небе уже закрывается брешь, из которой вырвались незваные гости.

— Теперь — тишина. Пока следующая аномалия не выкинет что-нибудь ещё.

— И мы снова будем здесь.

— Да. Потому что мы — Вороны.

Он тушит окурок и прячет его в карман. Следов оставлять нельзя. Даже здесь, на

 краю вселенной, где только что столкнулись два мира и две веры.