Убийство Михоэлса и еврейская культура
Автор: Лил АлтерВы слышали про Соломона Михоэлса?
Если нет, то вкратце: Соломон Михоэлс - псевдоним Соломона Михайловича Вовси. Он был значительной фигурой в еврейской (и не еврейской) культурной жизни Советского Союза. Начал, как многие хорошие еврейские мальчики, с юрфака, но потом свернул в революционные студенческие волнения и театральные курсы.
Михоэлс был актёром, а с 1929 года руководителем, Государственного Еврейского Театра в Москве. Представления театра шли на идише (если кто не знает, это язык Европейских евреев, смесь средне немецкого и иврита). Ставили они как пьесы еврейских писателей, так и мировые шедевры. Сам Михоэлс прославился ролью Короля Лира.
Наград у него было много: заслуженный артист, народный артист, Сталинская премия, «Орден Ленина», медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной Войне».
В годы войны он был назначен председателем Еврейского Антифашисткого Комитета. В 1943 году, как представитель этого комитета, Михоэлс ездил в США, Канаду, Мексику, Великобританию, встречался с Эйнштейном и Чаплиным.
«Для советских вооружённых сил ЕАК собрал 16 миллионов долларов в США, 15 миллионов — в Англии и Канаде, 1 миллион — в Мексике, 750 тысяч — в британской Палестине, а также внёс другую помощь: машины, медицинское оборудование, санитарные машины, одежда.»
После окончания войны, Михоэлс участвовал в работе ЕАК по документации Холокоста.
Его убили 12 января 1948 года, в Минске. Сначала это характеризовали как несчастный случай — задавлен грузовиком. Ему оказали почетные похороны.
Маршак и другие написали проникновенные посвящения.
Памяти Михоэлса
Мы помним плач и шорох похоронный,
И в сумерках мерцанье фонарей,
И скорбную толпу на Малой Бронной -
Там, где висят афиши у дверей.
Вот он лежит, недвижный и суровый.
Но этой смерти верится с трудом!
Здесь много лет я знал его живого,
Но как переменился этот дом!
Не будь афиш, расклеенных у входа,
Никто бы стен знакомых не узнал.
Великая трагедия народа
Вошла без грима в театральный зал...
Ты, сочетавший мудрость с духом юным,
Читавший зорко книги и сердца, -
Борцом, актером, воином, трибуном
С народом вместе шел ты до конца.
Вот отчего весь день на Малой Бронной
У дома, где недвижно ты лежал,
С такой тоской народ разноплеменный
Народного артиста провожал.
Не на поминках скорбных, не на тризне
Мы воздаем любимому почет.
Как факел, ты пылал во славу жизни,
И этой жизни смерть не оборвет!
После его смерти начались расправы. С людьми, представлявшими еврейскую культуру на идише.
«Дело было возбуждено в отношении группы еврейских общественных деятелей СССР — членов ЕАК в 1948 году и продолжалось до 1952 года. 13 из 15 обвиняемых по уголовному делу, включая С. А. Лозовского, И. С. Фефера и других руководителей ЕАК, были расстреляны 12 августа 1952 года. Всего по делу ЕАК было репрессировано 125 человек, в том числе 23 были расстреляны и 6 умерли в ходе следствия. Впоследствии все осуждённые по этому делу были реабилитированы. Историки расценивают дело ЕАК как проявление политики государственного антисемитизма в СССР.»
И с самой еврейской культурой.
«Были закрыты также газета «Эйникайт» и выпускающее её издательство «Дер Эмес» (Правда), на тот момент последняя еврейская газета и последнее еврейское издательство в стране[32][33]. Параллельно начались аресты в руководстве Еврейской автономной области, были распущены еврейские писательские союзы и закрыты 4 остававшиеся еврейские средние школы с обучением на идише (в Черновцах, Вильнюсе, Каунасе и Биробиджане, 1948)[34][32][24]. 1 декабря 1949 года был закрыт Московский государственный еврейский театр[35][36], были закрыты также последние оставшиеся еврейские театры — БелГОСЕТ в Минске и Киевский ГОСЕТ в Черновцах (1949—1950)[37].
В январе 1949 года советские средства массовой информации начали пропагандистскую кампанию против «космополитов», явно нацеленную против евреев СССР. Таким способом власти начали кампанию наступления на еврейскую культуру. Поэт Шмерке Качергинский опубликовал в Парижестатью «К ликвидации еврейской культуры в СССР»[38][39], а поэт Перец Маркиш выразился ещё более жёстко: «Гитлер хотел разрушить нас физически, Сталин хочет сделать это духовно»[40]. Выход печатной продукции (включая книги) на идишe был полностью запрещён, был даже уничтожен последний набор типографских древнееврейских шрифтов[41]. 15 июня 1949 года Главлит издал приказ № 620, согласно которому из библиотек и книготорговой сети изымалось около 500 наименований книг еврейских авторов на русском языке — как «сионистских» или «националистических»[42]. Евреев массово увольняли с работы[43]. Аналогичные кампании прошли и в союзных республиках СССР».
Вскоре стало понятно, что убийство Михоэлса не было несчастным случаем, а было осуществлено по приказу Сталина.
Почему же его просто не арестовали и не расстреляли?
Возможно, Сталин всё ещё хотел приличных отношений с США. Михоэлс был известен на Западе — его арест повлёк бы вопросы и дипломатические проблемы. Возможно, Американские евреи, типа супругов Розенбергов, задумались бы, на кого они шпионят, и не передали бы документы о ядерном оружии.
Даже после, аресты и расстрелы держались в секрете, и Фадеев и уцелевший Илья Эренбург врали коллегам, что «всё нормально» и в Советском Союзе нет антисемитизма.
Гротеск не знал границ: когда Американский певец Пол Робсон приехал в 1949 году в Москву, он попросил встречи с еврейским поэтом Ициком Фефером Тот уже год, как был арестован, но его почистили, переодели и привезли в гостиницу. По рассказам сына певца, Фефер и Робсон говорили о ерунде (для прослушивавших), а жестами и записками объяснялись о другом. Во время концерта в Москве Робсон спел песню на идише, а вернувшись в США организовал письма в защиту Фефера. Не помогло, в 1952 году его всё равно расстреляли.
Что поделаешь, в Советском Союзе не все культуры имели право на существование. За два поколения, советские евреи потеряли свою, остался только «пятый пункт» в паспорте. И, у многих, страх признаться в своей национальности и своих национальных корнях.
У меня есть книга о Михоэлсе, чудом уцелевшая в армейской библиотеке. Папа, когда его демобилизовали, забыл вернуть.